Буря - Джулия Кросс

Холли направилась ко мне, и, как только она оказалась достаточно близко, я схватил ее за руку и потянул к пледу.

— Сядь, пожалуйста.

Она округлила глаза, но послушалась. Я растянулся рядом с ней и стал смотреть на облака, плывущие над кронами деревьев. Холли тоже легла.

— Тебе лучше? — спросила она. — Желудочный грипп — это ужасно.

— Да, гораздо лучше. Тогда у меня был очень тяжелый день. — Я повернулся на бок лицом к ней. — Можно спросить тебя кое о чем?

— Да.

— Если бы ты могла изменить что-нибудь в прошлом? Например… ты совершила плохой поступок или хочешь оставить о себе хорошие воспоминания. Ты бы это сделала?

Она тоже повернулась ко мне:

— Почему ты спрашиваешь? Это настолько неопределенный вопрос, что на него сложно ответить.

Я поднялся на локте.

— Мне приснился сон прошлой ночью. О том, как однажды я очень плохо поступил со своей сестрой.

— Что ты тогда сделал? — поинтересовалась она.

— Рассказал другу одну очень неприятную вещь о ней, а он разболтал это всей школе. Нам было по двенадцать лет, и я пытался произвести впечатление.

— Какую именно неприятную вещь? Если ты рассказал о том, что она намочила штанишки в три года, это не так уж страшно.

Я наморщил нос:

— Это была совсем свежая история о том, что она портит воздух.

Холли прикрыла рукой рот:

— Ох, это очень плохо.

— Согласен… Так вот, в моем сне я был такой, как сейчас, уже взрослый. И знал, что могу предотвратить тот случай, хотя это все равно ничего не изменит ни в настоящем, ни в прошлом.

— То есть, твоя сестра не узнает, что ты раскаялся?

— Именно так.

— Но для тебя это было бы важно?

— Да.

Холли помолчала минуту, а потом ответила:

— Мне кажется, это даже благородно — попытаться все исправить.

— Но я ведь ничего не смогу изменить.

— Да, и все же иногда очень тяжело поступить правильно. Чем чаще ты это делаешь, тем легче становится. Даже если это только во сне.

Я снова повернулся на спину.

— Думаю, ты права.

Холли придвинулась ближе ко мне и принялась до хруста ломать пальцы. Похоже, ее что-то беспокоило.

Продолжая смотреть на небо, я потянулся к Холли и расцепил ее руки. Одну из них я опустил на плед между нами и положил рядом свою. Через несколько секунд ее пальцы уже гладили мою ладонь. Я сжал их и зажмурился.

— Хол?

— Да?

— Расслабься, ладно? То, что ты здесь, рядом со мной, — этого больше чем достаточно. У меня нет других планов.

И это было правдой. Я дышал терпким осенним воздухом, в котором чувствовался запах дыма, и мой большой палец описывал круги на тыльной стороне ее ладони.

— Ты совсем не такой, как я себе представляла, — тихо сказала она.

Я улыбнулся про себя:

— А ты именно такая, как я думал.

Она положила голову мне на плечо. Я почувствовал ее губы на своей щеке, и теплая волна прокатилась по всему моему телу. Протянув руку, я положил ладонь на щеку Холли. Я готов был оставаться здесь целую вечность — и не важно, в каком году это происходило бы.

Это напомнило мне первый раз, когда мы спали вместе (конечно, это было с Холли «ноль-ноль девять», и я не нарушал никаких законов). Безумная идея сделать это зародилась у меня в голове не так давно. И у меня были грандиозные планы. И все же мое самое любимое воспоминание о том дне никак не связано с основным событием.

Это было в середине июля две тысячи девятого года, через пару дней после того, как нас вместе застал отец.

Наконец-то мы оказались одни у меня дома. Дверь в спальню была заперта. Громко играла красивая музыка. И ничто не могло помешать нам сделать то, что мы запланировали.

Холли стянула платье через голову и на четвереньках принялась пятиться назад по кровати. Я взялся за резинку ее розовых трусиков и принялся стаскивать их. Мои губы следовали за руками.

Она запустила пальцы мне в волосы и прошептала:

— Я никогда не делала этого.

Моя рука остановилась, так и не добравшись до ее бедра. Это ее заявление можно было понимать по-разному.

— Никогда не делала чего?

— Не занималась сексом.

Я никак не ожидал этого услышать. Даже в самых смелых фантазиях я не мог представить, что Холли девственна.

Я снова опустился на колени, чтобы взглянуть ей прямо в глаза.

— Никогда?

Она покачала головой и спрятала лицо в ладонях:

— Мне нужно было сказать об этом раньше.

— Холли, в этом нет ничего страшного. Нам не обязательно…

— Нет, я хочу. — Она опустила руки и, упав на живот, зарылась лицом в подушку. — Сама не верю, что только что это сказала.

Я лег рядом и положил руку ей на спину:

— Все хорошо.

— Обещай, что ты не будешь смеяться надо мной, если я расскажу тебе кое-что?

Я поднял вверх правую руку:

— Слово скаута.

Она улыбнулась и села, скрестив ноги:

— Однажды я почти сделала это. Мы с Дэвидом планировали это большое событие — избавиться от недостатка, начинающегося на букву «д», — в ночь студенческого бала.

Я старательно сдерживал улыбку. Холли заметила это и закатила глаза:

— Я понимаю, что в этом нет ничего оригинального. И все же мы подготовились и сняли номер в отеле, но у Дэвида возникла небольшая проблема, и он испортил все презервативы, которые принес с собой.

— Ты вроде бы сказала, что никогда…

— Нет, все это случилось еще до того, как я сняла платье. Не буду рассказывать тебе подробности.

Я громко расхохотался, но Холли так посмотрела на меня, что я тут же закрыл рот.

— Но мы все равно решили пойти в магазин и купить еще одну коробку.

— Надеюсь, побольше…

Она рассмеялась и кивнула:

— Там мы все время смотрели по сторонам, чтобы случайно не натолкнуться на знакомых. А когда подошли к кассе, Дэвид обнаружил, что не взял с собой бумажник и ему нечем расплатиться. У меня тоже не было кошелька, так что мы попросили женщину за кассой отменить покупку. А она включила микрофон и вызвала менеджера. В тот момент мы с Дэвидом могли думать лишь о том, как поскорее убраться оттуда, а она пыталась убедить менеджера дать нам презервативы бесплатно.

Я покатился со смеху, и Холли присоединилась ко мне.