Мертвый рай - Руслан Мельников

Стоп-стоп-стоп! Какая, на фиг, стрельба?! Какие стволы?! Неужели?!… Денис уставился на Катафалк. А ведь правда: шмолят оттуда. И делают это мастерски. Ох, крутые нынче призраки бродят по городу! До сих пор в Ростовске только федералы пользовались оружием с безумно дорогими глушаками…

Все кончилось быстро. Юлька билась в истерике. Славку рвало. То ли от отвращения, то ли от ужаса. Денис лихорадочно искал глазами кавказца и Чмо. Не находил. Среди трупов не было ни того, ни другого. Оба в момент обстрела оказались под прикрытием сгоревшей двадцатиэтажки, оба улизнули. Надо же: уцелели вожак и распоследняя шестерка. Интересно, кто сейчас бежит впереди?

Денис уже не удивился, когда въехавший на поле боя, нет — на пятачок расстрела «призрак», оказался на поверку тяжелой восьмиколесной машиной. Странная техника была невероятно бесшумной для своих размеров и веса (на одном глушителе для такой махины разориться, наверное, можно!), а внешне смахивала на бронированный гроб. На крышке «гроба» топорщилась башенка, из башенки торчал пулемет. А широкие протекторы «призрака» оставляли в кровавых лужах вполне осязаемые отпечатки. Похожие на следы частных грузовиков, такси-вездеходов или милвзводовских БГМ-эшек.

С брони Катафалка на ходу соскочили четверо. Десантировались не привидения, не демоны и не ангелы. Обычные люди из плоти и крови. В имитаторском наряде а-ля орги. Только с короткими штурмовыми автоматами в руках. А на автоматах тех — глушители. А над глушителями — надствольники. Впрочем, до сих пор вроде обходилось без гранат…

Один автоматчик отступил за бронированную корму, поднял толстый ствол, водит из стороны в сторону — прикрывает. Трое других без объяснений и без особых церемоний поднимают операторов с асфальта, впихивают в нутро бронемашины. Никто не упирается, не сопротивляется.

Дениса впихнули последним.

В «призраке» сильно пахло порохом и маслом.

И снова удивления не было. Ни капельки.

Тусклый свет, задраенные бойницы в бортах, жесткие сиденья, подвесная седушка для пулеметчика. Впереди — заставленный оборудованием непонятного предназначения водительский отсек. Или командирский. Или водительско-командирский. Сзади — в десантной части тоже полно приборов. Целый технический комплекс, лаборатория на колесах! И металл, металл, металл вокруг. Сплошная металлическая оболочка. Да уж, основательное приведение.

Ну и что, ну и подумаешь…

Денису подумалось, что после случившегося он уже не сможет удивляться. Никогда и ничему.

— Все, разучился, блин, — пробормотал оператор захлопнувшемуся люку.

На его слова внимания не обратили.

* * *

Юлька выбрала самый простой и легкий способ примирения с действительностью: отключилась. Денис едва удержал обмякшую вдруг девушку на сиденье. А в следующую секунду машина рванула — с места в карьер. Сразу налетела на колдобину. Или на труп орга. А рессоры у Катафалка — совсем не те, что у пассажирских автобусов с дневной Трассы. «Призрак» шел жестковато, особенно для потусторонней техники.

— Держитесь крепче, следаки! И ничего не бойтесь.

Впереди — над спинкой кресла Денис разглядел затылок говорившего. Только затылок.

— Теперь вы находитесь под охраной федерального посольства.

Денис усмехнулся. Ага, как же, федералам делать больше нечего, как брать под опеку трех операторов-отступников. Приберегите эти сказки, господин Таинственный Незнакомец, для более доверчивых ушей. Хотя с другой стороны…

Автоматы с глушителями и двойными надствольниками, что держали на коленях суровые ребята десанта, наводили на определенные мысли. У милвзводовцев-муниципалов такого оружия нет — сто пудов. Милки все поголовно вооружены табельными «Псами». А вот охрана столичного посольства… М-да, оч-ч-чень все занятно получалось.

Слева от говорящего затылка, за блоками приборов, видимо, располагалось водительское место. Но самого водителя надежно скрывала перемигивающаяся светодиодами перегородка. Сидит, наверное, как в компьютерном коконе водила-то.

Сверху — из вращающейся орудийной башенки свисали ноги пулеметчика. Ну и было еще четверо десантников — те, что затолкали операторов в катафалк. Десантура уже сняла маски. Здесь, в железном коробе на колесах лица прятать нет необходимости. Никакой. Разве что от чужаков. Следаки были чужаками. Но от них ребята с автоматами не прятались. Что и пугало, и обнадеживало.

Итак, не считая насильно впихнутых, в чреве Катафалка сейчас — семь человек. Денис, не отрываясь, смотрел на одного — кто заговорил первым. На аккуратно стриженный затылок он смотрел. Первыми в этом городе говорят вожаки, командиры и большие начальники. И только они дают исчерпывающие ответы на любые вопросы. Если захотят, разумеется.

Поймали еще одну кочку. Машину тряхнуло. Может, у этих «призраков» стрелки и хороши, но водила- не ахти. Хотя водила тут ни при чем. Денис вообще не представлял, как можно управлять тяжеленным бронированным монстром на разбитой ночной дороге вдали от Трассы да еще, небось, и без света фар.

— М-м-м…

Юла. Стонет. Приходит в себя.

Славка с заботливой неловкостью склонился над девушкой:

— Как ты, Юль? Нормально?

И — звонкая пощечина в ответ.

— Эй, Юла! Это же я! За что?!

— Почему не прикончил меня? Почему позволил оргам?… У тебя же был шокер, а ты… а ты… эх, ты…

Всхлип, предистеричное сопение.

— Да иди ты… — Славка обиделся.

— Но все равно спасибо, Слава…

Юла уже улыбается сквозь слезы! Слабой благодарной улыбкой.

— И за что же на этот раз?

— За то, что пытался помочь. За то, что шарахнул того гада. И…

Юлька по-детски утерла слезы грязной рукой. Измазала все лицо.

— …и за то, что не убил меня тоже спасибо.

Ну и как прикажете таких понимать?!

— Ладно, ребятки, хватит выяснять отношения. Поговорим о деле. — Обладатель говорящего затылка соизволил наконец повернуться к ним лицом: — Позвольте представиться: Федеральный Полномочный посол Кожин Павел Алексеевич. О, да вижу, вы и сами меня уже узнали.

* * *

Федерал улыбался.

Шокированные операторы молчали. Федеральный Полномочный! Сам! Собственной персоной!

Да, они узнали. Эта худощавая вытянутая физиономия с маленькими усиками и обманчиво-добродушными глазками — холодными, острыми — слишком часто мелькала в теленовостях, так что не спутаешь, не ошибешься. Правда, под студийным гримом не разглядеть было нездоровый цвет лица. Работает, видать, много, господин посол. На благо Федерации, надо полагать, трудится.

— Для большего взаимопонимания добавлю: сейчас я выполняю функцию временного — в том смысле, что на очень длительное время — Главы этого города, — сказал Кожин. — Военного Главы.