Королевская Академия Магии. Четвертый факультет - Наталья Самсонова

"Он тот, кто делает этот мир приемлемым", пришла мне в голову убийственная мысль. Артаганн тот, кто примирил меня с этим миром. Тот, кто показал, что еще не все запущено. Что здесь есть и хорошие, и плохие люди, драконы, оборотни. Он первым протянул мне руку помощи и не попросил ничего взамен. Он и Кайрус. Но Кай… Кай воспринимается как младший брат, шебутной и увлеченный мальчишка. Артаганн же…

Он совсем не похож на тот идеал мужчины, который я себе когда-то рисовала. Вообще никакого совпадения! И сердце у меня не замирает в его присутствии. Вот только тот образ возлюбленного, который я лелеяла всю сознательную жизнь, на фоне Арта стал картоном. Безвкусным и бесцветным, с легким ароматом нафталина.

— Я не готова отказаться от него, — тихо произнесла я. — Нет радости от мысли, что его нет.

Всю жизнь я держала себя в оковах. Никогда не позволяла себе рухнуть в чувства и мужчины уходили. Нет, я не была "брошенкой", как правило, инициатором расставаний была я. Ведь невозможно не почувствовать, когда из объекта любви превращаешься в объект мебели.

— Стоп, это не любовь, — строго сказала я. — Это что-то иное. Сильное, крепкое, но… Ссерша, тебе никто не говорил, что твоя ухмылка унижает окружающих?

— Ссерша умиляется, — фыркнула эта зараза. — Доркас весьма хороша в том, чтобы не замечать неудобных вещей.

— Не замечать?

— Доркас даже не задумалась, когда решила рискнуть жизнью и спасти дракона, — напомнила Ссерша.

Я тут же запротестовала:

— Это другое! Я была не одна.

— Господин Тосс хотел уйти.

Господин Тосс? А, точно, Кайрус Тосс. Если бы не Ссерша, я бы и не вспомнила про фамилию Кая.

— Я не хочу глупо хихикать в ответ на каждую его фразу, при виде него мое сердце не выпрыгивает из груди. И…

— Доркас старше, чем выглядит, — серьезно сказала Ссерша. — Доркас много и трудно работала, чтобы получить свободу. Доркас не может чувствовать все сразу — сердце может и разорваться. Сейчас Доркас в безопасности и сердце просыпается.

— Это такое обещание, что все еще впереди? — фыркнула я. — Пусть все идет так, как идет. И да, усыпи меня, если я начну глупо подхихикивать.

— Господин Каулен находится в опасности, — напомнила Ссерша. — Ему нужен кто-то, ради кого он будет готов бороться. Сам за себя он бороться не станет. Устал.

А я покачала головой:

— Не устал, а смирился.

Арти правда выглядел смирившимся. Он не пытался что-то изменить, а просто жил. Просто делал что хотел и знал, что рано или поздно за все это придется заплатить. И вот это и было самым жутким. Как и его попытка взять с меня обещание, что я принесу ему проклятую вещь, если меня об этом попросят.

Быть с Кауленом означает оказаться на передовой. Оказаться под прицелом тысячи глаз. Потяну ли я?

— Истинная мудрость состоит в том, чтобы вовремя начинать думать и вовремя переставать, — прошелестела вдруг Ссерша. — А в коридоре мнется Кайрус Тосс. Кажется, ему нельзя находиться в женском общежитии, но Ссерша не уверена. Комендантский час еще не наступил.

— Я выйду к нему.

Это прекрасный способ оставить в стороне лишние мысли. Оправив платье, я решительно вышла из спальни и пройдя сквозь гостиную, толкнула дверь.

— Идем, эти курицы могут донести на тебя, лишь бы насолить мне, — сказала я Кайрусу. И, уже выйдя к лестнице, добавила, — здравствуй, рада видеть.

— Ага, — ухмыльнулся Кай, — я так и понял. Здравствуй. Парням не то что нельзя к вам приходить, но это, скажем так, не одобряется. А что, ты не поладила с соседкой?

— У нее проблемы с драконами. А я…

— Человек с кровью и силой дракона, — понимающе кивнул Кай. — Твоя соседка моя однокурсница. Она довольно неприятная особа, если честно. Да и ситуация там сложная. У них был свой ресторанчик и что-то там произошло. Итогом стала каторга для двух драконов и нереальный штраф для хозяев ресторана.

— То есть, обе стороны были хороши?

— Именно. Слухи ходят, что к ним постоянно ходила драконица, а потом отравилась и скинула. А ее брат и муж пришли мстить. Но то слухи, — выразительно произнес Кай. — Заставить драконицу скинуть очень сложно. Почти невозможно. Так что простая некачественная пища не могла привести к такому. Поэтому в эти слухи я не верю.

— Но остальная Академия верит.

— Но у нее все равно остались подруги. В основном те, кто от нее зависит. Кто успел надавать обещаний и прочего. Ну, сама знаешь.

Я только покивала головой и прибавила шаг, чтобы не отстать от порывистого Кайруса.

Мы вышли из здания Академии и оказались в Посадочном Зале. Кай тут же вытащил из-за уха перо и увеличил его.

— Позволишь пригласить тебя в кузню? — улыбнулся он.

— Позволю, — я с сомнением посмотрела на перо, — а мы точно долетим?

— В прошлый ты не боялась, — удивился парень.

— В прошлый раз этого не было, — я ткнула пальцем на неприятное темное пятно, расположившееся прямо по центру плетения.

— Чего не было? — оторопел Кайрус.

— Тут пятно, прямо поверх твоей плетенки, — пояснила я и с подозрением уточнила, — ты не видишь?

— Нет, — отрывисто произнес он и тут же выпустил несколько заклятий, которые для меня слились в бесконечное: "Пфыр-рыр-бур". А после, выждав с полминуты, он с досадой бросил:

— Кто успел-то? Спасибо, Доркас. Если бы не ты, я бы разбился. Это проклятье, оно сработает, если подняться выше десяти метров. Сейчас оно спит, так что до кузни мы долетим.

— Быстро, но без удовольствия, — проворчала я и все-таки присоединилась к Каю. — Неприятно лететь на проклятой вещи.

— Что поделать, — хмыкнул будущий великий артефактор. — Иногда приходится.

Все время что мы летели, мне казалось, что перо вибрирует и вот-вот рухнет. Но это, вероятнее всего, были мои страхи, а не реальность.

Впрочем, на землю я спустилась прям с облегчением и была немало удивлена, когда Кай потянул меня в сторону от вход:

— Парни вернулись, не хочу тебя смущать.

— Ого, а что же они там такое делают?!

Мое воображение, испорченное безлимитным интернетом, подкинуло совершенно непристойную картинку! Кайрус же все обломал:

— Они совсем не следят за речью. Никто не спорит, что ошпарить руку кипятком — весьма неприятно! Но ведь не обязательно вспоминать тарба! Ох, прости Доркас.

Я только плечом дернула:

— Мне уже доводилось слышать это слово. Это какое-то животное?

— Э-э-э, ну-у, — завис Кайрус. — Как тебе сказать. Не совсем. Это ошметки старой религии. Был такой совершенно особенный дух в драконьей религии. Он делал всякие разные штуки. Нехорошие штуки.