Квалификация для некроманта - Дарья Сорокина

– Дай мне доделать начатое, и поговорим!

– Хорошо, – слишком легко согласился Дэл и положил обе руки ей на талию. – Чтобы ты не сбежала от разговора.

– У нас еще остался неразорванный лист платана, если ты не забыл.

– О, ты ведь понимаешь, что, предлагая мне это, фактически признаешься в чувствах? – Дэлиге заерзал на стуле.

– Да, понимаю.

– Я буду паинькой. Зашивай скорее!

Эндэлиге выполнил обещание и больше не приставал, лишь время от времени тяжело вздыхал и морщился.

– Вроде все. – Натт вытерла запекшуюся кровь со щеки, обрезала нити и критически осмотрела тонкие линии.

– Как я?

– Ну… Я попыталась. – Щека все равно выглядела ужасно, несмотря на старания.

– Верю. Хочу отблагодарить. – Он резко подхватил ее на руки и отнес к кровати.

– Погоди. Сначала платан! Мы хотели разорвать лист. Дэл, стой!

– Потом. Его разрывают при разлуке, или ты уже хочешь отделаться от меня? – Он вдавил ее в жесткий матрас. – Это уже было с нами. Здесь. Ты сопротивлялась в тот раз…

– Не надо!

– Это тоже было. – Он раздвинул коленом ее ноги.

– Ты знаешь, чем все кончится, если не остановишься?

– Вырвешь мне ногти? – Хищная улыбка играла на губах келпи, которые почти касались ее.

– Да…

– У тебя нет тьмы, милая. Ни капли, а вот я… – Зеленые глаза заискрились магией, и черные эфемерные щупальца опутали бывшую некромантку, лишая возможности сопротивляться, прямо как воздушные кандалы Хассела. – Как я сразу не догадался, Мурке? Все бы сложилось иначе, не будь ты темной. Тьма была чужда тебе с самого начала. Ты огонь. Ты свет для меня. Только для меня. Стань моим пламенем, согрей, здесь холодно…

– Не играй со мной, Дэл. Скажи правду, кто ты!

– Я не знаю. Речной дух, Фирс Хассел, феникс, преподаватель из Истболверка. Немного запутался. Но стану тем, кем пожелаешь. Только скажи. Келпи – оборотни. Мне под силу сделать тебя счастливой. Могу стать блондином, если тебе больше нравятся светлые волосы.

– Да без разницы мне цвет твоих волос, а как же Илвмаре?

Мужчина простонал.

– Не знаю я!

Щупальца исчезли, и демон схватился за голову и прохрипел:

– Уезжай!

– Ну вот, опять. Не понимаю тебя, Эндэлиге!

– И не надо… Какой же я идиот!

Они молчали, и Натт не решалась прикоснуться к келпи.

– Дэл… Мне нужна твоя помощь. – Она нутром чувствовала, что выбрала плохой момент.

– Говори, – с готовностью кивнул дух.

– Ты ведь умеешь плавать?

– Это шутка такая? – Флэм криво ухмыльнулся на одну сторону.

– В Иннсо Тод есть одна сфера… – Демон насторожился. – Синд выбросил ее, а она очень важна. Думаю, в ней душа феникса, его самые главные воспоминания.

– Так это был Синд? Вот кому надо сказать спасибо. – Мужчина помрачнел еще сильнее.

– В каком смысле?

– Неважно… Сферы там нет.

– Но…

– Ее там нет! – Келпи вскочил с кровати и вцепился себе в волосы. – Она пропала!

– Дэлиге, успокойся. Откуда ты знаешь про сферу? – Натт испуганно смотрела в безумные глаза демона. Его взгляд метался по комнате, по светильникам и сферам на полках, по лицу Мёрке. Мужчина страдал, она видела это.

В окно тихо постучали, и оба одновременно обернулись на звук.

– Ореоле! – Девушка метнулась к балкону, где сидела взъерошенная иволга с капсулой на лапке.

Келпи зло оскалился.

– Какой же я наивный идиот! Думал, в этот раз Форсворд нам не помешает. Но ты все равно бежишь к нему, даже после стольких лет, после того, что он сделал с тобой. Всегда он! Синд, Синд, Синд!

– О чем ты? – Натт зажала в руке капсулу.

– Ни о чем. Твой инквизитор, кстати, в Тэнгляйхе. А на днях даже ездил тебе за подарочком в Рискланд. Сокрушался, что пропустил твой день рождения. Да-да, зимнее солнцестояние. Откуда я только знаю это?! Из твоей головы вытащил или всегда знал? Кто я для тебя? Почему думаю о тебе, а не об Илвмаре? – Флэм сплюнул себе под ноги. – Он ждет. Волнуется. А подарок-то какой! Символичный.

– Синд приехал в Тэнгляйх?..

– Рада? – Зубы речного духа стали острыми и тонкими, а ноздри жадно втягивали воздух. – Ты написала ему, а не мне!

– Да что с тобой такое, Дэл? Ты пугаешь меня.

– Тем лучше! Может, ты свалишь наконец из академии? С прошедшим тебя, Натт Мёрке, – он небрежно швырнул черную сферу памяти на постель, – и не подходи ко мне больше. Никогда!

– Ты сам притащился в мою комнату!

– Уже жалею. И ты отвратительно обращаешься с иглой. – Он провел ладонью над шрамами, и они мгновенно исчезли. – Ненавижу тебя.

Дверь хлопнула, и со старого потолка посыпалась побелка.

– Псих! Ненормальный! – кричала Натт, надеясь, что призыватель слышит. Она даже занесла сферу над головой, чтобы запустить ему вслед, но та мгновенно активировалась.