Колесо войны - Василий Сахаров

Хайде быстрым взглядом окинул моих помощников, понял, что я хочу обсудить его судьбу с ближним кругом без него, и коротко кивнул:

– Как скажете, господин граф.

Мой новый вассал вышел, а я обратился к старшему Дайирину:

– Ресс, возьмёшь перемещение наёмников в Изнар под свою ответственность. Проконтролируешь передачу денег людям Ратины и получишь с них все необходимые расписки. После того как «шептуны» окажутся здесь, сразу их в графство не отправляй, пусть Керн и его люди проверят новичков. Заодно, пока они будут в городе, для них приготовят место под стоянку. В замке им делать нечего, пусть сразу во владении оседают.

– Ясно. А кто будет заниматься их расселением и где им землю выделят?

– Этим займётся барон Эхарт. – Я вопросительно посмотрел на Нунца: – Справишься?

Ничуть не удивлённый моим решением барон кивнул:

– Конечно.

– Место под свой замок выбрал?

– Выбрал. На берегу озера Талир-Ярш, напротив Шан-Кемета. Дорога рядом, зверя дикого много, и лес хороший.

– Отлично. На окраине твоего феода есть разрушенная деревушка при выезде на Южный тракт, вот там «шептунов» и поселим. Пока они без баб и детишек, поэтому зиму переживут нормально, им к походной жизни не привыкать, тем более что строительный материал там есть. На тебя ложится задача контроля за ними. Кстати, как у тебя с воинами?

– Нормально, десять шевалье из отряда Анхеле к себе переманил и из столицы пятерых отставных ветеранов городской стражи вызвал. Так что поддержка за спиной есть.

Я допил вино и обратился теперь к младшему Дайирину, который вот уже целый час сидел как на иголках, ёрзая в кресле:

– Дэго, что у тебя? Что-то случилось?

– В общем-то да, – ответил шевалье. – Но разговор – один на один.

– Даже так? – удивился я.

– Ага! – Сделав виноватое лицо, Дэго посмотрел на брата, а затем на Верека и Эхарта.

Ресс встал с места:

– Пойду я, пожалуй. День завтра суетный, надо выспаться.

– Я тоже, – вторил ему маг.

– Ну и мне пора, – добавил барон.

Я соратников не задерживал, времени в запасе немного имеется, завтра пообщаемся. И когда они вышли, Дэго подсел ко мне поближе и, понизив голос до полушёпота, сказал:

– Уркварт, происходит что-то странное.

– А именно?

– Вчера в салон к Кристине (отметка – не к баронессе Ивэр, а просто Кристине) приходили жрицы Улле Ракойны и про тебя спрашивали. А сегодня с утра вообще что-то странное творилось, куда ни сунусь, везде эти тётки в тёмно-серых балахонах и косынках. Я Балу Керна вызвал, и он со своими людьми пытается разобраться, что происходит, но результата нет, никто ничего не понимает. Жрицы приходят, интересуются графом Ройхо и уходят. Работают они свободно, легко и ненавязчиво, и языки развязывают так профессионально, что тем же Умесам у них стоило бы поучиться.

– Интересно.

– Это не всё, – продолжил шевалье. – Сегодня ближе к вечеру в столичный особняк сама настоятельница главного храма Кэрри Ириф наведалась. Мы с ней пообщались, и она сказала, что желает встретиться с тобой, чем скорее, тем лучше, и порекомендовала мне поменьше болтать. Встретиться она желает в своём святилище.

– И ты после этого сразу сюда примчался?

– Ну да.

– Как выглядит эта самая Кэрри Ириф и что ты о ней можешь сказать?

– На вид ей лет тридцать пять, но наверняка больше. Может, даже полная сотня лет за плечами. Блондинка. Стройная. Одета просто, но со вкусом. Стандартный зимний балахон жрицы с капюшоном и синяя косынка. В обращении простая, но в каждом её слове большая сила и уверенность в себе. Серьёзная дама.

– Это хорошо, что серьёзная.

На время я замолчал. Раскидал ситуацию на составляющие фрагменты. Прикинул, что в свете всех происходящих со мной в последнее время странных событий заинтересованность жриц Улле Ракойны закономерна. И решил никуда не торопиться и не нервничать. Не жрицы нужны мне, а я им. Так что пускай они за мной побегают, а я посмотрю, что из всего этого выйдет.

– Уркварт, что делать будем? – спросил Дэго.

– А ничего, – ответил я. – Прямо сейчас вернёшься в столицу, и если тебя спросят, где я и что со мной, то отвечай, что меня нет. Граф Ройхо уехал в неизвестном направлении и будет в столице через десять – двенадцать дней. Ну и, соответственно, все, кто желает его увидеть, смогут это сделать.

– Но это же жрицы, Уркварт! И пусть они служительницы не самой почитаемой богини в империи, но за жрицами сила. Стоит ли с ними так поступать?

– Успокойся, Дэго. – Я слегка толкнул шевалье в бок. – Ты остверский дворянин из древнего рода. Над тобой только император и сюзерен, а все остальные пусть краем ходят. Не напрягайся, а то смотрю, тебя эта старая кошёлка совсем запугала.

– Есть немного, – усмехнулся Дэго. – Просто впервые с таким сильным человеком один на один общался.

– Бывает. Поэтому про интерес жриц никому не говори, живи как жил и занимайся тем, что тебе поручено, а Бала Керн пусть соберёт информацию на эту самую Кэрри Ириф. А я пока с Алаем Грачом пообщаюсь и подумаю, чем вызван интерес служительниц культа к графу Ройхо.

– Всё сделаю, как скажешь, – заметно приободрился шевалье и поинтересовался: – Дополнительные приказы будут?

– Да. В ближайшее время навестишь Тима Теттау.

– Книжника?

– Его самого. И дашь ему заказ. За десять дней он должен собрать всю возможную информацию о ламиях. Заплатишь сколько он скажет, но предупреди его, что меня интересует достоверная информация, а не та чушь, которую в романтических книжках и страшилках пишут. Мне нужна конкретика, желательно отчёты этнографических экспедиций на Север и данные имперской разведки, не важно, за какой год, лишь бы автор отвечал за то, что написал.

– Уяснил.

– Вот и ладно. Ступай.

Младший Дайирин меня покинул, и я остался в одиночестве. От выпитого за вечер вина клонило в сон, и, ещё раз обдумав всё, что произошло за один только вечер, я отправился спать. Завтра начнётся новый день, прибудет Алай Грач и начнётся путешествие за золотом и артефактами народа най. Но перед этим предстоит решить все финансовые и бумажные вопросы, получить в банке десять тысяч иллиров на откуп «шептунов», оформить все бумаги с Хайде и написать письмо Рамиро Бокре, который должен выделить часть наших зимних припасов для наёмников и доставить их в Шан-Кемет.

Да уж, дел хватает. Но справиться с ними реально, и раскисать не стоит. Вот был бы я сам по себе, тогда – да, тоска и печаль. А так, как я сейчас, жить можно. Три четверти всех дел на соратников повесил, и вроде бы мне полегче. Всё! Пора на покой! Хоть одну ночь, но высплюсь спокойно, в тёплой чистой постели и один. И при этом буду уверен, что меня никто не побеспокоит.