Радомир. Путешествие в Семиречье - Андрей Карючин

– А помните, как он маленьким ещё совсем к нам из лесу пришёл? – спросила Всеслава, когда друзья тянули лодку на небольшой пригорок. – Глазищи огромные голубые, словно два озера глубинных…

– Он тогда ещё когти убирать не навык и ежедень меня за пятки хватал да царапал, – с улыбкой ответил Твастар, облокотившись на борт и вытирая пот со лба.

– А мне камень для дома помог найти, – грустно произнёс Радомир, – и от волкодлаковых клыков уберёг… ценою жизни своей.

– Не только тебя, Радо, а всех нас он сберёг в тот день злополучный, – глядя вдаль, добавил Светловзор. – Ведь если бы ворог тогда в лодку запрыгнуть сумел, всем бы нам не поздоровилось.

– Дааа… славный он был… мудрый и храбрый, – стараясь сдержать непослушные слёзы, тихо ответил Радомир. – Неужели мы его уже никогда не увидим?

– Отчего ж не увидим? – упиревшись ногами в снег и, продолжая толкать Сокола вверх, произнёсла Всеслава. – Если Родные души в яви всегда вместе были, то и в нави, и в прави могут опять повстречаться…

– А что это за, явь, навь и правь? – спросил Радомир.

– Три мира бытия. Явь – это явленный мир, то бишь, где мы сейчас существуем. Навь – это мир, куда мы после смерти уходим. А правь – это мир богов.

– По всем этим трём мирам можно туда-сюда путешествовать, – с силой потянув за верёвку и кряхтя от натуги, добавил Твастар. – Вот посему мы и глаголим, что в яви, то бишь, в нашем мире, тоже можно вновь свидеться! Помните, у нас дедушка Мирослав умер? А три лета спустя правнук его, лишь говорить да ходить научился, всех к заветной грибнице отвёл, не плутая. А ведь о ней лишь один Мирослав и знавал!

Преодолев очередную горную гряду, взгляду странников открылся великолепный вид на долину. Под багряным небом, разбуженным первыми лучами восходящего солнца, сквозь пушистые тёмно-зелёные леса серебристыми нитями протянулись три великих реки.

– Ну что ж, вот и перескочили мы через Камень Рипейский, – грустно изрёк Твастар. – Вот оно – Семиречье! Великий край Асии, что на семи реках да на семи ветрах распростёрся!

– А я лишь три реки вижу? – Радомир стеснительно улыбнулся. – Где же ещё четыре?

– Семиречье окинуть взглядом не можно! – улыбнулся Твастар. – Оные велики реки всю северную часть Асии обнимают – от Рипейского Камня до самого Харийского Моря.

– А до Харийского Моря отсель – гусиных перелётов не счесть, – гордо добавила Всеслава.

– Гуси гусями, а нам пора сызнова на воду становиться, – хлопнул в ладоши Твастар. – Полезайте в лодку, сейчас с ветерком с горы спустимся!

– Может лучше по старинке? Потихоньку-полегоньку Сокола на руках вниз снесём? – робко спросила Всеслава.

– В старину наши пращуры на вайтманах вовсю летали! – грозно воскликнул мастер. – А ты говоришь на руках…. Зря мы, что ли, силу двигательную берегли!?! Самое время ещё разок испытаться!

Вздохнув, Всеслава вместе со всеми покорно забралась в лодку, на всякий случай, покрепче ухватившись за резные кедровые борта.

Столкнув лодку с вершины, Твастар ловко запрыгнул внутрь и занял своё привычное место у руля. Заскользив по снежному пологому склону, лодка быстро набрала скорость и стремительно понеслась вниз, да так, что у Радомира сильно засвистело в ушах, а глаза начали слезиться.

– Расшибёмся!!! – воскликнула Всеслава, стараясь перекричать ветер. – Зачем так шибко?!?

– Сдюжим! – уверенно крикнул мастер и ещё больше открыл ускоритель.

Сокол вздрогнул, оторвался от склона и быстро понёсся по воздуху к подножью горы, у которого проблёскивал едва заметный горный ручей.

– Нонче к полудню в Аркаим прибудем! – предвкушая предстоящую встречу с родителями, взволнованно крикнул мастер. При этом он повернул правило таким образом, что лодка ещё ниже наклонилась вниз носом и ещё стремительнее понеслась к ручью.

– Что же это за город такой? – стараясь перекричать поток встречного воздуха, спросил Радомир.

– Его ещё Ведградом зовут, – наклонившись к его уху, ответил Твастар. – Потому как там всеведающие пращуры наши за мирами следят да за солнцами наблюдают.

– А зачем же за ними следить? – удивился Радомир.

– Потому что мы связаны с ними воедино.

– Как это – «связаны»? Невидимой нитью?

– То бишь, миры развиваются и мы вместе с ними.

– Зачем? – не унимался Радомир.

– Вот прибудем и спросишь, – после некоторого раздумья, ответствовал мастер.

Радомир улыбнулся и, чуть перегнувшись через борт, стал зачарованно наблюдать за тем, как проносятся внизу кусты и деревья. В какой-то миг ему даже показалось, что это их лодка бездвижно весит в воздухе, а земля быстротечно крутиться им навстречу.

Сокол меж тем стремительно приближался к земле.

– Твастарушка! – вновь закричала Всеслава, пытаясь собрать в горсть растрепавшиеся на встречном ветру волосы. – Понимаю я, что ты к Родичам своим поспеваешь. Но не слишком ли мы уже разогнались? Так и к Прародичам можно попасть…

– Сызнова ты ропщешь, – недовольно пробормотал Твастар.

Однако, увидев грозные глаза девочки, он нехотя развернулся к рулю и попробовал закрыть ускоритель. Раздался громкий щелчок, и Сокол ещё быстрее понёсся вниз. Мастер задумчиво почесал затылок и украдкой взглянул на своих друзей. Все смотрели на него в настороженном ожидании.

И глазом не моргнув, Твастар им беспечно улыбнулся; затем опять раскрыл заслонку и, немного подождав, затворил её вновь. Несмотря на все его усилия, Сокол продолжал набирать скорость, всё больше накреняясь к земле.

– Твастаре! – встревожено крикнул Светловзор. – Может, и вправду, помедленнее полетим?

Мастер повернулся к друзьям и с виноватым видом опустил глаза.

– Сила двигательная закончилась, – ответил он, пожимая плечами. – Вся на разгон израсходовалась… а на торможение уже не осталось…

– Ах, ты, некудыка! – испуганно закричала на него Всеслава. – И что же нам делать?!?

– Крепче держитесь! Будем на воду падать, то бишь, тьфу ты, садиться… Надеюсь, там глубоко…

Сокол уже летел как стрела, стремглав приближаясь к земной поверхности. Прищурив глаза, Светловзор внимательно посмотрел вниз и с ужасом разглядел мелкое каменистое дно.

– Перебирайтесь назад! – закричал он. – Скорей, все на корму!!!

Мгновенно перескочив в заднюю часть лодки, Радомир и Всеслава навалились на сидящего на руле Твастара. Под их тяжестью Сокол в последнее мгновение задрал вверх нос и плашмя плюхнулся в воду, разбрасывая вокруг себя высокие серебристые брызги.

Внизу что-то громко хрустнуло; лодка накренилась на левый бок и, недовольно покачиваясь из стороны в сторону, понеслась по стремительному течению.