Адские каникулы - Алиса Дорн

Мир принадлежит «жаворонкам». Они завоевали его еще в те далекие времена, когда придумали рабочий день с восьми до пяти, не оставив другим ни единого шанса. Сами посудите: ни один нормальный человек не сможет в восемь утра в понедельник выдать вдохновенную речь, впечатлить руководство идеальной аргументацией и замотивировать коллег на великие свершения. Ни один.

– Извините.

Я влетела в редакцию спустя десять минут после начала еженедельного собрания. Оливер уже что-то вещал перед зевавшими зрителями. В круге из стульев пустовало два места: рядом с главредом и справа от Диза. Рассудив, что из двух зол выбирают меньшее, я уселась сбоку от айтишника.

– А вы что здесь делаете? – шепнула я ему. По другую сторону от Диза сидела Каталина со стаканом кофе в руках.

Вместо ответа Диз молча кивнул на второе пустовавшее место… которое уже успел занять возникший из ниоткуда мессир Джонатан. Хорошее начало трудовой недели, ничего не скажешь.

– …И на этом я передаю слово представителю администрации, который лично будет курировать проект, – завершил свое выступление Ол.

Знать бы еще, о чем шла речь… Я успела расслышать словосочетания «трансформация информационного пространства», «актуализация информации» и «новый формат новостей», но это могло значить что угодно. Телефон в кармане завибрировал.

«Они хотят запустить, кроме ежемесячного журнала, сайт с ежедневными обновлениями».

Я бросила взгляд на Диза: тот еле заметно кивнул. Замечательно понедельник начинается. Ладно, были бы просто новости, но сайт…

«И вы не против?»

«Смотри».

– Одну секунду, – хмуро начала Каталина, перебивая секретаря ректора. – Я помню, что в моем контракте стоит «оказание любого рода помощи», я смирилась с тем, что мне приносят на починку чайники, я согласилась стряхнуть пыль с вашей базы поиска танцевальных партнеров, не знаю, какой укурок в каком десятилетии ее писал… Но вести для них сайт? На это я не подписывалась.

Все замерли, ожидая реакции мессира Джонатана, даже Ким, баюкавший фингал под левым глазом, отнял от щеки гелевый компресс и с любопытством посмотрел на колдуна.

– Плюс пятнадцать процентов к зарплате, – не моргнув глазом озвучил секретарь ректора.

– Вопрос снимается, – приняла предложение Лина.

Однако стороны быстро пришли к соглашению. Телефон у меня в руке снова подал сигнал.

«Бесполезно. Мессир Джонатан от идеи не отступится, а за прибавку Лина меня с костями сожрет».

Я усмехнулась. Важное уточнение, учитывая, что, кроме костей, там почти ничего и нет. Следом за первой пришла следующая эсэмэска.

«Ты оказалась права».

«В чем?»

«Те семнадцать смертей не были случайностью».

Я же говорила! И снова сообщение пришло еще до того, как я успела ответить.

«Все смерти в ГООУ тщательно документируются для Охотников. Время, место, причина, характер повреждений, действия, предпринятые для реанимации… Эти – нет».

Интересно. Что скрывал ГООУ? Я застучала пальцами по клавишам, но вежливое – и немного угрожающее – покашливание заставило меня прерваться.

– Мадемуазель Соколова, мы вам не мешаем?

Мессир Джонатан успел подняться со своего места и теперь возвышался надо мной. Прозрачные глаза неодобрительно смотрели на смартфон, зажатый в ладони.

– Простите.

– Ничего страшного. Мы только обсудим таймлайн проекта и схему взаимодействия ваших департаментов и более не будем вас задерживать. Судя по вашему виду, вам не терпится вернуться к своим рабочим обязанностям. Напомните мне, когда вы должны доделать новость о конкурсе?

– Сегодня.

Полурекламное сообщение о конкурсе на лучшую идею к двухсотлетию ГООУПиОАатСДиРН так и затерялось где-то на столе, написанное наполовину. Последнюю неделю мне было немного не до того, но я сомневалась, что смерть, не только предстоящая, но и случившаяся, может послужить для мессира Джонатана достаточным оправданием.