Танец с Тенью - Нани Кроноцкая

– Это… Это что такое?

Отодвинул хлопотавших возле бесчувственного Леонида темных дозорных.

– Целители в отряде есть?

– Я. Погодите, сиятельный, я заканчиваю клинический осмотр.

Щуплый с виду молодой человек был необычайно серьезен. Пристально следивший за его действиями Павел увиденным казался вполне удовлетворен.

– Помочь? – великий ведун подошел к ним вплотную, одним своим присутствием раздвинув всех окружавших гнома оперативников.

– Есть артефакт лечебного сна? Меня не хватит на травму и сон одновременно, – молодой лекарь устало смахнул капельки пота со своего бледного лба, – только что соскребал арестованного со стенки. Вы малость переусердствовали, сиятельный Павел.

Канин усмехнулся. Парнишка был прав: сказывалось напряжение последних дней, и когда аптекарь стал кидать в белую сову Ди дикими тульпами* своего изготовления, бесконечное терпение великого и ужасного Паши дало трещину. Аптекаря он физически размазал. Голыми руками, с удовольствием ломая кости и вырывая суставы. Масштабы нанесенных арестованному повреждений Павел отлично себе представлял, целителю действительно пришлось очень туго. Слабость. Это была настоящая слабость, непозволительная для великого ведуна Канина. И он ее себе сознательно позволил.

Лекарь осторожно опустил на многострадальную рыжую головушку Лео лечебный полог, окутал фиксирующим заклинанием и попытался поднять гнома с пола. Не осилил – гном был тяжел, как бетонная плита.

– Тут его некуда положить, – Павел думал несколько секунд. – Ди, у тебя номер со столом?

– Да. Там портал стоит, можно быстро уйти, погоди секунду. Сколько с нами? – она уже приступила к начертанию портальной звезды, найдя упаковку канцелярских карандашей на полу. – Простой телепортацией тут не обойтись.

Общаться мысленно им было проще, но афишировать свои маленькие секреты перед темными не хотелось.

Внезапно возник Корвус, отодвинул стоявшего между ним и лежавшим на полу гномом целителя, наклонился и легко подхватил увесистого раненого на руки. Стоявшие рядом темные одобрительно покачали головами. «Силен», – читалось в глазах оперативников.

– Всего нас четверо плюс раненый. Целителя же берем?

– Пусть останется, – Илья Корвус, без видимого труда державший на руках окровавленного гнома, развернулся к открывшемуся входу в портал, – он едва на ногах уже стоит, парня покормите и отправляйте спать. На сегодня ему хватит. Я тоже целитель.

И первым шагнул в начерченную Ди пентаграмму перехода. Переглянувшись многозначительно, Канин и Венди шагнули следом.

Оставшиеся в кабинете темные еще раз с ужасом осмотрели «боевые разрушения». Тут было на что посмотреть: Обожженные будто пламенем преисподней стены. Расколоченные цветочные горшки. Залитый кровью и какими-то цветными жидкостями пол, художественно присыпанный землей из этих горшков и щепками мебели. И сама мебель. То немногое, что от нее осталось. Никогда они не видели таких жалких обломков, оставшихся от некогда хорошего и прочного стола и стульев. Остов шкафа напоминал руины древнего акрополя. Обрывки медицинских карт, отчего-то тоже сильно обожженные. Поле битвы, а не кабинет.

Никита Бибин пожал плечами и наложил охранную руну, со вздохом вспомнив о погребенных под мебельными завалами вещественных доказательствах и электронных ценностях. Потом начертил простой триглав короткого портала и коротко кивнул своей группе:

– Потом все разберем. Сейчас – вызываем Светлых, и всем спать. Я в дежурке, пошел скорбеть над протоколами. Арестованный все равно до утра не откроет глаз. А великие сами разберутся, на то они и сиятельные.

И быстро всех вывел, не оглядываясь.