Денег нет, но ты держись! - Кристина Юраш

Карточный долг, товарищи, это – дело чести!

Ухудшение наступило внезапно. Я уже была почти стопроцентно уверена в благополучном исходе, как к вечеру четвертого дня мой дядя решил умирать. Причем решил он бесповоротно и окончательно, обидевшись на весь несправедливый мир в моем лице. Я проверила температуру. Если она и была выше моей, то явно не настолько, чтобы бежать за духовником. Я снова наполнила бокал теплым отваром клюквы и предложила дяде не упрямиться и выпить. Пока что из симптомов оставалась слабость и кашель.

– Нет! – категорически заявил пациент, подавляя приступ кашля и закатывая глаза. – Я отказываюсь! Мне проще умереть, чем пить эту дрянь! Принесла бы лучше вина!

И тут мне в голову пришла гениальная идея! Глинтвейн. Правда, я сомневаюсь, что здесь найдется корица и прочие специи, но медом и красным перцем разжиться можно. Я видела сушеный перец на кухне. Через десять минут появилась Джоан, поставив на стол графин с вином, горшочек с медом, а потом, немного повертев в руках и недоумевая, для чего он мне нужен, стручок красного перца. Я молча опрокинула графин с вином в пустой котелок, добавила туда мед и красный перец. Все это я поставила на огонь. Джоан смотрела с плохо скрываемым любопытством.

– Хорошее средство от кашля, – заметила я, помешивая напиток ложкой. Готово. Я попробовала горячее вино и осталась очень довольна его вкусовыми качествами. Кстати, вино здесь действительно неплохое. В прошлый раз я варила себе глинтвейн на дешевом портвейне из тетрапака. Земля и небо!

Дождавшись, пока варево остынет до вполне приемлемой температуры, я разбудила больного, который, завидев кубок в моих руках, закрыл глаза и прикинулся мертвым.

– Я не стану пить это! – возмутился Демон, отворачиваясь от меня.

– Отлично! – сказала я ласково. – Тогда будь так любезен, умри побыстрее и оставь меня своей единственной наследницей. Слушай, а ведь действительно! Отпиши на меня свое состояние и можешь умирать спокойно. Разрешаю!

– Еще чего… – возмутился пациент. – Облизнешься! Я лучше отдам его Ленсу. Пусть мучается, думая, кому еще бы раздать его. Поверь мне, даже ему понадобится несколько лет, чтобы бездарно, но очень благородно спустить его.

– А как же я? Бедная племянница? – жалобно спросила я, с нежностью глядя на этого упрямца.

– Тебе я не оставлю даже ломаного гроша! – категорически ответил Демон. По голосу чувствовалось, что он улыбается. – Даже если ты будешь сидеть возле моей кровати во время моей агонии и держать меня за руку, в уме подсчитывая размеры наследства.

– У тебя дети есть? – поинтересовалась я с юридической точки зрения. – Жена есть?

– Жены нет, а про детей – не знаю, – отозвался дядя, закрывая голову одеялом. Спрятался… Какая прелесть!

– Отлично! Я – твоя единственная наследница. А если кто и объявится, то я быстро конфискую твое состояние в пользу короны! Так что не волнуйся, любимый дядя. Можешь умирать спокойно… – вздохнула я, ожидая ответной реакции. – И вообще, это не то, что ты подумал. Это – вино. По особому рецепту. Помогает от кашля… Так что хватит вредничать и пей.

Через пять минут увещеваний больной прикинул, что к чему и передумал умирать. Он даже соизволил попробовать мой напиток, вылезая из своей «берлоги».

– Горячее вино? – принюхался он к содержимому. – Моя дорогая, ты издеваешься!

– Пей! – заорала я, теряя терпение. – Так задумано!

– Ладно, ладно… – гордо сказал Демон, улыбнувшись. – Из твоих рук хоть яд…

Самое интересное, что напиток он распробовал. И даже попросил добавки. Через два дня он, пошатываясь, уплелся в свою комнату, ни сказав ничего. Про благодарность я вообще молчу.

Слухи распространялись быстро и незаметно, как вши в дружной детсадовской группе. Пусть они и возникли неспроста, но кто-то явно подливал маслица в огонь. Стоило мне появиться, как все тут же замолкали, делая вид, что никакого разговора не было. Однажды в тронном зале я услышала отчетливый шепот: «Ведьма!» Для простого люда, охочего до свежих сплетен, факт быстрого и загадочного выздоровления моего «родственника» от «страшной смертельной хвори» стал просто находкой. Кто-то вспомнил нас с Джоан, идущих с котлом, потом кто-то из слуг лично засвидетельствовал, как я в полнолуние зарезала младенца, окропив его ослиной мочой, а «очевидца» якобы просила подержать осла в момент опорожнения, пока сама возилась с ведром. И теперь каждый своим долгом считал предположить, каким-таким расчудесным образом, разогнав всех лекарей, я сумела вылечить не что-нибудь, а обычную респиратурку! Так благодаря слухам котел с вином превратился в зелье на крови, а ОРВИ, благодаря стенаниям больного, – в местное подобие бубонной чумы. Лично я слышала версию о том, что за ночь принесла в жертву сорок одну девственницу. Версия мне понравилась, особенно учитывая тот факт, что я не просто отыскала таких, но и самолично проверила каждую девушку на целомудренность. Так из обычного терапевта я быстро переквалифицировалась в гинеколога.