Истинная для Ворона - Мирослава Адьяр

Герант отрывается от меня всего на мгновение и хрипло рычит, когда я умоляюще выдыхаю:

— Еще…

— Позже, — двоедушник усмехается и ставит меня на пол. Заботливо поправляет на мне рубашку, заправляет за ухо растрепанные пряди и, будто невзначай, касается припухших губ. — Фэд просил привести тебя, когда очнешься. Намечается серьезный разговор.

Меня передергивает при упоминании имени магистра, но делать нечего.

Невозможно же прятаться в медотсеке вечно.

***

— Что именно мы везем на Заграйт?

Мрачный взгляд Бардо упирается в Фэда, как острие клинка — в стену.

Негодование капитана мне хорошо понятно, ведь на свой корабль его не отпускают, приказав расположиться под присмотром магистра. Люди Фэда сами доставят транспорт Бардо на Заграйт, что совершенно его не радует и ясно читается на лице.

Сам магистр, заложив руки за спину, расхаживает по мостику и рассматривает пол с таким интересом, будто там начертана вся история вселенной.

— Не уверен, — он смотрит на стоящую в стороне девчонку, которая что-то увлеченно набирает на планшете и взгляда Фэда не замечает в упор. — Но у меня есть совершенно безумный план.

— Я заинтригован до глубины души, — хмыкает Бардо.

— На то и расчет, — тонкие губы растягиваются в знакомой усмешке, от которой по спине бежит холодная дрожь. Карие глаза становятся почти черными, из-за чего от мужчины веет чем-то демоническим, нереальным. Даже воздух вокруг него густеет и вибрирует от напряжения. — Я связался с отцом и выторговал нам немного времени, — Фэд морщится и трет переносицу так остервенело, будто хочет добраться до самой сердцевины тревожных мыслей и вырвать их с корнем. — Ненавижу быть ему должным, но любопытство сильнее.

— И куда же мы летим?

— Флоренс!

От рыка магистра девчонка в углу замирает и отрывается от планшета. Ее, кажется, совершенно не задевает тон мужчины. Ни один мускул не дергается на остроскулом лице. Она откидывает со лба прядь темных волос, подходит к навигационной панели в центре мостика и поднимает в воздух голографическое изображение незнакомой мне планеты.

— Мы летим на Кулган, — голос у нее тягучий, ласкающий, точно жидкий шелк смешали с медом. — В Великую библиотеку.

— Что, как в юности будем копаться в пыльных конспектах? — Герант без особого интереса изучает кулганскую планету.

— Именно, — кивает Фэд. — Кулганцы — незаинтересованная сторона. Я не знаю больше существ, которым настолько плевать на власть. Так что есть шанс, что нас не ограбят и не выпотрошат к чертовой матери.

— Вы лжете, — слова срываются с языка прежде, чем я успеваю их обдумать, и тотчас все взгляды обращаются ко мне. — Вы знаете, что мы достали на Гулан-Дэ.

Фэд прищуривается и скрещивает руки на груди. Смотрит на меня пристально и изучающе, без капли смущения.

Проверяет, поймаю ли я его на лжи? В конце концов, мне все еще предстоит стать членом Гильдии, но время для проверок — совершенно неподходящее.

Впрочем, что я вообще могу знать о методах работы этого странного человека?

— Глаз-алмаз, — он улыбается той улыбкой, какую можно назвать: «Молодец, пока что я тебя не убью, ты — забавная обезьянка». — Но я не совсем лгу. Я догадываюсь, что мы нашли, но не уверен на сто процентов. Разница есть.

— И что же?

— Подозреваю, что мы нашли Ключ.

Повисшая на мостике тишина заставляет магистра раздраженно закатить глаза.

— Толпа неучей, — ворчит он. — Несколько тысяч лет назад юлад-канай, пожиратели звезд, стали причиной бегства людей с Земли. Расе этой мы в подметки не годились и быстренько свинтили в отдаленные системы, где и затаились, тихонько отстраивая первые крохотные колонии. Благо, что к тому времени мы кое-как освоили подпространство. — Фэд хищно усмехнулся. — Юлад-канай же времени не теряли и буквально за двести лет построили сеть врат, с помощью которой и путешествовали. Они не использовали подпространственные прыжки — предпочитали мгновенные перемещения. На данный момент открыто восемьсот тридцать семь ходов. В самых разных системах во всех уголках галактики. И после того, как юлад-канай перестали существовать или, что более вероятно, отправились путешествовать дальше, врата ни разу не использовали. Считается, что у нас просто нет ключей, чтобы их открыть. Но до наших дней дожили описания этих самых ключей.

— Если ты прав, то зачем члену совета такая игрушка?

Фэд разводит руки в стороны, всем видом показывая, что правда этого не знает.

— Мое мнение: все это пахнет дерьмом. И большими неприятностями. Но для начала я хочу подтвердить свои догадки. И только кулганцы могут мне в этом помочь.

— Камкери! — голос Флоренс прорезает возникшую тишину. Она указывает на экран сканера, где ярко вспыхивают точки вражеских кораблей.

Фэд оказывается у кресла пилота так быстро, что начинает рябить в глазах. Магистр набирает на панели команду прыжка, но через секунду сдавленно шипит и посылает проклятия в черноту космоса.

— Не успеем уйти! Флоренс, на пушки!

— Подождите, — девушка сжимает тонкими пальцами плечо магистра и указывает на экран, где точки выстраиваются правильным полукругом, но на сближение не идут. И на мостике не срабатывает сигнал тревоги, как обычно бывает при подготовке кораблей к стрельбе. — Они не нападают.

— А мой корабль? — Бардо встает слева от Фэда и пристально наблюдает за происходящим.

Флоренс касается рукой уха, где прячется миниатюрный наушник.

— Никакой подготовки к атаке, — отвечает она через секунду. — Камкери просто… наблюдают.

Магистр все больше хмурится. Он решительно настроен прыгать.

— Сообщи команде координаты для перемещения, — бросает он девчонке, — убираемся нахрен, пока твари не передумали.