Дочь Белого Волка - Андрей Белянин

— Я заберу его с собой. Ты выпустишь нас из замка?

— Ты убьёшь его?

— Глупый вопрос.

— Да, прости.

— Сначала мы с девочками попробуем с ним побеседовать. Он знает своего хозяина и, быть может, посвящён в его планы. И не делай такое лицо. Поверь, тебе очень не захочется, чтобы я допрашивала эту тварь здесь, у вас отличное эхо…

Я подумал, пошевелил нижней челюстью справа налево, убедился, что зубы целы, и согласился.

— Только Хельгу возьми с собой.

— Сама хотела предложить, ребёнку нужно нормально высыпаться. Мы подождём вас у фрески.

— Договорились.

— И ещё, милый. Извини, что я тебя так приложила. Это была вынужденная мера.

— Понимаю.

— Хельге тоже не надо об этом знать, — осторожно попросила Дана. — У нас вроде бы только налаживается контакт.

— Да, — приподнялся я, опираясь о стену. — После того как она едва не застукала нас обоих под одним одеялом… Не будем рисковать.

Дампир послала мне воздушный поцелуй и, пнув пленника в спину, повела его дальше по коридору. Я же встал, прокашлялся, поправил плащ и прислушался — из соседнего коридора доносился знакомый стук костылей. Отлично, ты мне сейчас и нужен…

— Метью-у!

— Да, мой лорд! Я вам нужен?

— Не питай надежд, — тихо пробормотал я, видя, как парень изо всех сил прыгает ко мне на костылях. — Не напрягайся, грохнешься. Просто позови миледи Хельгу.

— Но я только что сказал ей, чтоб она дышала воздухом!

— Отлично. А теперь позови.

— Куда позвать?

— На свидание.

— Вы серьёзно?! — задохнулся от счастья мой прихреневший паж.

— Нет.

— Э-э-э… что нет?

— Всё нет. Обломайся. Ни свиданий, ничего такого, — чётко разделяя слова, прорычал я. — Просто передай моей дочери, что я жду её в конце коридора, у фрески Белхорстов. Она мне очень нужна.

Метью открыл было рот, но тут же его захлопнул.

На его лице и так читалось, что ему она тоже нужна, и, может быть, даже куда больше, чем мне, потому что я очень старый и уже скоро умру, а кто тогда будет заботиться о драгоценной миледи Хельге, если не мой верный паж? Которого, кстати, давно неплохо бы произвести в рыцари. Хоть по идее такими вещами должен бы заниматься король, но я-то полновластный господин на своих землях, имеющий родовое право вершить суд, казнить и миловать.

В общем, я это дольше описываю, чем он изобразил. Уж извините…

— Лорд Белхорст, прошу прощения, но мне иногда кажется, что вы против моего восхищения миледи Хельгой? — напряжённо сопя носом, заявил он.

— Тебе не кажется, мальчик.

— Но я лишь…

— А я против!

— И вы не…

— Фиолетово!

— Но ваша дочь говорила, что это сатрапия, диктатура и волюнтаризм…

— А я её выпорю за такие слова!

Меня, похоже, не слабо переклинило, потому что Метью резко побледнел и едва не бросился с костылей на колени.

— О нет, мой лорд! Лучше прикажите выпороть меня, но не мою прекрасную госпожу! — патетически взвыл этот клинический идиот, прислонил костыли к стене, упёрся в неё лбом и, стоя ко мне спиной, начал лихорадочно снимать с себя одежду. — Пусть лучше это буду я!

— Ах так… — отключив последний мозг, радостно взревел я, расстёгивая ремень, и тут…

— Па?

— Погоди, лапка, папа немного занят.

— Я вижу, — ошарашенно выдохнула моя дочь. — И чем это? Мне уже пора краснеть?

Я не сразу понял, на что, собственно, она намекает. Посмотрел на Метью, на ремень в своей руке, снова на Метью.

— Э-э, ты не так всё поняла.

— Это всё ради вас, миледи Хельга, — храбро поддержал меня мой паж, с которого в тот же миг окончательно свалились штаны.

— Вау, да у вас тут весело!

За спиной Хельги появился улыбающийся дядя Эдик. Понимающе подмигнул мне и приобнял за плечи свою племянницу.

— Пойдём отсюда, милая. Твоя ранимая психика может не выдержать разворачивающегося здесь зрелища.

— А разве я не говорил, что этот тощий петушок ещё себя покажет? — Вслед за Эдом к ним присоединился и бывший крестоносец.

Пока они, все трое, шумно обсуждали мои права сюзерена на порку (или домогательства) своего вассала, а Метью в той же двусмысленной позе — лбом в стену — старательно одевался обратно, я вдруг подумал: а чего это, собственно, никто не спит? Время вроде как далеко за полночь…

— Всем цыц, — тихо попросил я. — Заткнитесь, дорогие. У меня сегодня был тяжёлый день, не доводите до нервного срыва. Иначе я просто напишу заявление об отставке, и вся эта лафа с весёлым Средневековьем накроется для всех крышкой унитаза. Кто против меня?

— Это референдум, сир? — на всякий случай блеснул латынью Седрик.

— Нет, обычная перекличка.

Спорить никто не стал, изображать непонимание тоже. Хельга безропотно отправилась в коридор, к фреске, у которой её дожидалась Дана с вампиром. Чмокнула меня в щёчку, напомнила, чтоб я поел (перед сном?!), и сказала, что в школу им всё равно ко второму уроку, так что вполне успею её проводить. Ну это в смысле, чтоб я тоже не слишком задерживался, а то она волноваться будет.

Эд, Седрик и Метью дружно заверили мою дочь, что волноваться не стоит, что её папа взрослый, что всё интересное на сегодня исчерпано, а вот на днях мы точно пойдём бить мертвяков или снежных убыров за Гранями и обязательно возьмём её с собой. Не знаю как, но оно сработало. Скорее всего потому, что моя лапка просто устала и вымоталась за вечер, как заигравшийся котёнок.

Метью был отправлен на кухню чистить морковку и репу, мыть полы (да, на костылях!), а в промежутках между унизительными видами деятельности думать о своём неблаговидном поведении. Седрик настаивал, чтобы парня ещё и выпороли. Чисто для поддержания моего авторитета. Зевающий Эд заявил, что мой авторитет и так уже пал ниже некуда, бывший крестоносец вспылил, я разнял их дежурную (в последнее время) потасовку и ушёл к себе.

Мне просто жизненно важно было хоть какое-то время побыть одному и подумать. Я запутался. События неслись, словно круги сыра с горы Монблан, напрыгивая и перескакивая друг через друга. Какое там разобраться, я и разглядеть-то их не всегда успевал. Попытка хоть как-то систематизировать происходящее, например, по степени опасности, тоже ни к чему не привела. Я бухнулся на кровать, не раздеваясь и не снимая сапог…

— Итак. Допустим. Что допустим? Не знаю. Скорее всего всё. Абсолютно всё без ограничений, от самого худшего до всех небесных благ. Враги явные — два волка-призрака Сколл и Хати. Враги возможные — летающие викинги, угрожающие привести целый флот и которым меня якобы заказали. Враги привычные — барон Роскабельски с вампирами, барон Экскремергер с сыновьями. Враги-союзники — Серый Брат со своей стаей. Ни друг ни враг, но кто его знает на будущее — Фрол, бывший граничар, ныне киллер. Решаемая проблема — замужество моей дочери. Не горит. Выбор моей дочери — горит, но умеренно, и самое главное, что про него все как-то успешно забыли. Нерешаемая проблема — леди Мелисса. Почему она вообще ещё коптит небо? Её присутствие на земле абсолютно вне рамок добра и зла…