Ангелы Эванжелины - Алеся Лис

Мужчина напротив мрачнеет, переглядывается с остальными стражниками.

— Теодор, — опускает он оружие. — Я тебе верю. Но Лейтон подал жалобу королю, что ты угрозами и шантажом у него потребовал отказ. Куинкей подтвердил и отметил, что леди Эванжелина страдает глубоким психологическим расстройством и полностью невменяема.

От несправедливых обвинений в груди поднимается возмущение. А еще становится до боли обидно. Что обо мне подумают люди, которые стали моими друзьями, которые меня поддерживали и помогали? Я чувствую, как жар стыда заливает щеки

— Его величество Яков решил разобраться, — между там продолжает страж. — Он помнит твои заслуги перед короной, но на первом месте интересы девушки. Мы должны ее забрать до выяснения обстоятельств.

Рядом сдавленно охает Лина, Зоуи хватается за сердце, а Риган, как будто невзначай становится с другой стороны от меня. Ошеломленно хлопаю глазами, переваривая информацию. Вот же гады эти родственнички. И если Эва испытывала к сестре какие-то теплые родственные чувства, то у меня они отсутствуют напрочь.

— Я лично обследовал Эву, — подает голос доктор Эшли. — Нет у нее никакого расстройства.

С благодарностью смотрю на своего нового защитника.

— Док, вот лично и засвидетельствуешь это его величеству, — разводит руками Крев, по-видимому, с ним он так же близко знаком, как и с Теодором. — Мое дело маленькое — доставить девушку туда, где ей необходимо быть.

Я уже открываю рот, чтобы возразить, но Теодор легонько пожимает мою ладонь, прося помолчать. Кидаю на него осторожный взгляд и замечаю легкий кивок, подтверждающий мою догадку. Ладно, помолчим.

— Крев, ты же понимаешь, что она никуда не поедет, — с нажимом произносить граф, и я непонятно как оказываюсь у него за спиной.

Только сейчас позволив себе оглядеться, с изумлением понимаю, что большинство гостей и уличных зевак расступились, поспешив убраться подальше. Детей с подачи Зоуи забрала Илин, скрывшись в помещении церкви. На ступенях остались только я, Теодор, Риган и Лина вместе с экономкой.

— Тео, будь благоразумен. Мы забираем Эванжелину не дольше чем на несколько дней. Пока ты подашь прошение королю, — увещевает его мужчина. — Ты же знаешь Якова, он быстро во всем разберется. Девушке ничего не угрожает.

Я нервно сглатываю, вспоминая стены лечебницы, фанатичный блеск в глазах Куинкея, и смутную тревогу, которая на задворках сознания криком кричит, что живой и здоровой я оттуда не выйду. Иначе, зачем Ловару, которому до недавнего времени было наплевать на сестру собственной жены, теперь требовать меня обратно? Подозрения о том, что он что-то пронюхал о камне, слишком очевидны.

Испуганно смотрю на побледневшее лицо Эмерея, на его плотно сжатые губы, и на секунду мне кажется, что он меня отдаст, отправит с этим грозными воинами, ведь, все, что от меня требовалось, я выполнила.

Сердце сжимается в тревоге, я прижимаю ладонь к груди, прямо к тому месту, где оно испуганно бьется под тонкой кожей прикрытой белоснежным атласом свадебного одеяния. Нет, мой Тео не такой, не может он так поступить. Он меня любит. А еще он, так же как и я догадывается, зачем я нужна Лейтону.

— Нет, Крев, она останется, — твердо произносит граф. — Ты даже и не представляешь, о чем просишь. То, что видно на поверхности, это лишь вершина айсберга. Я благоразумен, и мое благоразумие подсказывает мне защищать свою семью.

— Пойдешь против воли короля? — поднимает брови старый вояка.

— С Яковом я как-нибудь разберусь, — дернув плечом, отвечает Теодор. — А семья это то, что не предается.

Два стражника, стоящие по бокам от Крева, как подкошенные падают на землю со спутанными зелеными лозами ногами. Я уже видела эти лозы. Там, на опушке перед древним храмом драодов. А еще два кидаются к нам, обнажая оружие.

Я невольно вскидываю ладони в привычном уже жесте и с мрачным удовлетворением ощущаю бегущие по пальцам мурашки. Думаю этих двоих я вполне могу замедлить, нужно только, чтоб они поближе подобрались. Я ведь до сих пор не знаю, каков радиус действия моих способностей. Вот-вот, еще совсем чуть-чуть и я смогу, я их достану. Зуд в ладонях становится нестерпимым, я уже чувствую свою силу и чувством облегчения, освобождаю рвущийся дар. Но… ничего не происходит. Совсем. Глухое разочарование и недоумение проступает на моем лице. А наперерез стражникам кидаются Теодор и Риган. Полностью безоружные.

Нет, я точно не могу допустить, чтоб кто-то из них пострадал! Но мужчины и не думают приносить себя в жертву. Они действую настолько синхронно, словно братья-близнецы и ловко обезоруживают двоих стражников, которые, лежа на земле, с умильным изумлением взирают на своих противников. Но если бы было все так просто.

Подмога не заставляет себя долго ждать, и спустя несколько секунд стоя спиной к спине, Риган и Тео оказываются окруженными еще пятеркой воинов.

— Не слишком много ли стражи для транспортировки одной маленькой девушки, а Крев? — издевательски поднимает брови Эмерей.

— Зная тебя, не слишком, — хмуро отвечает пожилой вояка.

Смотреть на эту мясорубку выше моих сил.

— Нет, остановитесь, — кричу я. — Не трогайте его. Их… Я пойду…

Мой голос слишком громко звучит в наступившей тишине и я вижу как после моих слов вздрагивает Теодор.

— Зоуи, забери отсюда Эванжелину, — отрывисто рычит он, даже не взглянув на меня, а Зоуи и Лина хватают меня за руки.

Я врываюсь, плачу, кричу, но они держат крепко, не прекращая попыток завести меня в храм. Окружившие мужчин стражники кидаются в атаку.

Это только в фильмах нападают поодиночке, в реальности все происходит именно так. Нечестно, некрасиво, неблагородно. А лежащих не просто не бьют, их добивают…

Я не могу ничего различить в этой схватке — мелькают острые сабли, руки, черные пятна костюмов смешиваются с красными мундирами стражников, слышатся хриплые возгласы и глухие удары. А я даже рук поднять не могу, чтобы им помочь. Стараюсь раз за разом остановить время, пока не выбиваюсь из сил, но ничего не получается. Безвольно обвиснув на руках у крепко держащих меня женщин, сквозь застилающие глаза слезы с ужасом смотрю на бой. Сознание словно уплывает куда-то, в голове туман, который даже громкий ох Лины не может разорвать и сдавленный возглас Зоуи. А потом мой рот закрывает мужская ладонь. Второй рукой неизвестный крепко обхватывает меня поперек тела.

Сдавленно мычу и брыкаюсь, пытаясь вырваться, даже кусаю руку на своих губах, на секунду дав себе возможность освободиться и позвать на помощь.

Мой крик всего лишь на миг отвлекает Тео, но этого оказывается достаточно, чтоб волокущий меня куда-то похититель споткнулся об неизвестно как вылезший из-под земли корень и упал, увлекая меня за собой.

Больно ударившись бедром о землю, выскальзываю из рук мужчины и поднимаюсь на ноги. Кидаю взгляд на место битвы и замираю от ужаса, потому как, сосредоточившись на моем спасении, Эмерей пропускает удар и как подкошенный падает на землю.