Приключения архивариуса - Анна Дашевская

Дочитав пришедшую записку, Лавиния бросила её в камин, сожгла щелчком пальцев и сказала:

– Морис, мне срочно нужно в Лютецию. Присмотри за этими двумя. Пусть посидят тихо до моего возвращения.

– Связать? – деловито поинтересовался Гранков.

– Да ну, зачем эти крайности? – поморщилась она. – Сейчас ещё ребята подойдут. Справитесь вчетвером как-нибудь.

– Погодите минуточку! – всполошился нотариус. – Как это – связать? Как до возвращения? Это незаконно!

– Милейший господин Жаневиль, – задушевно произнесла госпожа Редфилд. – Я вам свои документы предъявила? Ну вот, что ж вы шумите? Даже если бы я вас тут с кашей съела, и то никто бы мне слова поперёк не сказал, а я всего лишь прошу вас посидеть тихо в удобном кресле пару-тройку часов. А я вернусь, и мы закончим наши учёные беседы.

– Это произвол… – тихо сказал мэтр.

– Совершеннейший, – согласилась Лавиния. – Кстати, это вы раздразнили ястреба во дворе?

– Это беркут, – вдруг сказал Себастьен Атталь. – Беркут, а не ястреб. И задержитесь, прошу вас, ещё на пару минут, потому что это важно.

– Хорошо, говорите.

Вернувшись в своё кресло, госпожа Редфилд ободряюще ему кивнула, и юноша заговорил, с трудом подбирая слова.

– Как вы уже слышали, мой прадед был эльфом из Заветной дубравы. Их семья когда-то принадлежала, так сказать, к высшим кругам этого княжества. Потом… потом они утратили главную семейную ценность и были лишены всех привилегий. Прадед поссорился со своим отцом и поклялся, что он или его потомки вернутся в Дубраву только тогда, когда вновь обретут этот… предмет.

– И это?..

– Страж. Золотой беркут. Та самая скульптура, что стоит здесь, во дворе.

– Хм-м-м, – протянула Лавиния. – Насколько мне известно, птичка обосновалась в Буа-Жибо лет семьсот назад.

Атталь пожал плечами:

– Эльфы живут долго.

– Ну да, ну да… И вы хотите торжественно вернуться, так сказать, под сень дубравы?

– Да сохранят меня от этого Мелькор и Фиалфин! Даже если бы во мне эльфийской крови было не одна восьмая, а девять десятых, на меня там будут смотреть, как на изгоя, хоть я цветущий посох с собой принеси.

– Ну надо же, сколько экспрессии… Господин Атталь, вы можете кратко сформулировать, чего именно вы хотите? Меня и в самом деле ждут.

– Могу, – твёрдо посмотрев в глаза госпоже коммандеру, ответил Себастьен. – Меня не интересует земля, замок, титул и прочие сокровища. Я хочу получить золотого беркута, и готов заплатить по счёту, который вы выставите.

– Прекрасно сказано, – Лавиния кивнула и встала. – Одна маленькая деталь: я не являюсь владельцем этой прекрасной птицы, и даже распорядителем наследства. Моё дело – разобраться в обстоятельствах смерти последнего графа и передать его величеству всю информацию, которую сумею найти. Поэтому, как бы там ни было, поступим, как я только что сказала: вы оба остаётесь в замке до моего возвращения, лейтенант Гранкор за вами присмотрит. Вернусь – поговорим.

– Хорошо, – согласился Атталь. – Я буду ждать. Беркут… неопасен. Не волнуйтесь, он не нападёт без приказа.

– Вы хотите сказать, что привязали его к себе?

– Ещё нет, – улыбка молодого человека коммандеру не понравилась. – Но я только начал.

Запирая библиотеку, я бубнил себе под нос:

– И чего мы попёрлись этим подземным ходом? У меня, может, седина от этого стресса появилась, всё ждал, что какая-нибудь жуть из стены вылезет…

– Никакая жуть сама по себе незваная не лезет, – назидательно сказал Бриван. – Хочешь, я магические замки поставлю?

– Ага, а как я буду их открывать? Нет уж, спасибо.

– А подземным ходом мы прошли, потому что это правило такое: нельзя оставлять у себя за спиной непроверенные двери, – пояснил Реверди. – Согласись, было бы куда хуже, если бы в какой-то неподходящий момент им кто-то посторонний воспользовался?

– Ну, да, наверное…

Мы успели сделать несколько шагов в сторону главной лестницы, когда в противоположном конце коридора появились госпожа коммандер и третий оперативник. Встретились мы как раз у того места, где два крыла лестницы сходились к зеркалу.

– Вы уже здесь, отлично! – не теряя времени, сказала господа Редфилд. – Меня вызывают в Лютецию, служба маркиза Лавуа.

– Геральдическая палата? – удивился я. – Неужели нашли настоящего наследника, и вся наша деятельность попусту?

– Вот и узнаем… Кстати, Дюпон, вы идёте со мной. Вы трое, остаётесь в замке. На кухне слуга готовит еду, в гостиной – нотариус и полуэльф в белом, пусть там и сидят. Можно их покормить, но во двор не выпускать. Мальчишка связан каким-то образом со скульптурой хищной птицы, могут быть неприятности. В случае острой необходимости свяжетесь со мной. Всё ясно?

– Так точно! – шёпотом проорали три глотки.

Входная дверь была чуть приоткрыта. Лавиния приложила палец к губам, потом ткнула им в ту точку, где архивариус оставался бы в безопасности, и выскользнула во двор.

Беркут смотрел прямо на неё, и в золотых очах госпоже Редфилд почудились снисходительность, немного любопытства, и совсем чуть-чуть – какие-то запредельные знания, до которых никогда не добраться человеку, сколько бы он ни прожил.

«Ерунда, – сказала она сама себе. – Что там можно разглядеть в этих круглых немигающих глазах размером меньше монетки?».

Но отчего-то чуть склонила голову и произнесла негромко:

– Я не враг ни тебе, ни этому дому, ни твоему подопечному.

И подпрыгнула, потому что птица чуть повернула голову и моргнула.

– Ладно… Будем считать, что это согласие. Дюпон! Идите сюда.