Девятое кольцо, или Пестрая книга Арды - Ира Аллор

Ирмо вернулся в реальность, чьи представители сидели перед ним с невинными лицами. О чем их расспрашивать? Что узнавать? Почему-то захотелось уберечь — от чего-то. Действительно, есть в них что-то нездешнее.

— Как вам тут? — дурацкий, никакой вопрос, но что еще спросить, теряясь под пристальным, чуть насмешливым взглядом?

— Дивно — по определению. А как же иначе?

— Действительно. Что же, будьте гостями в моих Садах, новые майар. Я наслышан о вас — от Намо в основном. Трудно вам сейчас…

— Ничего, пока справляемся. — Опять ироничные усмешки.

Может, они и не умеют уже по-иному. «Три тысячи лет без сна…» Интересно, возможно ли, чтобы их ухмылки превратились просто в улыбки — ясные и счастливые? Ирмо почему-то очень захотелось этого: надо понять их, узнать побольше и аккуратно отскоблить тревоги и злость, недоверие и настороженность, — да с чего он это взял? Они же вполне открыты и даже доброжелательны… Что же представляют собой эти недомайар?

— Рад слышать. Не все могут сказать о себе такое. Впрочем, вы же здесь недавно. Тем не менее мои Сады могут быть и просто источником радости и покоя, — право, отдохнуть и расслабиться вам не помешает.

— Отдохнуть… Возможно. Не знаю. Да и насчет забытья… — Аллор задумчиво осмотрелся по сторонам — неяркая, зыбкая красота сада завораживала, звала… — Подумать только, Ирмо… У нас, в Нуменоре, люди просаживали состояния, теряли достоинство и честь, теряли себя наконец, чтобы хоть ненадолго приобрести подобие твоих грез.

Ирмо взглянул на него с интересом:

— Как?

— Дурманы, зелья. Что-то похожее можно было поймать с помощью некоторых сочетаний ягод или грибов. И забвение, покой — отвар мака. Примешь — и мир обретает приемлемые очертания…

— И ты пробовал?

— А как же! И немало. Это давало силы существовать, общаться — с теми, с кем приходилось.

— Зачем?

— Жизнь при дворе — это не только приятное общение, это еще и общение с «нужными» людьми. И не всегда это было легко — даже мне.

— А ты, Эльди? — Ирмо позволил себе назвать ее ласково-уменьшительно. Прошло.

— Я не успела — девушке из хорошей семьи это не пристало. Запретный плод. Только слышала.

— От Аллора?

— Нет, он мне такое не рассказывал. У нас была масса других тем для беседы. Да и не для него это уже было. Призраки, как правило, трезвенники.

— Да, конечно, — натянуто улыбнулся Ирмо. Что же в них встревожило Манвэ?

Конечно, слишком много в них — иного. Людям дано распоряжаться своей судьбой, меняться и менять. Значит, они — люди? Но ведь по сути — они майар? Все-таки что же она видела? Ирмо осторожно попытался проникнуть глубже в сознание — и ощутил какую-то упругую стену, сотканную из образов и картин, — неясно было, где реальная память, а где фантазия. Он был внутри — и все же вне. Что-то мягко, ненавязчиво не пускало — различить, выявить, разложить по полочкам. Завеса… Завеса! Чем дольше общался Ирмо с новыми майар, тем яснее он узнавал собственные методы — Мелиан выучилась завесе от него — собственно, это было в ней всегда, он только помог раскрыть дар…

— Откуда у вас это? — не выдержав, поинтересовался он.

— Что? — невинно уставились на него Аллор с Эльдин.

— Завеса. Так называемая завеса Мелиан.

— Завеса? — Аллор пожал плечами. — Может быть. Тебе это мешает, Лориэн? В смысле — неприятно?

— Нет, что вы, — смутился Вала, — просто… как ты научился этому? Ты же только потомок Мелиан — дальний причем?

— Мне пришлось… Точнее, так вышло. — Аллор поплотнее закутался в плащ, словно озябнув.

Ирмо показалось, что он коснулся чего-то запретного, что нуменорец хотел бы забыть, — вот оно! Но что? Еще немного, и он, Лориэн, узнает это и, может быть, сможет помочь. А Манвэ… Ирмо найдет способ оградить их от гнева Короля.

В это время из-за деревьев послышалось пение. Глубокий голос с легкой хрипотцой, придающей ему даже некий шарм, напевал известную в забытых краях балладу. Ирмо незаметно вздохнул: на поляне, чуть покачиваясь, стояла Мелиан. Выйдя из очередного забвения, она уже успела приложиться к бутылке — майэ продолжала держать ее за горлышко. На губах бывшей королевы Дориата застыла улыбка. Она приветственно кивнула всем присутствующим. Ирмо подивился разительному сходству ее и Аллора — та же грива пышных черных волос, схожий разрез изменчиво-синих глаз…

Мелиан тоже уставилась на гостей с некоторым интересом, даже слегка протрезвев.

— А это кто пожаловал, Ирмо? — поинтересовалась она.

— Это твой дальний родственник, Мелиан, — со вздохом ответил Ирмо, обратив к недомайар извиняющийся взгляд.

— Какой еще родственник? — протянула было Мелиан. — То есть? Как? — Майэ трезвела на глазах, взгляд стал острым, она жадно всматривалась в лицо Аллора.

— Дальний, — улыбнулся Аллор, хотя Ирмо и уловил в его взгляде сочувствие. Незаметное, впрочем, — майа не хотел обидеть Мелиан. — По линии Элроса, сына Эльвинг, внучки Лютиэнь.

— Эльвинг? Да, конечно… — Мелиан задумалась. — Но… Элрос же избрал путь смертных? Откуда же ты взялся в Валиноре?

— Так получилось.

— Ты тоже был смертным?

— Был… — хмыкнул Аллор.

— Откуда ты родом? — Мелиан уселась рядом, все еще сжимая бутылку в руке.

— Из Нуменорэ. Слышала о нем?

— Нуменорэ? Да, разумеется. Но ведь Нуменорэ, — она чуть запнулась, — исчез три тысячи лет назад…

— Скоро три тысячи сто сорок один год.

Мелиан с состраданием взглянула на майа:

— Ты видел его гибель?

— Почти… Мы примчались поздно… — Аллор чуть прищурился, Эльдин придвинулась к нему.

— Откуда?

— Из Мордора.

— ?!

— Из Барад-Дура, — спокойно, хоть и жестко уточнил Аллор.

— Ты был в Мордоре? Кто это — мы?

— Побратимы. Улайар.

— Это же, насколько я слышала, ближайшие помощники Саурона, Рабы Кольца…

— Назгулы.

При этом слове, казалось, холодный ветер проник в теплый сумрак сада. Качнулись венчики странных, мерцающих цветов. Мелиан поежилась:

— А ты… при чем тут ты? Ты тоже был… назгулом?

— Да, был. С Гортхауэром я познакомился в Нуменорэ. Кстати, о дурманах, Ирмо, — кольцо показалось мне сильнее их всех — такие мощь и сила были в нем — казалось, весь мир мне откликается. Просто летал. Потом отказаться не мог. Потом поздно стало… То есть не смог умереть тогда — струсил.

— Струсил? — удивленно переспросил Ирмо.

— А что, я не похож на труса? — Аллор пристально посмотрел в глаза Вале.