Стихийный мир. Дракон - Вампир - Сильвия Лайм

На мой вопрос густая бровь Сициана взлетела вверх и на миг замерла.

– Если ты имеешь в виду большого красного, как солнце, красавца с раскаленными, словно жидкий металл,крыльями, то да, это был я, – усмехнулся одной половиной рта мужчина. Затем подошел ближе к столешнице, присел на ее край, взяв все еще дымящуюся трубку в руку. Поиграл ею, покатав между пальцами, и каждое мгновение смотрел мне в глаза.

Воздух в помещении нагрелся так быстро, словно кто-то подпалил разом дюжину костров.

Я дала себе коротенькую паузу и судорожно вздохнула, попытавшись напомнить себе, что вся моя реакция на этого человека – чистой воды физиология, обусловленная местными афродизиаками. Впрочем, мозги от этого тверже не становились.

Хотелось улыбаться.

– Низкой самооценкой вы не страдаете, не так ли? – выдохнула я, чувствуя нездоровый прилив веселости.

Теперь и вторая бровь Сициана удивленно взметнулась.

– А ты так и не научилась контролировать свой язычок, не так ли? – тут же ответил он, и кожу закололо мурашками.

Я пожала плечами.

– Если я научусь держать язык за зубами, что от меня останется? –Яперевела взгляд на столешницу, где мгновение назад лежала тетрадь с рисунком, но ее там больше не было. – Я потеряла свой дом, своих близких. Свою работу. И стала вещью, которую можно схватить и унести. Хотелось бы сохранить хотя бы язык.

Сициан слушал меня, неторопливо поднося трубку к губам, втягивал воздух и спустя пару мгновений выдыхал густой мягкий дым, пахнущий травами и дикой малиной.

– Что ж… – проговорил медленно дож.–Так и быть, пусть твой язык остается прежним, я это как-нибудь переживу. В память о том, что ты спасла мою жизнь и рассказала о готовящемся покушении.

Это было так неожиданно, что я резко вскинула голову и взглянула в алыеомуты, пытаясь найти там подвох.

В глаза дожа смотреть было все еще больно. Почти невыносимо. Его огненное внимание тут же проникло в меня будто бы через зрачки, протекло по горлу горячей лавой и через желудок опустилось в основание живота, отдаваясь там ноющей, остро-приятной пульсацией.

Я с трудом сдержала стон.

– Расскажи мне о своем мире, – попросил он вдруг. Спокойно. Словно мы вели беседу, как старые друзья.

Еще несколько мгновений я смотрела ему в глаза, а затем ярко-алые радужки стали темнеть, приобретая багровый оттенок, и я резко отвернулась.

– Сперва скажите, откуда вы знаете, что я из другого мира? – задала встречный вопрос, пересилила себя и тоже уселась на стол рядом с дожем.

– Видел в твоих мыслях, – ответил он вовсе не то, что я ожидала. Признаться, мне вообще было трудно что-то ожидать, но это я готова была услышать в самый последний момент.

– Вы читаете мысли? – ахнула, заливаясь краской.

Сколько раз за последние несколько минут я представляла, как делаю шаг к нему, как накрываю его губы своими, как прижимаюсь к его мощному телу, раскрывая халат и касаясь пальцами татуировки-дракона?..

Губы дожа растянулись в дерзкой улыбке.

– Я не читаю. Вижу картины у тебя в голове. Образы.

Ну все, добил.

– Значит… вы все видели… – констатировала я тихо, кусая губы и мечтая провалиться сквозь землю.

Дож медленно кивнул, продолжая улыбаться и выдыхать сладкий пряный дым, от которого у меня явно слегка туманилось в голове. Потому что,несмотря на сказанное, я все равно продолжала представлять…

– Тебе не стоит смущаться, – добавил он. – Это нормальная реакция. Ненормально было бы, если бы у тебя ее не было.

Это меня даже немного отрезвило.

– Действительно. Ведь вы меня опоили, – кивнула я, вспоминая то огненное вино.

– Да. В какой-то мере. И сделаю это снова, если понадобится, – спокойно ответил он, чем возмутил меня до глубины души.

– А вам самому-то не отвратительно, что женщины желают вас только из-за напитка? – воскликнула я, хотя каждое слово давалось тяжело.

Багровые глаза дожа сверкнули в темноте.

– Во-первых, хватит называть меня на “вы”, мы сейчас одни, это лишнее. А во-вторых, вино огненной крови – это не только возбуждение и страсть, на которые, кстати, кроме тебя,никто не жаловался, но это еще и гарантия, что ни одна аурия не пожелает меня убить. Даже если будет перекуплена врагами, которых у меня слишком большое количество, Александра. Слишком большое, чтобы я позволял себе промахи.

– Может,тогда не стоит заводить столько аурий? Сколько их вообще? – зачем-то спросила я и покраснела. Потому что дож снова улыбнулся.

Я знала, что он уловил в моих словах ревность. Ну и пусть. Ну и ладно.

– Много, – ответил Сициан. – Тебе не нужно знать количество. Замок Хальвейль достаточно велик, чтобы вы не встречались друг с другом.

– Ага, а потом весело сталкивались на каком-нибудь банкете, да? – фыркнула я, сцепив руки на груди и не слишком замечая, что превращаюсь в настоящую лаурию, которая вполне довольна своим положением и мечтает разве что скрасить некоторые детали.

– Ты больше не будешь прислуживать, Александра, – ответил с мягкой улыбкой Сициан, протянул руку и коснулся моих волос, пропустив их между пальцами. – Ты теперь лаурия. Твое место рядом со мной. Рада ли ты этому?

Тут до меня, наконец, дошло, что радоваться-то в общем-то нечему. Хотя внутри что-то глупое и влюбленное в дожа прямо сейчас хлопало в ладоши.

– Честно говоря, не очень, – набравшись смелости,покачала я головой. – Вы… ты не любишь меня, а я на самом деле не люблю тебя. Что же тут хорошего?

Сициан на это чуть склонил голову и прищурился. В щелочках глаз блеснуло пламя, вырвавшись за черту век.

– Лучше скажи мне, зачем тебе в ауриях чарогницы? – быстро перевела я тему, чувствуя, как от страха даже горло сжимается.

– Затем, что только чарогницы могут зачать ребенка от дракона. Это же очевидно.

Мне даже полегчало немного. Хоть и кольнуло что-то внутри.

– А драконицу ты себе найти не мог, вашество? – бросила я, явно чересчур надышавшись дымом.

– Не мог, – неожиданно серьезно ответил дож. – Их не существует. Взрослый дракон – лишь я один.

А вот это уже было нечто вроде откровения.

– Как это возможно? – ахнула я. Все услышанное казалось невероятным. Только я немного свыклась с мыслью о том, что драконы вообще существуют, как оказывается, что это вовсе и не так. Драконы как бы есть, но их как бы нет!

Даже как-то грустно стало за дожа.

– Это непростая история, Александра, – мягко протянул мое имя Сициан. – И мне не так уж легко осознавать, что ты ничего не знаешь о нашем мире.

Он перевел взгляд в пол и вдруг задумчиво улыбнулся.