Змееносец - Николай Степанов

Чужаков после обработки усыпляющим спреем он перетащил в один угол. Они являлись главным вещественным доказательством его невиновности.

– По-моему, там всего двое, – высказала свои соображения Вероника. Девушка выключила ретранслятор, поскольку они договорились разговаривать на интернациональном языке.

– Одного я знаю – брюнет, который вышел почти сразу за мной. А кто второй?

– Здесь за стойкой был еще один мужик. По-моему, он покинул зал сразу за брюнетом.

– Почему считаешь, что бармен где-то здесь, а не сбежал?

– Потому что я его вижу. Вон, с ружьем! – воскликнула Мадлена.

– Так стреляй! – крикнули Тич с Вероникой хором.

– А вдруг я попаду? – не реагируя на крик, спросила Мадлена.

– Лучше, если попадешь ты, чем он! – заметил привратник, подбегая к окну, возле которого стояла журналистка.

– Дорогуша, нельзя же быть таким серьезным. Конечно, я бы выстрелила, если бы успела. Но этот тип показался всего на секунду. Я ж вам не снайпер. По крайней мере, из этой штуковины. Вот был бы у меня лук…

– Куда он побежал? – не дал договорить ей кархун.

Злавадская указала направление, подойдя ближе к стене.

– Ты бы в окне не маячила! – Парень немного придержал женщину за плечи. – Убить могут.

– А тебе жалко? – Журналистка повернулась к привратнику и устремила на него один из своих самых обворожительных взглядов.

– Радости это точно не доставит. Сейчас каждый человек на счету.

– То есть ценность я для тебя представляю, как боец, а как женщина…

– Мадлена, прекрати. Ты его еще начни соблазнять прямо здесь. Самое подходящее место, – вмешалась Вероника.

– И время, – добавил Тич.

– А чего? – нисколько не смутилась Злавадская. – Зритель любит, когда во время смертельной опасности между героями неожиданно вспыхивают чувства.

– Ты продолжаешь снимать? – удивилась Таркова.

– Почему бы и нет? В отличие от телефонов, камера работает. Правда, передатчик барахлит с того момента, как мы сюда вошли. Но на пару часов видеозаписи хватит и внутренних ресурсов. Такой материал получается – загляденье.

– Девушки, вы о какой записи говорите? – заинтересовался несостоявшийся лирический герой.

– Мадлена – журналистка, – объяснила голубоглазая амазонка. – Она делает репортаж о вторжении пришельцев на Инварс.

– Да? – протяжно произнес кархун. – То есть все, что тут происходило, записано на видео?

– Ну не все, а только то, что я видела, – уточнила Злавадская.

– Да тебе ж тогда цены нет, красавица!

– О, заметь, Вероника: когда мужику что-то от нас требуется, мы из обычных баб, извини за грубость, сразу превращаемся в нежных и ласковых, по их словам, созданий. Вот как я сейчас. Минуту назад – боец, и вдруг – бесценная красавица.

Не ожидавший такого поворота в разговоре, привратник немного стушевался.

– Я не хотел никого обидеть.

– Он еще и смущаться способен, надо же! Дорогуша, я нисколько не обиделась. Нам, журналистам, по должностной инструкции обижаться не положено, иначе ничего в этой жизни не добьешься.

– Мадлена, хватит пустой болтовни. Забудь на время, что ты красавица, и смотри в окно.

– Ладно, я снова боец и пристрелю каждого, кто появится на вверенном мне участке обороны. – Она подняла арбалет и в порыве притворного рвения нажала на крючок. – Ой!

Болт разбил стекло и улетел в сторону стоянки.

– Опять кто-то промелькнул? – оглянулась Таркова.

– Я случайно, – виновато пожала плечами Злавадская. – Надеюсь, владелец этого заведения простит меня за разбитое стекло. В конце концов, я же не пожар здесь устроила.

– А что, пожар – это очень неплохая идея, – справившись с эмоциями, произнес Тич. – Если повалит дым, его могут заметить, вызовут пожарников и полицию…

– Да мы сгорим скорее, чем они приедут! Ты видел на подлете, где мы находимся? Кто нас тут увидит? До ближайших домов несколько километров. Рядом только Врата, – запротестовала журналистка.

– Не надо волноваться, дамы. Я с максимальными мерами предосторожности разведу огонь на чердаке, и в качестве дров подберу то, что сильнее дымится. А вы пока присмотрите за моим окошком.

Через десять минут из огромной дыры в крыше двухэтажного дома повалил черный дым. На чердаке Тич обнаружил целый комплект пластиковой мебели, предназначенный для еще необорудованного второго этажа. Горела она неважно, зато дымилась…

– Вот гад! – Заметив сначала образовавшийся в черепице пролом, а затем поваливший оттуда дым, Жовш вслух выругался. – Эдак сейчас здесь столько народу будет, что не протолкнешься. Надо принимать экстренные меры. Но какие?

– Ты видал, что они задумали? – Вскоре к брюнету присоединился и второй пришелец. – Через четверть часа тут будут пожарники.

– Нельзя допустить, чтобы они нашли кого-то из наших, да и местные свидетели совершенно ни к чему. У тебя случайно гранатомета под рукой нет? Надо отправить этот дом к Кардыблу вместе со всеми обитателями. И чем скорее, тем лучше!

– Гранатомета нет. Но есть несколько местных авто. Их горючее взрывается не хуже.

– Молодчина, Кушуд. Как же я сам не догадался! Давай подготовим парочку в качестве тарана, а на моей потом уберемся отсюда. Что для этого нужно?

– Да, пустяки. Сейчас разберем несколько патронов и соорудим нечто вроде огневой дорожки к баку.

– Сам справишься?

– Три минуты – и все будет готово.

– Поторопись, а я пока обойду здание вокруг. Как бы наши птички не улетели раньше времени.

Пробив дыру в черепице для костра, Тич осторожно сделал смотровые щели в нескольких местах крыши над служебным и парадным входами, чтобы наблюдать за противником сверху. Пришельца с ружьем, о котором говорила журналистка, он из-за густого кустарника с тыльной стороны здания видеть не мог, а вот своего знакомого заметил сразу. Вернее, обнаружил по тени, поскольку Жовш прятался за деревом.

Вскоре к нему присоединился второй чужак. Привратник сильно пожалел о том, что не может стрелять через смотровые отверстия. Позиция была неплохая, только для выстрела требовалось увеличить бойницы как минимум втрое. А это сразу бы привлекло внимание налетчиков.

«Куда это они направились? – заволновался кархун. – Неужели собрались нас покинуть?» Когда владелец карабина начал высыпать из патронов порох, а потом еще и снял крышку топливного бака авто, все стало понятно. Парень поискал глазами второго чужака. «В обход пошел? Кажется, нас решили поджарить».

Наблюдатель переместился к противоположной стороне здания. Он убедился, что Жовш, продолжив обход, не стал задерживаться возле служебного входа. Тич стремглав кинулся вниз.