Она чужая - Евгения Мэйз

Это была честность без ложных заверений и без преувеличения собственных возможностей.

— Если он примет тебя, то да, — Берти потрепала по загривку невозмутимую собаку, — его зовут Снап и вся эта свора подчиняется ему. Он очень умный, но у него есть свой характер. Он вожак стаи, а его вожак пока я. Если не передумала, пробуй. Сегодня он пойдет за тобой или ты уйдешь отсюда одна.

Кэш взглянула на женщину, а потом на собаку, вновь на женщину и вновь на Снапа. Надо пробовать и нельзя отступать. Она развязала шарф и расстегнула куртку, присев на корточки возле Снапа, разглядывая красивое и сильное животное, выдохнула, перед этим слегка надув щеки. Она понятия не имела, как себя вести в таких случаях. В мозгу всплыло все, что она когда-либо слышала о собаках и знала о них, тут же утонув под снизошедшим на нее дзеном.

— Привет, пёс.

Пёс зарычал в ответ на это, словно кто-то до этого дал ему бесшумную команду «можешь двигаться, рычать и отвечать».

— Меня зовут Кэш, а тебя я знаю — Снап.

В ответ ей достался еще один рык, продолжительнее и звучнее первого. Такое животное взять и сразу погладить будет очень опрометчиво. Кэш вздохнула.

— Такое имя тебе дали неспроста, я тоже читала Сетон-Томпсона, к слову говоря это мой любимый рассказ про бульдога по кличке «имбирный пряник». На пряник ты похож меньше всего. Значит дело в том, как ты щелкаешь зубами.

В ответ пес показал белоснежные и острые зубы, приподняв верхнюю губу. Предположение оказалось верным, Кэш зубы оценила, поджав губы и кивнув.

— Ты крут, честно. Все останется за тобой Снап. Все, как было, так и есть твое.

Пес отвел глаза на короткое мгновение и как-то презрительно ругнулся-рыкнул, как бы говоря, что тут и так все его, эка невидаль!

— Но только слушать ты будешь меня, — Кэш позволила себе посмотреть в глаза животному, отлично зная, что он воспримет это, как вызов.

Так и произошло, Снап ощерился, в одну лишь секунду превратившись из неподвижного изваяния в своего древнего предка. Он сделал лишь шаг вперед, оказавшись возле Кэш на уровне ее лица и при желании мог бы броситься ей в лицо, что он почти и сделал. Она чувствовал его дыхание и просто отмахнулась от него, щелкнув по морде ладонью, как если бы влепила пощечину.

— Не дыши на меня из пасти воняет. Я же на тебя не дышу!

Удар получился увесистым: пса повело в сторону, и он мотнул головой, встряхиваясь и тут же возвращаясь к ней в тоже положение. У нее всегда был хороший удар и неважно как она била с размаху или вот как сейчас, просто отмахнувшись.

Кэш повторила короткий шлепок по морде, но уже левой рукой, стоило тому броситься на правую руку, и третий, чередуя руки, и могла бы сделать это еще не раз, но на шестой, она просто вцепилась собаке в шкуру у самого уха, на шее и с силой подтянула его, упирающегося всеми лапами, к себе.

— Так может продолжаться весь день, поверь, я не устану, разве что заскучаю. Решайся Снап или ты возле меня, или иди к Берти, протирай и дальше свой лохматый зад.

Кэш стряхнула его со своей руки и легко поднялась, взглянув на женщину, и уже не обращая на животное совершенно никакого внимания, пожала плечами.

— Я сделала все, что считала нужным. Дальше дело за ним.

Берти кивнула, поднимаясь.

— Пойдем, я напою тебя чаем с малиной.

Кэш согласилась, но про себя нахмурилась: она не звала в дом Дэна, хотя Кэш даже не сомневалась в том, что они знакомы.

— Пойдем, Дэн подождет нас, от него не убудет.

— Вы не зовете его в дом, почему? Собаки не принимают?

— Да, это не его территория, — ответила Берти туманной фразой и повела ее в дом.

Она не только напоила ее чаем, но и показала ей дом, рассказывая о том кому раньше принадлежали сейчас уже закрытые комнаты, где-то совсем нетронутые, а где-то заваленные вещами и всяким хламом.

— С годами стало сложно поддерживать порядок во всем доме и следить за ними.

Она кивнула на собаку, что шла рядом с ними, а если уж быть совсем точной, то позади.

— Я выбрала их. Теперь же я хочу к внукам, а собакам в городе не будет счастья. Они ведь не комнатные, нет такой квартиры, где им всем будет место.

Кэш потрепала по голове Снапа, что наконец приблизился к ним, встав между ними, и взглянул на нее снизу-вверх.

Кэш прощалась на сегодня, она и Берти порешили, что она приедет завтра и во все остальные дни, чтобы уладить вопрос с бумагами и самое главное научиться великой науке по уходу за животными.

Снап провожал ее до входа на территорию дома, вся остальная свора носилась по участку и в обходе территории не принимала никакого участия. Он лишь прорычал в сторону Дэна что-то угрожающее или предупреждающее, Кэш усмехнулась и погладила еще раз эту грозную, дурно пахнущую морду.

— До завтра, Снап. Бди.

Она села в машину, тяжело вздохнув и наконец взглянула на Дэна, который вопросительно приподнял бровь.

— Кажется, я все же остаюсь и надолго.

— Неужели согласилась?

Он хмыкнул, провернув ключом в замке зажигания, завел машину и сдал назад, возвращаясь к дороге.

— Тут правильнее сказать согласиЛся. А ты чего не пришел к нам?

Дэн лишь пожал плечами, избегая ее взгляда.

— Аллергия на собак.

Кэш согласно кивнула, еще раз обратив внимание на то, что при всей его аллергии он ни разу не чихнул и не «расплакался», тогда, когда вся ее одежда за исключением разве что нижнего белья, была покрыта слоем разнообразных волосков собачьей шерсти.

Конечно аллергия! Объяснение может быть куда проще и прозаичнее — Дэн боится собак, но вспомнив поведение вожака стаи и тот момент, что он продолжал оставаться на дороге, не переступив при этом границу владений, а также фразу Берти о том, что там не его территория, Кэш все-таки сделала вывод, что рядом с ней сидит не человек, а оборотень.

Собаки довольно агрессивно реагируют на них, не признавая в них людей, скорее относя их к волкам. Но судя потому, как держался Дэн и как все-таки спокойно вела себя стая Снапа, они знают его и давно поделили территорию, четко дав тому понять, куда ему заходить не стоит.

Почему он поехал с ней, зная, что у нее обязательно возникнут вопросы? В самом деле решил ограничится отговоркой об аллергии или каким-то образом понял, что она бессмертная?

— Куда теперь?

Кэш пожала плечами, отвлекшись от дороги и от собственных мыслей.

Надумывает себе проблемы! Мир проще, чем он кажется. Но поделать со своими мыслями все равно ничего не может, вот и сейчас отметив про себя его напряженность в голосе.

— Не знаю, может поедим где-нибудь? Я угощаю, — предложила Кэш, и чуть погодя добавила, — только сперва я хотела бы переодеться, вся одежда в шерсти.