Северная невеста - Катерина Полянская

— Молчи, тварь! Запрыгнула в постель к наследнику и решила, теперь все можно?! — так и не поднявшись с пола, зашипела Таррина.

А я про нее и забыла…

— Говори! — потребовал льер-Хранитель, взглядом осадив супругу.

Нира (или как ее теперь звать?) откинула одеяло и встала. И я с трудом подавила желание протереть глаза! На девушке были короткие облегающие бриджи и маленький топик, как и одеяло, украшенный кровавыми разводами.

Осторожно напомнила о себе совесть…

— На нашем факультете принято было вставать с рассветом, — начала издалека рассказчица. — Места поменялись, привычка сохранилась. Я поправляла штору, когда эту увидела, — кивок в сторону льеры. — Кралась, как воровка. Ясно, с какими намерениями!

— Ложь!!! — тонкие ноздри урожденной северянки трепетали от ярости.

— Молчать! — сорвался на рык Хранитель. — А ты продолжай.

Хорошо же он изучил супругу! Ни малейшего сомнения в словах огневички не выказывает.

— Выбор был: Арлит или Ариадна? Логичнее, конечно, Аришу попытаться угробить, но ее охраняет огненный маг, я, то есть, а наследник один. Дочери Дома родовая магия зла сделать не может, ведь так?

В этом месте Ривел согласно, даже с некоторым восхищением, хмыкнул.

— А вот мне с заклинаниями пришлось повозиться. Только успела под одеяло залезть, а тут она с остреньким! Дальше вы все видели.

Повисла неприятная тишина. Даже последнему слуге было ясно, что Нира правду говорит. Во весь рост встал вопрос: как поступить с несостоявшейся убийцей? Впрочем, лично я в его решении участвовать не собиралась, пускай с этим мужчины разбираются. Гораздо важнее сейчас было другое…

— Почему Арл?

Тетушка демонстративно отвернулась к окну.

— В случае смерти наследника власть над Домом переходит ко мне, — мрачно пояснил Хранитель.

Мысли взорвались ослепительной догадкой. У Ривела ведь сотня возможностей была, пока мальчик рос! Но Арлит все еще жив, да и Этельвин прекрасно себя чувствует. А значит — что? Да то, что льер Дрэгон-старший верен принявшему его Дому. А вот с его женушкой нам лучше бы проститься…

Вокруг развернулась бурная деятельность. Таррину, которая, как оказалось, повредила ногу, переместили в подземелья, там как раз для подобных случаев камера имелась. Как милостиво просветил всех желающих на миг высунувший нос Эв, даже пыточная имелась, но под тяжелым взглядом дядюшки сник, утонул в глубинах существа Арлита.

— Развод, — выдохнул в спину удаляющейся жене Ривел.

Аш разогнал слуг, и как-то незаметно мы остались в покоях втроем. Не считая притихшего Эвина, разумеется.

— Сильно пострадала? — чувствуя себя страшно неловко, я все-таки спросила Ниру.

Огневичка смотрелась вполне бодрой.

— Нет, оцарапалась слегка, — и в доказательство своих слов приподняла топик, демонстрируя длинный, но неглубокий порез на боку. Даже кровь без постороннего вмешательства остановилась.

— Совсем в тебе страха нет! — выдохнула порывисто и прижала ладони к полыхающему лицу.

Нервы сдали. Меня трясло. И в мыслях полный сумбур творился. На кого надеяться? Кому верить? Как распознать, где истина, а где ложь? Обман рыжеволосой (не важно, из каких побуждений!) ядом пролился на сердце.

— Совести у нее нет, — фыркнул Арл, явно чувствуя себя неуютно в одном одеяле при двух девушках.

— Ну извини, дорогой, — усмехнулась Нира, — я пыталась тебя под кровать столкнуть, но ты слишком тяжелый!

— А что там за история с мальчиком? Почему Ада…

Дослушивать их болтовню я не стала. Пользуясь тем, что про меня, кажется, забыли, выскользнула из покоев наследника и почти побежала к себе. Не хватало еще разреветься на виду у всех!

Как учила матушка, слезоразлив можно устраивать только наедине с собой.

В покоях упала на стул у окна и прижалась разгоряченным лбом к покрытому морозными кружевами оконному стеклу. Вопреки ожиданиям, щеки не спешили обжигать влажные дорожки. Слезы были внутри. Щипали, разъедали душу, мешали вздохнуть…

— Не плачь, — вдруг легла на плечо маленькая ладошка, — он хороший. Очень!

Затуманенный влагой взгляд нашел Леону.

— Кто?

— Арлит, — девочка прижалась прохладной щекой к моему плечу. — Он добрый и улыбается часто. И совсем не такой, как тот, второй! А еще, раз уж льеры Таррины здесь больше нет, ты станешь первой женщиной Дома и должна будешь меня опекать.

Хитрая мордашка озарилась улыбкой, отчего на чуть розоватых щечках заиграли милые ямочки.

Сделать глубокий вдох. Успокоиться. Я больше не одна и не имею права раскисать. Пора бы уже уметь держать себя в руках. Повернулась к воспитаннице и даже сподвиглась на улыбку.

— Этельвин, наверное, тоже ничего, просто мы его еще мало знаем.

Маленькая наследница прижалась ко мне теснее и согласно вздохнула. Чудная девочка. Северные морозы еще не успели коснуться ее души.

— Оставьте нас, льера Леона, — всего одной фразой разрушила с трудом восстановленное равновесие Нира, появляясь в дверях.

Будущая повелительница Дома Синего Вереска прощально поклонилась мне, после чего унеслась радовать своим присутствием кого-нибудь другого.

Над спальней застыла тишина.

Даже мыслей четких не было. Ни видеть, ни слышать предательницу не хотелось. Да и зачем? Чтобы получить очередную порцию лжи?

— Мы больше не услышим о ней, — нарушила затянувшееся молчание огненная магиня.

— Правда? — безучастно спросила я.

И сама удивилась, как пусто вдруг стало внутри.

— Этельвин обещал, — немного смущенно пожала плечами девушка, подходя ближе.

Снова повисла пауза, магиня судорожно подбирала слова.

— Как тебя теперь называть?

Рыжеволосая встрепенулась и благодарно посмотрела на меня.

— Нира.

— В самом деле?

Прозвучало, скорее всего, высокомерно, но доверия к ней больше не было.

— Правду говорю! Родового имени нет, как не было.

В пользу последнего свидетельствовали чересчур свободная манера говорить и отсутствие всяческого воспитания. Но огневичке это странным образом шло. Интересно, каким чудом она поступила в Школу? Или и не училась там никогда?

— И служанкой при школе ты не была?

Нира покачала головой.

— Факультет огня и боевой магии, третий курс. Всего месяц до выпускного оставался, — девушка выразительно скривилась и украдкой повела плечами.

В памяти мгновенно ожила картинка первой встречи. В башне травников, магиня, облаченная почему-то в одежду одного из мальчишек-слуг, свернулась на куче грязной соломы и ждала своей судьбы. Который уже день ждала?