Воины Арктара - Кирилл Кудряшов

Когда до леса оставалось метров пятьдесят, Агрон остановился.

– Я Агрон из клана Саморов! – крикнул он. – Моего спутника зовут Алекс Нидман. Мы просим позволения пройти через владения лесного народа!

Лес молчал. Не шелохнулась ни одна ветка, не раздалось ни единого звука, который бы свидетельствовал о том, что кто-то притаился в ветвях и что слова Агрона были услышаны.

– Ты уверен, что там вообще кто-то есть? – еле слышно прошептал Алекс.

– Уверен. Они всегда так встречают гостей. Рассматривают, оценивают, решают – пристрелить его или оставить в живых, и сообщают о своем решении. Если решение будет не в нашу пользу, мы узнаем об этом не по словам, а по делу.

– Мы подойдем ближе! – крикнул Агрон. – Ваше молчание расцениваем как согласие!

Лес безмолвствовал. Агрон первым сдвинулся с места, каждую секунду ожидая стрелы, которая положит конец его походу за Свитками. Когда до ближайших деревьев осталось не больше десятка метров, из ветвей раздался окрик:

– Стойте на месте! – Голос принадлежал женщине, и, по мнению Агрона, довольно молодой. – Особенно ты, орк!

– Стоим, – отозвался Агрон. – Мы пришли с миром и не обременим вас. Позвольте нам пройти через ваши леса…

– Куда держите путь? – Определить, откуда исходит голос, было невозможно.

– К океану!

В ответ раздался смех, причем смеялся не один эльф, а никак не меньше дюжины.

– Решили искупаться? – спросила их невидимая собеседница. – Никогда не слышала об орках, которые любили бы поплескаться в воде. А уж огневики и вовсе обходят ее стороной.

– Я не принадлежу к огненному клану! – крикнул в ответ Алекс.

Смех в ветвях стих.

– Тогда кто же ты, путешествующий в компании орка?

– Я – человек!

Стрела воткнулась в землю в нескольких сантиметров от его ног, и Алекс инстинктивно отступил назад.

– Людей больше нет в Заповедных Землях. – Теперь голос эльфийки звучал гневно. – Не смей мне лгать! Ты – всего лишь огневик, нацепивший чужую одежду и где-то оставивший свой посох!

Еще одна стрела вонзилась в землю, на этот раз у босых ног Агрона.

– Стреляйте теперь! – крикнул Алекс, и, повернувшись к нему, Агрон увидел, как тело его друга окутывает едва заметное свечение. Щит жизни…

В ветвях ахнули.

– Может ли служитель огня сотворить такое? – крикнул Алекс. – Или вы все же решитесь поверить в то, что как минимум один человек в Заповедных Землях теперь есть?!

Агрон увидел их… Примерно с десяток эльфов возбужденно переговаривались на своем наречии, либо больше не считая нужным скрываться в листве, либо просто позабыв о возможной опасности. Наконец дискуссия была закончена, и одна из эльфов грациозно спрыгнула на землю с семиметровой высоты, даже не покачнувшись, когда ее тонкие ноги коснулись земли. Остальные последовали за ней.

Их было четырнадцать. Вооружены до зубов: в руках – луки, у пояса – мечи, и наверняка по кинжалу в каждом рукаве. Пятеро женщин, девять мужчин. Походка и грация выдавали в каждом из них воина, а не фермера, в тяжелые времена взявшего в руки лук.

Этим эльфы принципиально отличались от любого другого народа Заповедных Земель – обычаем воспитывать не только мужчин, но и женщин в духе воинов. У гномов женщины не сражались никогда. Их не подпускали даже к тяжелой и опасной работе в подземных тоннелях – женщина воспитывала детей, кормила и одевала мужа. У огров, ведущих размеренную жизнь фермеров, касты воинов не было вообще, и лишь у людей случалось, что женщины становились бесстрашными воительницами, но это было скорее исключением, чем правилом. Разделение труда у орков было схожим с гномьим: женщины-орки умели сражаться, если это было нужно, но их место было в стане, у костра.

У эльфов же женщины ни в чем не уступали мужчинам… наравне с ними они трудились и сражались, и нередко бывало, что эльфийки становились вождями своих поселений.

– Я Илисида, командир дозорной стражи Эльфийских лесов, – заговорила эльфийка, приблизившись к странникам. – Прошу простить меня за столь негостеприимный прием, Алекс Нидман. Времена нынче тяжелые, и мы со дня на день ждем нападения врага.

Взгляд, брошенный ею на Агрона, был красноречивее любых слов.

– Прошу тебя проследовать со мной в Уцир, ближайший к нам город моего народа…

Алекс уже сделал шаг вперед, когда до него дошел смысл сказанного. «Прошу ТЕБЯ…» – сказала эльфийка, пригласив в свой город ГОСТЯ, но не ГОСТЕЙ.

– Илисида, – склонив голову в знак уважения, заговорил он. – Прости, но я не вправе принять или отклонить твое приглашение в одиночку. Мы с моим другом проделали вместе долгий путь и все решения принимали и будем принимать вместе. А сейчас мы не можем сделать этого, ведь ты пригласила оценить гостеприимство эльфов меня, а не НАС.

Упор на последнее слово заставил воительницу вздрогнуть. Промедлив несколько секунд, словно собираясь с мыслями, она обратилась к Агрону:

– Приношу тебе свои извинения, орк, и прошу тебя проследовать вместе со своим другом в наши леса.

– Меня зовут Агрон, – холодно ответил он. – Агрон из клана Саморов.

Глаза эльфийки сверкнули зеленым огнем, и на мгновение Агрону показалось, что она не совладает с собой и выхватит меч.

– Еще раз прошу простить меня, Агрон Саморский… – начала она, но он не дал ей договорить, видя, что слова и так даются ей с трудом.

– Спасибо за приглашение, Илисида. Мы с моим другом принимаем его!

Первый шаг на пути к Свитку Настоящего был сделан. Странники входили в Эльфийский лес не пленниками, а гостями. И, судя по обращенным на Алекса восторженным взглядам, гостями почетными.

Бывать в Эльфийских лесах Агрону доводилось всего дважды – обычно эльфы никого не пускали в свои владения, и обмен товарами осуществлялся на опушке леса. И сейчас, шагая по мягкой земле, устланной травяным ковром, Агрон беспрестанно оглядывался по сторонам.

Или, оказавшись здесь в детстве и юности, он был плохим воином, или лес здорово изменился с тех пор. Каждое дерево было превращено в наблюдательный пункт или небольшое укрепление – в кронах были установлены деревянные щиты, а на ветках висели луки и колчаны со стрелами. Стоило прозвучать сигналу тревоги, и эльфы за несколько минут заняли бы каждый свою позицию, готовые встретить врага градом стрел.

Они уходили в чащу все дальше и дальше, но количество укрепленных деревьев не уменьшалось. Видимо, эльфы опасались, что рано или поздно их оборона будет прорвана и им придется отступать в глубь своих владений. Что ж, логично – Агрон не позавидовал бы тому, кто сумел бы прорваться сюда и оказался в окружении ощетинившихся стрелами деревьев.