Денег нет, но ты держись! - Кристина Юраш

– Наш покойный король, науськанный ушлыми придворными, с которыми ты имела честь познакомиться, ответил категорическим отказом, а принцессу, которой очень польстило подобное предложение, против ее воли отправили в твой мир от греха подальше. Так дела обстояли на самом деле. Внять моему голосу и голосу рассудка король категорически отказался, а принцесса, судя по тому, что вместо нее появилась ты, чувствует себя в твоем мире просто превосходно. Так что я считаю своим долгом исправить историческую несправедливость и выдать тебя замуж за этого могущественного и очень влиятельного человека. Если ваше знакомство пройдет успешно, то можно рассчитывать на то, что Арианон официально пусть и признают частью Империи Снегов, но он сумеет сохранить некоторую независимость, – ответил дядя, глядя мне в глаза.

– А какой твой интерес в этом деле? – полюбопытствовала я, понимая, что разговоры о будущем браке мне не нравятся!

– Трон Арианона должен был принадлежать моей семье. Мы с покойным королем – двоюродные братья. Именно мой отец должен был унаследовать престол. Но судьба распорядилась иначе. Придворные интриги сделали свое дело, отравив разум покойного деда, и тот предпочел другого наследника. Якобы из-за того, что на момент решения данного вопроса у него уже был взрослый сын, что послужило очень веской причиной. В тот момент, когда отцу принцессы было уже лет двадцать семь, я еще плакал на руках у матери. Как видишь, на вашем фамильном древе нет никакого упоминания о моем отце и обо мне. Но все и так прекрасно знают, кто я такой. Моему отцу сохранили жизнь только в обмен на клятву никогда не претендовать на титул короля. Но тогда я поклялся, что надену корону Арианона, – улыбнулся дядя и тут же добавил: – Я сведу личные счеты моей семьи с некоторыми нашими общими знакомыми, чьи предки поспособствовали этой исторической несправедливости.

– Что ж ты раньше молчал! Могу дать померить! – ответила я. – Кстати, она очень тяжелая и неудобная… А хочешь – забирай! Дарю!

– Не могу. Но есть одна загвоздка. Королем я стать не могу, даже если женюсь на тебе вопреки традиции и узам крови. Я ничего не приобрету, а ты потеряешь все. И титул, и корону, и трон… Но зато я могу стать наместником. Корона та же, полномочия те же, а титул – нет. А наместником я могу стать только с твоего согласия и при условии, что ты будешь императрицей. И чтобы это произошло, мы должны собрать нужную сумму, которая станет приданым принцессы вкупе с землями Арианона. Так что тебе достается в мужья один из самых влиятельных людей в мире, а мне титул наместника и корона в придачу.

– А ты уже видел этого Лиса? – поинтересовалась я, понимая, что как-то не хочется выходить замуж за кота в мешке. Сказать по совести, я искренне рассчитываю, что я ему не понравлюсь и вместо свадебки Лис хлопнет дверью и отправится в свою Империю. Я уже мысленно заготовила платочек, которым буду махать ему вслед, утирая слезы счастья.

– Видел неоднократно. Внешность его я описывать не стану, потому как тебе самой предстоит его увидеть, а насчет характера… сама все поймешь. Но я тебе скажу, что он сейчас очень обижен на Арианон. И после того как мы провернем одно дельце, он обидится на нас еще сильнее, поэтому лично приедет сюда. А тут ты, очаровательна, мила, соблазнительна и очень остроумна. Стоишь и протягиваешь ему один миллион дани. Ему будет сложно устоять перед твоим обаянием и перед твоими чарами. В итоге я уверен, что назад он отправится только для того, чтобы объявить о вашей помолвке, – отозвался дядя, улыбаясь.

Я даже покраснела. Никогда еще столько комплиментов не сыпалось на мою голову.

– А для того чтобы стать «милой, очаровательной, остроумной и соблазнительной», тебе придется учиться, – рассмеялся дядя, глядя на мое смущение. – У нас только одна попытка. И действовать мы должны наверняка. А сейчас я предлагаю выставить на тракте сборщиков пошлины за провоз товаров, которая прямиком отправится в казну. И усилить патрули на дорогах. Для видимости безопасности.

– А если они возмутятся? Что тогда? – спросила я, удивляясь находчивости этого человека. Таких людей я никогда не встречала в своей жизни, а до такого решения вряд ли додумалась бы самостоятельно. А если бы и додумалась, то без посторонней помощи не справилась бы с его реализацией.

– Конечно, купцы будут очень недовольны, но заплатят, куда денутся. А то как-то неправильно получается! Не государство, а проходной двор, – иронично заметил дядя, сворачивая карту.

– Хорошо, а как мы это сделаем? – поинтересовалась я. – Есть большая доля вероятности, что деньги с купцов просто не дойдут до сокровищницы. Кто-то должен следить за этим! И желательно, зная местные нравы, чтобы за теми, кто следит, установить дополнительную слежку.

– Не усложняй, моя дорогая, – ответил дядя, разворачивая карту Арианона. – Это будет намного проще сделать, чем ты думаешь.

– Как по мне, так это очень рискованно. Если местный царек… ну я имею в виду того, кто владеет этими землями, будет ставить нам палки в колеса, то у нас ничего не выйдет! – возмутилась я.

– Не будет, моя дорогая. За это я могу поручиться, – рассмеялся Демон. – Неужели ты не догадалась?

– Это твои земли? – высказала я свое предположение, понимая, что придется делиться.

– Да. От сих, – Демон провел пальцем по карте внушительное, по меркам Арианона, расстояние, – до сих.

– И вот этот лес тоже твой? – поинтересовалась я, тыкая пальцем в карту.

– Частично. Опережая вопрос. Залив тоже. А если тебе угодно точно знать границы моих владений, то от этого камня до вот этой елки, если быть предельно точным, то до этой.

Я прыснула, а потом ткнула пальцем на еще одну дорогу, ведущую на север страны:

– Это чьи земли?

– Здесь начинаются земли барона Оселота. Он больше всех будет возмущен столь явной несправедливостью, вот увидишь. – Дядя зевнул, свернул карту и бросил ее на стол. – Но этой дорогой давно не пользуются. Ее называют «старый тракт». Она идет через лес и болота, поэтому рисковать никто не станет. Даже самые ушлые торговцы предпочитают расстаться с деньгами, а не с жизнью.

– А если они все-таки решат доставлять товары морем? – поинтересовалась я. Нет, ну надо просчитать все варианты. Мало ли, а вдруг жадность возьмет верх над здравым смыслом?

– Не решат. Когда-нибудь я расскажу тебе, как заработал свое состояние и обзавелся широким кругом знакомых… – нехорошо улыбнулся дядя. – Так что про море даже не думай. Они не станут рисковать. Если ты согласна, то мы пишем приказ, прибиваем его на пограничном посту и в течение оставшегося времени просто ждем. Завтра утром нужно будет его озвучить. Сразу после этого я забираю второй экземпляр и отправляюсь к себе, дабы лично проследить за его исполнением. А теперь оговорим мою прибыль. Ровно половина от поступлений идет мне в карман.

– А это не наглость? – возмутилась я, понимая, что платить все равно придется.

– Отнюдь, дорогая моя. На меньшее я не согласен, – вздохнул дядя.

«Я мзду не беру! Мне за державу обидно!» – вспомнилась мне принципиальность одного таможенника. «А я возьму. Именно по той же самой причине!» – мысленно вздохнула я.