Башни Латераны 2 - Виталий Хонихоев

— Устав знаешь. — прикрывает глаза Гюнтер: — это хорошо что ты устав знаешь, брат Люциус Вальтер. А теперь скажи-ка мне, о чем тебе говорят такого рода нарушения? — он приоткрывает глаз и внимательно изучает своего помощника.

— О чем? О нарушениях в дисциплине и знаниях, Квестор! С ответственными лицами будет проведена беседа, все будут наказаны! — снова вытягивается в струнку юный Люциус.

— Вот как… — Гюнтер вздыхает и переводит взгляд на деревянный станок для пыток. На станке распята юная девушка, ее голова бессильно свешивается на грудь, тело небрежно покрыто какой-то тряпкой, так называемое «утешение стыдливости». Руки и ноги растянуты в сторону, на запястьях и лодыжках выступает кровь там, где веревки впиваются в кожу.

— Знаешь в чем твоя проблема, Люциус? Ты видишь только один слой, только то, что на поверхности. То, что тебе показывают. Если ты не научишься видеть глубже, то ты никогда не станешь Квестором. — говорит Гюнтер вставая со своего кресла и подходя к пыточному станку. Он сдергивает покрывало «утешения стыдливости» с девушки и Люциус тут же поспешно отводит взгляд в сторону.

— Куда это ты смотришь, брат-инквизитор? — спрашивает Гюнтер.

— Так ведь грех плоти, Квестор! — оправдывается Люциус: — нельзя на непокрытое тело смотреть! Особенно если дева юная и привлекательная, это открывает врата греховных желаний!

— Эта конкретная дева уже мертва. Скажи-ка мне, с каких пор Квесторы Священной Инквизиции стали взгляд от тел воротить? А если ты на шабаш ведьм в Вальпургиеву Ночь попадешь, где непотребства творятся везде куда не глянь — ты тоже глаза закрывать будешь?

— Но…

— Посмотри на нее. — голос Гюнтера становится властным, холодным и Люциус повинуется. Он смотрит на растянутое тело.

— Видишь? Нет? Святой Архангел, ты ничему так и не научился. Подойди сюда. Ближе. Еще ближе! Ну⁈

— Она… мертва.

— Гениально! Великолепно! Ты — гений, брат Люциус! Да последней шелудивый нищий на рынке поймет, что она мертва! Может быть, мне стоит поискать себе помощника на рынке? Или в борделе⁈ Йохан! А ты чего молчишь? Добавишь что-нибудь в духе «она несомненно мертва»⁈

— Квестор…

— Бери журнал допроса, идиот. Читай! Читай вслух… — пальцы Гюнтера пробежали по холодной коже мертвой девушки.

— … да, Квестор! Ээ… так… вот! Пытуемая назвалась Марьей, дочерью рыбака Йозефа, обвиняется в том, что ворожила на приворот и приворотила Божека, сына помощника главы городской управы Штарса Сиринджа, заставив того вступить в преступную связь с корыстной целью дабы дискредитировать образ власти в глазах горожан. Кроме того, неоднократно замечена в том, что порочила Святую Церковь и…

— Читай сразу протокол.

— Да, Квестор! — брат Люциус торопливо перевернул страницу: — ага, вот. К пытуемой были применены меры воздействия первой степени — «растяжка» на Прокрустовом ложе с увеличением тяги блоков на две единицы с повторением вопросов. Пытуемая отказалась от сотрудничества. Сила блоков была увеличена еще на две единицы. Помимо этого, были произведены удары плетью по спине в количестве десяти ударов со средней силой. Пытуемая прокляла следователей Святой Инквизиции. Стажем Веры Иофанием было принято решение о защемлении пальцев ног в «сапогах Святого Варфоломея». В результате произведенных мер воздействия пытуемая призналась в сотрудничестве с Врагом Человечества, а также в том, что собиралась призвать Адские Легионы в город Вардосу путем похищения и принесения в жертву младенцев истинной веры на алтаре своего господина. После чего немедленно испустила дух, что было подтверждено Стражами Веры Иофанием, Братиславом и Кучко. — помощник поднимает голову: — вроде все ясно тут. Пытуемая созналась, а ее Темный Господин забрал к себе, дабы она не разболтала о своих планах.

— Боже, какой ты тупой. — качает головой Гюнтер и поворачивается к второму помощнику, который до сих пор стоял молча: — а ты что скажешь, тихоня?

— Кровоподтёки. — говорит второй помощник: — согласно протоколу к ней не были применены ни «груша Магдалины», ни «деревянный осел». У нее не должно быть кровоподтеков в паховой области. Как только вы сняли покрывало…

— Смотри-ка, а ты не такой тупица как твой брат. — прищуривается Гюнтер: — может быть у тебя все-таки есть будущее как у Квестора. Хорошо. О чем же нам это говорит?

— Разве нам не следует вызвать Стражей Веры, которые вели допрос? — осторожно предлагает второй помощник: — они бы смогли объяснить нам…

— А ведь я только что похвалил тебя, Йохан. — Гюнтер накрывает тело девушки «утешением стыдливости»: — но ты такой же тупой как Люциус. Зачем нам нужны Стражи Веры тут? Да я прямо сейчас скажу все за них. Ну-ка… — он делает повелительный жест рукой: — давай. Вот ты, Йохан, будешь собой а я — этот вот Страж Веры, который ее пытал, ну давайте, задавайте вопросы.

Помощники Квестора переглянулись между собой. Вперед выступил второй, Йохан, пониже ростом, чуть уже в плечах.

— Уважаемый Иофаний, скажите, почему на этой девушке есть кровоподтеки в тех местах, где не было мер воздействия? — спрашивает он.

— Да потому что мерзавка сопротивлялась! — тут же отвечает Гюнтер: — вырвалась и упала, ударилась, вот и синяки!

— Но… характер воздействия…

— Несколько раз ударилась! А может с ней что в подземелье сделали, откуда я знаю! — складывает руки на груди Гюнтер.

— Но…

— Тупица. — качает головой Гюнтер. Он поворачивается к мертвой девушке и некоторое время смотрит на нее.

— Тех кто подписался в журнале — арестовать. — говорит он: — кроме Иофания. Иофания взять под наблюдение. Остальных допрашивать вплоть до третей степени воздействия, но не калечить. Начните с раскаленных иголок под ногти. Как только они сознаются — арестовать Иофания. С ним разрешаю допросы с применением пятой степени. Даже если сознается — давить дальше, пока не вытянете все. После — удавить гарротой. Тихо, не публично, но в присутствии всех остальных Стражей Веры. Казнь поручить осуществить его же «коллегам», которые подписались в журнале. Ясно?

— Так точно, Квестор! — вытягивается Люциус: — разрешите исполнять!

— Ступай. — машет рукой Гюнтер: — а ты, Йохан — останься. — дверь за Люциусом закрывается. Гюнтер садится в кресло и