Тёмный маг. Книга 3. Перепутье - Илья Ангел

– Не нужно, – Лазарев задумчиво смотрел на шкаф с ингредиентами. – Вот что, познакомь меня с этим полковником.

– Зачем? – я встрепенулся и сел прямо, распахнув глаза.

– Он явно знает, что делает, – после недолгого молчания проговорил призрак. – Я действительно чувствую, что твоя мозговая активность заметно снизилась. Мне неприятно об этом думать, но я не исключаю, что тебе мешала сосредоточиться некая гениальность, в чём бы она ни проявлялась. Расскажи, что ты чувствуешь, – приказал он.

– Ну, я уже не пытаюсь влезать в мозг каждого, кто находится рядом со мной, и меня не тошнит, – ответил я. – Но, что мне делать дальше? Я же как ничего не понимал в ментальной магии, так и не понимаю. И да, мне всё ещё больно. Хотя, по словам полковника, болеть уже не должно, но вот только почему-то болит.

– Что у тебя болит? – невольно нахмурился Гришка.

– У меня болят мышцы: рук, ног, шеи, спины. А ещё жутко болит живот, вот здесь, – я провёл рукой по животу в том месте, где по идее должны в скором времени обозначиться валики пресса. Валиков пока не было, зато живот болел так, что было больно дышать. – Каждый день нагрузка всё больше и больше увеличивается. Теперь я не просто бегаю, я бегаю с утяжелением. Стоило мне более-менее научиться отжиматься от пола, как этих отжиманий сразу же стало на порядок больше. А три дня назад полковник добавил мне ещё одно упражнение – мы начали вырабатывать координацию. И знаешь, что, лучше бы я отжимался, потому что стоять минутами на одной ноге – это вообще не круто. Ну а в остальном у меня всё хорошо, спасибо, что спросил, – выговорившись, я опять уронил голову на стол.

– Я, вообще-то, так и сказал, этот твой наставник прекрасно знает, что делает, – снисходительно ответил император. – Подумав, я пришёл к тому, что буду заниматься с тобой основами ментальной магии, но, Дмитрий, ты пока не готов. Твой мозг не готов. Но твой Рокотов – молодец, он на время вывел дестабилизирующую составляющую из строя. Теперь ты, наконец-то, в полной мере контролируешь свой источник, скорее всего, даже неосознанно. Именно поэтому у тебя сейчас получается делать то, что раньше не получалось. Познакомь меня с ним, – в голосе Лазарева появились стальные императорские нотки. Я даже не понял сразу, о чём он говорит, так резко сменив тему.

– Когда? – Спросил я обречённо, в полной мере осмыслив приказ.

Знакомить Рокотова с Григорием придётся, чтобы не было хуже. Но одновременно с паникой, меня одолело жуткое любопытство. Я безумно хотел посмотреть, что из этого получится. Как бы мне ни нужен был полковник вместе с Гришкой, но увидеть, кто кого уделает за проявленное неуважение к их царским задницам, доставит мне массу удовольствия.

– Сейчас, – Гриша кивнул на дверь, этим жестом предлагая выметаться и не появляться в лабораториях без Рокотова.

Вздохнув, я направился искать мою няньку. Полковник снова обнаружился в зале на минус втором этаже. Только не в том зале, где я занимался, а в соседней секции, в которой я ещё ни разу не был. Пока я с удивлением осматривал странные приспособления, расставленные по огромной комнате, Рокотов соскочил со стены. До того, как я вошёл, он поднимался на эту стену с ловкостью кошки, используя для опоры едва заметные выступы. Мягко приземлившись на пол, полковник протёр шею полотенцем, лежавшим на скамье, и подошёл ко мне.

– Что случилось? Снова болит? – он вопросительно посмотрел на меня. Я невольно покраснел.

За время, прошедшее с начала наших занятий, я ещё три раза выпрашивал сеансы массажа, когда боль в ногах мешала даже спать. В последнюю неделю притерпелся, или мышцы всё-таки начали укрепляться, но боль стала вполне терпимой.

– Нет, то есть, болит, но не интенсивнее, чем вчера, – я рассматривал пол, не представляя, каким именно образом буду выполнять приказ Лазарева.

– Тогда зачем ты пришёл? – Иван сел на скамью и принялся расшнуровывать кроссовки. Я заметил, что он надевает кроссовки только во время тренировок, в другое время отдавая предпочтение высоким армейским ботинкам.

– Меня попросили познакомить вас… кое с кем, – наконец, я решился озвучить, зачем его искал.

– Вот как. И кто же хочет со мной познакомиться? – Полковник встал и закинул кроссовки в сумку. Туда же полетело мокрое полотенце. Набросив куртку на плечи, он внимательно посмотрел на меня.

– Вы мне всё равно не поверите, – я оторвал взгляд от пола и посмотрел ему в глаза. – Вам лучше увидеть всё самому.

– Скажи мне только одно, это опасно? К чему мне готовиться? – он неприятно усмехнулся и подошёл ещё ближе.

– Я не знаю, – совершенно искренне ответил я. – Он может быть очень опасен, но вроде бы хочет просто поговорить. Но если вас не затруднит, я бы попросил обращаться к нему со всем почтением. Он очень не любит панибратства.

– Интрига, – протянул Рокотов. – Что же, это может быть интересно. Веди меня к этому «ему».

Я молча развернулся и направился к порталу. Было удивительно, но за всё это время на него так никто и не наткнулся. Во всяком случае, я не помню объявлений о странных исчезновениях или непонятных смертях на территории школы. Когда я подошёл к двери, ведущей к входу в коридорчик, перегороженный порталом, Иван остановился и нахмурился.

– Это что, шутка? – он посмотрел на меня. – Встреча состоится здесь, прямо в конце коридора?

– Нет, нам нужно дальше пройти, – я помотал головой и сделал очередной шаг к двери.

– Здесь стена, куда мы дальше пойдём? – в его голосе промелькнуло раздражение.

– Какая стена? Здесь дверь, вот же она, вы что не видите? – Я непонимающе посмотрел на него, после чего медленно повернул ручку и распахнул дверь. Повисшая тишина заставила меня обернуться и вновь посмотреть на полковника. Я был вознаграждён тем, что впервые на моей памяти Рокотов чему-то искренне удивился.

Он подошёл ко мне и, протянув руку, ощупал пространство за дверью. Пришла моя очередь удивляться.

– Что вы делаете?

– Ответь мне, что ты видишь? – он убрал руку и повернулся лицом ко мне.

– Ну, вы сунули руку в проход, только зачем?

– Как интересно, – он задумчиво посмотрел на распахнутую дверь.

– А что такого необычного вы увидели? – я заинтересованно посмотрел в проём и с каким-то детским любопытством повторил то, что только что делал полковник.

Ничего не изменилось. Проход был, никаких препятствий как