Волчий шлем - Ричард Кнаак

Из-за его спины вытянулась длинная змееобразная голова;хвост чудовища кольцами охватил его предплечье.

— Грифон! Перес-с-стань, с-с-слышиш-шь?! Грифон замахнулсясвободной рукой. На этот раз он не ошибется. Один удар — и змеиная головаотлетит от тела. Всего один удар…

— Грифон! Полоумный! Пос-смотри на меня! Прос-снись! Я —Моргис-с-с!

— Моргис?

Грифон помотал головой. Он не знает никакого Мор-гиса… тоесть… да!., нет! Две мысли яростно боролись за право овладеть его рассудком.Зажатый между ними как в тисках, Грифон не сообразил, что давным-давно долженбыл утонуть. Но змей указал ему на эту оплошность:

— Это все — иллюз-зия! Проис-ски лорда Петрака! Ты с-слишкомдолго был под водой! Неуж-жели ты не понимаеш-шь, что это — лож-жнаяреальность!

— Ложная? — переспросил Грифон и, услышав свой голос, понял,что под водой говорить невозможно. Он зажмурился, открыл глаза, сновазажмурился и опять открыл… Два разных мира мелькали перед ним: пруд… пыльныйзаброшенный зал… снова пруд… Опять зал… Пруд… зал… С громким криком Грифонпрогнал прочь видение пруда — а вместе с ним и видение Тройи.

Он лежал на спине, на пыльном полу. Моргис, склонившись надним, глядел ему прямо в лицо с таким участием, какого, подумалось птицельву,еще ни один дракон на свете не проявлял к чужаку.

— Все. Он выкарабкался. Ты его освободил. Грифон вывернулшею, пытаясь разглядеть того, кто произнес эти слова. Это был, без сомнения,Джерилон Дейн, только очень взъерошенный и заросший. Взгляд его был усталым ипотухшим, лицо в местах, не покрытых жесткой черной щетиной, казалосьудивительно бледным.

— Что случилось? Я долго был без сознания?

— Отличные вопросы! — не без ехидства отметил бывшийкомандор волков-рейдеров. — Первый из них не худо было бы адресовать ци. Они —или оно — но неважно… в общем, наш «добрый друг» лорд Петрак наделил ихогромной силой, но сделал так, чтобы они не убили нас, а только опутали своимисетями. На второй вопрос мы с Моргисом пока не нашли ответа.

— Если судить по щетине нашего арамита, то больше суток, —добавил Моргис.

Грифон на миг закрыл глаза, надеясь, что темнота поможет емусобраться с мыслями, и вспомнил разговор с Разрушителем. Уж это был не сон! Нотут снова появился пруд… и Тройя…

— Не уходи туда! — Чешуйчатая лапа с размаху ударила его пощеке. Грифон инстинктивно выпустил когти, но сильные руки сжали его запястья.Он открыл глаза — и снова увидел Моргиса. Стиснув длинные острые зубы, драконудерживал его руки…

— Должно быть, этот Повелитель Стражи придумал для негочто-то особенное, — произнес Джерилон Дейн беспристрастным голосом лекаря,ставящего диагноз.

— Пруд… — Птицелев отчаянно замотал головой. Никакого пруданет! Это — лживый сон!

Он отогнал мысли о пруде — на сей раз решительно ибесповоротно.

— Мне уже лучше. Я хочу встать.

Моргис изменил форму и, не выпуская запястий Грифона, помогему подняться. Бывший правитель Пенаклеса огляделся по сторонам. Это был тот жезал, в который их привел Джерилон Дейн. Он повернулся к арамиту:

— А ты как спасся?

— В этом, увы, нет моей заслуги. Твой чешуйчатый приятельпервым выбрался из воображаемого мира, который сотворил для него Воля Леса.

— «Лорд Петрак», — в устах герцога имя Повелителя Стражипрозвучало как грязное ругательство, — совершенно не понимает драконов. Когдаон понял, что я не знаю ответов на его вопросы, то послал меня в некийидиллический мир. — Моргис злорадно рассмеялся. — Ему невдомек, что такоеидиллия для дракона. Пришлось мне поскорей выбираться оттуда, чтоб не тронутьсярассудком. Ни один дракон в здравом уме не выбрал бы себе такого местечка!

— Потом он начал тебя расталкивать, и его крики разбудилименя. А я когда-то учился на Хранителя и кое-что знаю о подобных ловушках. Кактолько я понял, что со мной, выпутаться оказалось совсем несложно.

— Ты погрузился глубже всех, — подхватил Моргис. — ЛордПетрак наверняка хотел надолго от тебя отделаться.

Грифон молча кивнул, не желая вспоминать, какой именно мирсотворил для него Повелитель Стражи. Усилием воли он усмирил нарастающий гнев.Все-таки лорду Петраку не чуждо милосердие: стремясь подольше удержатьптицельва в иллюзорном мире, он разгадал его потаенную мечту и позволил ейсбыться… Но это, разумеется, не примирило Грифона с Волей Леса. Лорду Петракуза многое придется держать ответ — и в первую очередь за сговор с…

— Моргис!.. Ты помнишь хоть что-нибудь, что ты сказал передтем, как он все это устроил?

— Нет…

— Я уже спрашивал, — перебил Дейн. — Он совсем ничего непомнит.

— Интересно. — Грифон пересказал им разговор с Разрушителем.Дейн побледнел еще сильней и принялся испуганно озираться, словно ожидая, чтобывший господин вот-вот появится перед ним во всем своем грозном величии.Моргис, напротив, выслушал его с огромным вниманием.

— В твоих с-с-словах… — он помедлил, выравнивая свою речь, —в твоих словах, бесспорно, есть определенный смысл. Одного не пойму: с какойстати богу бояться простого смертного?

— Он боится меня, да так, что предлагает мне Д`Шая прямо наблюдечке!

— Нечего было отказываться. Лучшего подарка и быть не может!

— Взамен нам пришлось бы немедленно вернуться в Драконьецарство. Я не могу бросить этот континент на милость кровожадного волчьегобожка и его натасканных зверушек.

— Земли Мечты падут, — с расстановкой произнес ДжерилонДейн. — Два года назад я не сказал бы этого с такой уверенностью. Однакотеперь, хотя моя кампания и провалилась, — бывший волк-рейдер горькоусмехнулся, неизвестно, чему именно, — Земли Мечты медленно, капля за каплей,теряют реальность. Через три, самое большее четыре года они останутся только впамяти победоносного военного совета.

— Ты кое-что позабыл, — сердито сказал Грифон. — Лорд Петракзаключил союз.

— С ци?

— С Д`Рэком. Что, по-вашему, он мог предложить старшемуХранителю, дабы скрепить сделку?

Моргис догадался мгновенно:

— То единственное, что поможет Д`Рэку упрочить своеположение! Сирвэк Дрэгот!