Истребитель «Родина» - Евгений Прошкин

– Это как?..

– Всё, – мрачно объявил Серый, возвращаясь к автобусу. – Транспорта нет и не будет.

– А как же Африка? – спросила Катерина.

– Я уже связался. Говорит, что лежит пластом и шевельнуться не может. От дороги нужно уходить, сейчас рассветет, машины появятся. Лесом здесь часа три. – Владимир посмотрел на девушку. – Ладно, четыре.

– Как твоя рука?

– Рука? – Он равнодушно тронул плечо. – Не хуже твоего позвоночника. Все, двинули.

– Искать нас никто не будет? – спросил Андрей.

– Нас пока вряд ли, а доберманов уже хватились.

– И нам отсюда не выйти.

– Не каркай! Вон ты какой ловкий, да и я кое-что умею.

– Я здесь не для того, чтобы вашу полицию истреблять.

– Это ты уже говорил, – буркнул Серый. – Я тоже, веришь ли, совсем для другого… – У него на ремне кротко пиликнул терминал, и Владимир, обходя тела в высокой траве, ответил: – Да… Гм?.. Ну здравствуйте… Ка-аво?! – Он недоуменно взмахнул трубкой и протянул ее Андрею.

– Волков! Чертовски рад! – Заорал в динамике Канунников. – Живой?.. Живой, да?!

– Еще вопросы? – проронил Андрей.

– Ох ты, какой суровый! У вас на Сфере все такие? – Николай разразился дурным смехом. – Где вы там, Волков?

– Мы в жопе, Коля. Приезжай.

* * *

«Волга» стояла у поворота на грунтовку, под исцарапанным указателем «Лютики, зона отдыха, 2 км». Солнце уже светило вовсю, и отсутствие машин на дороге, хоть и старой, но удобной, прорезающей огромный парк по прямой, объяснялось лишь оцеплением. Лес пока не прочесывали, но где-то за высокими кронами уже лопотали вертолеты. С навыками Серого выбраться в город можно было и пешком, однако на служебной «Волге» Госбеза задача упрощалась.

Канунников невозмутимо покуривал за рулем. Из магнитолы неслось «Пой, революция!» – судя по грязному гитарному саунду, что-то немодное, совсем доисторическое. Николай щурился от удовольствия и пускал сизые кольца.

– Куда поедем? – спросил Владимир, открывая переднюю дверь. – В «Лютики»?

– Там бордель, – с ленцой ответил майор. – Неформальный, для узкого круга. Ничего, сегодня их почистят хорошенько, «Лютики» эти. – Убедившись, что все расселись, Николай вывернул руль и круто, с пробуксовкой, газанул. – Сзади сумка, видите? Переодевайтесь.

Катерина порылась в вещах и бросила Владимиру на плечо яркий полосатый пиджак.

– С дурака спроса меньше, – пояснил Канунников. – Напяливай, не кобенься. Меня тоже проверяют, я пока не генерал.

– И вряд ли станешь с такими…

– Пассажирами! – весело произнес Николай. – Точно, Серый, точно. – Он вдруг перестал улыбаться. – Вывожу банду с места преступления, что может быть криминальней? Только самому промокнуть.

– Банды больше нет, – сказал ему в затылок Андрей.

– Серый новую соберет, – не оборачиваясь, отозвался Канунников. – Могу сосватать десяток рецидивистов.

Катя надела старую джинсовую куртку и завозилась с «молнией», но замерла.

– С чьего голоса поете, господин майор? – спросила она.

– Честно? А мною пришельцы управляют! Пришельцы, девочка!

– Он всегда бухой? – шепнула Катерина Андрею.

– Не всегда, – ответил за него Николай. – Кстати, Волков, от них еще и слух обостряется, представляешь? Я случайно выяснил, когда соседи начали…

– От кого «от них»? – нахмурилась Катя.

– От симбионтов, – сказал Владимир и, повернувшись назад, внимательно посмотрел на Андрея. – Мы все с этой дрянью в крови. И все мы… уже не совсем люди.

– Но некоторые из нас – не люди в большей степени, – заметил Канунников. – Только я почему-то узнаю об этом позже, чем террорист Серый. Невероятно.

– Не говори, Коля, не говори, – горячо поддержал Андрей, – сам не устаю удивляться. Майор Госбеза вытаскивает из лагеря убийцу, чтобы сплавить его по дешевке врагам отечества, а потом еще…

– Это Ксена вас подставила, – перебил Канунников. – Хотела как следует прописать тебя у Серого. Вот и прописала… Тридцать шесть человек из «Гаммы» и двенадцать партизан.

– Володя, ты что-нибудь понимаешь? – подала голос Катерина. – Не покинуть ли нам этих психов?

Николай отстрельнул окурок и выключил радио.

– Погодите, соколики, вот пост проедем, тогда и мотайте на все четыре.

Дорога долго взбиралась на горку, а когда подъем закончился, впереди, на спуске, возникли два сияющих БМП. Они стояли кормой друг к другу, и проскочить между ними смог бы разве что велосипедист, да и то вряд ли: обе стрелковые башни смотрели пулеметами вдоль линии разметки, аккурат в лобовое стекло «Волги».

– Приятное ощущение, не правда ли? – крякнул майор.

– Бывает и хуже, – процедил Серый.

Николай сбросил газ и, подъехав накатом, сунул в окно удостоверение. Человек в черной форме с капитанскими погонами что-то сказал в рацию. Правый броневик мощно качнулся и сполз на обочину, освобождая «Волге» полосу. Капитан, провожая машину, коротко козырнул.

– Вот так и живем, – посетовал Канунников. – Не было порядка, и не будет никогда. Подождите, дальше еще один пост. Крепко обложили. Муха не пролетит.

Вторая проверка оказалась еще формальней: вероятно, капитан предупредил о приближении казенной «Волги». Несколько автоматчиков стояли у дороги, подобрав животы и расправив плечи. Усатый старлей отдал Канунникову честь и движением локтя показал, что, мол, происшествий не случилось, но службу несем и не теряем надежды выполнить долг до конца. Словом, что-то такое было в его жесте, всеобъемлющее и убедительное.

– К обеду дернутся, – раздражено произнес Николай. – Спецы все обрыщут и выяснят, что кому-то удалось уйти. А сейчас у них этого и в голове нет. Не верят, что в той мясорубке кто-то выжил. Трупов навалено достаточно. Даже более чем.

– Рефлекторно, Коля, – проронил Андрей. – Я не оправдываюсь, просто объясняю: бывают обстоятельства, при которых весь выбор сводится к выбору мишени.

– Поэтому Ксена вас и столкнула, – сказал майор, прикуривая. – У Миссии появился повод защитить людей от самих себя. Миротворчество – сильный козырь. Теперь у них развязаны руки. Еще пара таких инцидентов…

– А раньше? – перебил Андрей. – Это, значит, со связанными руками они захватили Президента?

– Тогда их пребывание на Земле вообще не имеет смысла, – высказался Владимир. – Они могут сделать с нами все что угодно. Но… ничего не делают.

– Делают, – возразил Андрей.

– Да, ты говорил, что Миссию не интересует колонизация, – вспомнил майор. – Они здесь… кого-то ждут?!

– Не «кого-то», Коля, а «чего-то». И они почти дождались.