Дорогой, Я - Чудовище - Зозо Кат

Сказать, что я была напугана, — это ничего не сказать.

Я была в ужасе.

Казалось бы, Урсул предусмотрел всё, что только можно. Был схвачен каждый пункт и рассмотрен каждый возможный вариант развития событий. Да, кристалла, который бы блокировал ману, у меня больше нет, но при мне был браслет с чешуйками русалки, и он действовал. Стоя на коленях, я вглядывалась в лица стражников и отчётливо понимала, что я их как таковая не интересую. Для них моя персона была чем-то маловажным. Так… лишь галочка в общей массе.

Это не значит, что я стала невидимой. Просто стражу привлекало что угодно, но не та, кто сейчас стоит на коленях перед ними. Можно было даже не надевать парик и не гримироваться.

Хотя кто его знает…

Даже учитывая тот факт, что сейчас все взгляды мужчин прикованы к Урсулу как к самому привлекательному из нас, всё же первой прикоснуться к камню должна я. А ведь так и есть. Взгляд каждого стражника сосредоточен на Урсуле. Причём сильнее, чем обычно.

Похоже, он, заметив мою панику, решил помочь и прибегнул к своей способности затуманивать разум и завораживать чужой взор. Как сделал это при нашей первой встрече. Вот только у этой способности имеется и побочный эффект. И именно его я и наблюдала.

— Впервые вижу нечто настолько совершенное, — доносились голоса откуда-то позади. Никто не мог их слышать — только я. — Нужно поговорить с капитаном…

— Хе! Хочешь, чтобы эта милашка осталась? — спросил второй. — Не надейся. Уверен, что она человек.

— Тц! Будто первый день на посту! Пусть что-нибудь найдёт. Как обычно… А потом, через пару дней, отпустим.

— Хе-хе-хе… — засмеялся второй, явно выражая свои тёмные мысли.

Иными словами, им плевать: человек или маг. Главное — удовлетворить свои прихоти, а там хоть трава не расти. Конечно, отчасти хотелось бы увидеть их лица, когда выяснится, что обворожительная девушка на самом деле — русалка, так ещё и парень… Этот урок они бы не забыли никогда.

Да вот только, боюсь, после этого Урсула просто убьют из-за злости.

Что же делать?

— Эй! — вновь обратился ко мне стражник. — Долго ещё будешь на земле сидеть? Прикоснись к артефакту и проваливай.

Стражник даже не сомневается в том, что я не человек. Чёрт! Почему же суин так со мной поступил? Что я им сделала? Вроде бы держалась подальше и особо не пересекалась.

Всё пропало… Из-за меня всё пропало!

Смотрела на Урсула, пытаясь хотя бы мысленно передать, что кристалла у меня нет, но юноша, похоже, не понимает, что к чему. Хотя под конец он нахмурил брови, выражая свои растерянность и напряжение. Кажется, он стал понимать, что что-то не так, но ни спросить, ни уточнить, ни помочь… не мог.

Краем глаза я заметила Боба, который аккуратно приблизился ко мне. Руку сунул за спину — там здоровяк всегда хранил увесистое оружие. Он тоже понял, что дело принимает иной оборот, и готов к худшему.

— Да какого чёрта?! — уже злился стражник. — Тебе что, особое приглашение необходимо?! — взревел он, после чего схватил меня за руку и сам насильно прислонил мою ладонь к артефакту.

Это… конец.

Как и ожидала, небольшая серая плитка размером с книгу ярко засияла от моего прикосновения. Но не неоново-синим, как при прикосновении мага, а ярко-зелёным сиянием. Словно сам лес пытался вырваться из камня.

Меня не волновала разница в свечении. Я помнила главное — артефакт в принципе не должен светиться. Если свет есть, значит, есть мана. А если есть мана, то ты прислужник тьмы.

Я даже подняться с колен не могла, так как от ужаса и паники желудок скрутило судорогой, а колени дрожали. Мне просто отрубят голову, а я и сопротивляться не могу. И так должно быть, но… этого не произошло.

— Ох, простите, госпожа!!! — неожиданно хором прокричали все стражники и даже некоторые прислужники церкви, которые стояли поблизости и наблюдали за ситуацией. Более того, все разом стали на колени, низко опуская головы. — МЫ НЕ ЗНАЛИ! Мы совершили ужасный грех и примем любое наказание!

— А?.. — только и смогла произнести, не понимая, что тут вообще происходит.

Теперь выражение ужаса было не на моём лице, а на лицах этих людей. Они бледнели и обливались потом, словно грешники на исповеди. Неужели они узнали, кто я такая? Неужели поняли, что я герцогиня Демет?