Меня любят в Магической академии - Тина Лукьянова

В моем родном доме? В самом деле, ведь моих родных скоро выпустят, и я не только смогу обнять свою бабушку, но и лечь спать в собственную уютную постель. И в шкафу выбор одежды будет намного больше. Впрочем, к чему он, этот выбор, если все равно приходится носить эту ужасную мантию? Претендентка на чужой хвост постаралась показать свои достоинства в наиболее выгодном ракурсе, а мне приходится мучиться в таких вот нечеловеческих условиях. Интересно, чем у них вечер закончился? Но вместо этого я спросила:

— Фьорд Кудзимоси, а Фиффи требует какого-то специального ухода в таком состоянии?

Он немного задумался и ответил:

— Пожалуй, нет, фьорда Берлисенсис, следите просто, чтобы у него земля не пересыхала, и все. А сейчас, если мы с вами не поторопимся, можем опоздать на занятия.

Действительно, времени уже было много. Я ловко ухватила его под руку и всю дорогу до башни расспрашивала о том, что мне так хотелось узнать после его рассказа в Зоологическом саду. И только когда мы расстались и он пошел вести свою лекцию, меня буквально прошиб холодный пот. Случилось непоправимое. В беспокойстве за жизнь Фиффи я не только позволила себе расплакаться, но еще и накраситься забыла. Уверена, вид у меня сейчас не самый привлекательный. Что он только подумал? И как мне теперь исправлять эту ситуацию? Может, не все так страшно?

— Что-то ты бледная сегодня, — приветствовал меня Топфер, сразу же разбив мои надежды, что выгляжу я просто отлично, — и глаза красные. Не заболела?

Красные глаза? Это совсем ужасно…

— У меня проблема с питомцем, — ответила я, пресекая все возможные разговоры о собственном здоровье.

Хорошо было бы, чтобы больше никто внимания не обратил. Хотя, как говорит моя бабушка, это достоинства могут не заметить и не оценить, а недостатки не только заметят, но и поделятся с остальными столь ценными наблюдениями. Да, здесь в Ильму превратишься и оглянуться не успеешь. Лекцию я записывала машинально, думая только о том, сколько смог разглядеть и запомнить Кудзимоси. Если только то, что бледненькая, — это еще ничего, томная аристократическая бледность всегда высоко ценится. Но вот красные глаза и шмыгающий нос могли перевесить. Но на лабораторном занятии пришлось взять себя в руки. Фелан же говорила, что здесь самое главное — концентрироваться на том, что ты делаешь, и ни на что не отвлекаться. А если я отвлекусь и у меня опять что-то взорвется, то тут же появится Кудзимоси и опять увидит меня в таком ужасном состоянии. А освещение здесь намного лучше, чем у меня в комнате, недостатки никак не скроешь. А мерзкая розовая пена их еще и подчеркнет. Так что делала я все очень тщательно, по нескольку раз проверяя себя и перевешивая все, что надо было всыпать или вливать. Закончила я ближе к концу занятия, зато — о чудо! — у меня наконец получилось то, что должно. Фьордина Арноро удивлена этим была ничуть не меньше меня. Она долго всматривалась и тестировала и наконец вынуждена была признать, что в этот раз я с заданием справилась просто на «отлично». Но не успела я порадоваться, как внезапно зашел Кудзимоси:

— У вас все в порядке, фьордина Арноро? — сразу спросил он. — Обычно это занятие заставляет меня поволноваться…

Поволноваться? Я так расчувствовалась, что даже забыла, что отворачиваться надо, чтобы он моих красных глаз не заметил.

— Что запасы защитной пены закончатся, — продолжил он. — В таком количестве она нам раньше нужна не была.

— Все в порядке, не волнуйтесь, — ответила фьордина. — Если так пойдет дальше, то фьорда Берлисенсис ваши запасы тратить больше не будет. Похоже, она наконец поняла, в чем была причина.

Кудзимоси недоверчиво хмыкнул и ушел. А я ужасно обиделась. Он мог бы хоть немного меня похвалить. Я же так старалась, неужели не заслужила хотя бы одного доброго слова? С другой стороны, он же заглянул сюда, значит, волновался не только о запасах защитной пены, но и обо мне. Запасы-то он и потом проверить мог…

Перед обедом я забежала посмотреть на Фиффи. Изменений никаких не было, только еще один лист отвалился. Боги, как жалко-то, что я раньше магией совсем не занималась. Так и подогреть воздух здесь можно было бы, и дополнительное освещение устроить. Сил-то у меня на это хватит, а умений нет. Может, Бруно попросить? Ну конечно, ему же это очень легко сделать будет. Я быстро привела лицо в порядок и побежала к брату, но его в общежитии не было, а где еще его можно было искать, я не знала, да и времени на поиски не было — скоро уже нужно идти в оранжерею, а потом — к Фелан. Не могу же я караулить под дверью?

Фьордина Вейль очень расстроилась, когда я ей рассказала про Фиффи, предположила, что тут еще повлияло угнетенное состояние моего питомца, и предложила его на время перевести к ней в оранжерею. Здесь и световой режим соблюдается, и тепловой. Фиффи, конечно, здесь было бы совсем хорошо, если бы не ссора с мандрагорочкой и невозможность отсюда уйти. Да и ко мне он был слишком привязан, чтобы вот так безболезненно переехать. Нет, нужно сделать так, чтобы ему было комфортно там, где он находится. Но общежитие могли бы и получше обогревать, тогда мне пришлось бы решать вопрос только с дополнительным освещением.

А пока фьордина Вейль выдала мне местную униформу, научила заклинанию, защищающему руки, и вручила лоток с рассадой, которая была настолько мелкой и нежной, что я провозилась с ее пересаживанием на новое место жительства все отведенное мне время. Я думала, что заведующая будет недовольна моей медлительностью, но она одобрительно посмотрела на ровные зеленые ряды и сказала:

— Очень хороший результат, Лисандра. Похоже, все они приживутся. Я в вас не ошиблась.

Ее похвала была столь неожиданной, что я даже смутилась, но все же напомнила, что она мне книги обещала. Которые мне жизненно необходимы для того, чтобы понять, о чем же будет моя статья. Фьордина усмехнулась и потянула мне… одну, сказав при этом, что пока она лично не убедится, что я усвоила все, что в этом томике есть, ничего другого мне брать не стоит. Пришлось благодарить и бежать к Фелан. По дороге мне пришло в голову, что сегодня я слишком много для девушки из семьи Берлисенсис делала руками. Наверное, это не очень хорошо. Но ведь может у меня быть такое увлечение? Правилами хорошего тона увлечения не запрещаются, если, конечно, к ним не относятся занятия черной магией. Один из наших знакомых даже книгу кулинарную выпустил, что являлось предметом его гордости. Родные кулинара с большим снисхождением относились к его занятиям. И потом, я же печенье не все время делать собираюсь! Только чтобы поблагодарить Кудзимоси. Я, конечно, думала еще Фиффи им кормить, но теперь придется все это есть Тарниэлю.

На кафедре рядом с Фелан оказался Бруно. Похоже, смиряться с отставкой он не намерен. При моем появлении брат замолчал, вид у него был недовольный. Девушка тоже счастливой не выглядела, но, увидев меня, оживилась.

— Все, Бруно, у нас с Лисандрой сегодня дела, — сказала она и захлопнула пестрящий закладками томик, который пыталась читать. — Я тебе уже все сказала и менять свое мнение не собираюсь.

— Лисси, иди погуляй с полчасика, — небрежно бросил Бруно.