Футарк. Первый атт - Анна Орлова

Завтрак прошел в тягостном молчании. Виолетта с яростью намазывала тост джемом, явно забыв о своем амплуа ежеминутно готовящейся к безвременной кончине девицы. Миссис Гайнс нервно звякала ложечкой о чайную чашку. Мистер Гайнс, по-моему, тихо злорадствовал, а я предпочитал вообще не смотреть на почтенное семейство, разве что зорко отслеживал передвижения отвратительной собачонки по кличке, как выяснилось, Мими.

— Начальник поезда сказал, что посторонних в вагоне нет и быть не могло, — сказала вдруг Виолетта, отложив салфетку. — Значит, вор — кто-то из пассажиров. Верно ты говорил вчера, папа, они могут маскироваться под порядочных людей!

— Увы, — вздохнул он. — Такие времена…

— Это может оказаться кто угодно! — продолжала девушка. — Вот хотя бы мистер Кин!

От неожиданности я поперхнулся чаем и закашлялся. Мистер Гайнс предупредительно похлопал меня по спине.

— Благодарю… — выдавил я, отдышавшись. — Мисс Гайнс, но отчего вы так решили?

— Очень просто! Ведь ваше купе по соседству с моим. Вам нужно было всего лишь открыть ночью дверь в ванную комнату… ах, я не помню, запирала ли ее! — Виолетта схватилась за виски. — Может быть, и позабыла… Да, вы пробрались через ванную комнату и просто взяли со столика шкатулку!

Я чуть было не подавился вторично. Уж в чем в чем, а в краже девичьих драгоценностей меня еще никогда не обвиняли!

Миссис Гайнс посмотрела на меня с подозрением, ее супруг — с сочувствием. За соседними столиками с интересом прислушивались к разговору.

— Но послушайте, мисс Гайнс… — начал я и осекся.

Как прикажете оправдываться? Сказать, что я не умею вскрывать замки? Так это неправда, Сирил меня научил. Ну, допустим, об этом никто не знает, я могу и солгать, но ведь Виолетта тут же заявит, что действительно не заперла дверь и я мог войти просто так. Спасибо, что она обвинила меня только в краже, а не в чем похуже!

— Тяф! — с явным злорадством вякнула Мими, и меня осенило.

— Мисс Гайнс, ваша собачка выла всю ночь напролет! — заявил я.

— Да, бедняжка Мими плохо переносит путешествия, — удивленно сказала девушка.

— Не то слово… — пробормотал мистер Гайнс.

— Так вот, неужели бы она не залаяла, если бы в ваше купе вошел посторонний? Вдобавок, если не ошибаюсь, у вашей любимицы весьма острые зубки, и, полагаю, она не отказала бы себе в удовольствии вцепиться в злоумышленника! И уж тогда, полагаю, вы бы точно проснулись!

— Действительно, Мими прекрасный сторож, — нахмурила лобик Виолетта, а меня снова кольнуло это странное ощущение — что-то не так… — Но тогда выходит… Ночью ко мне никто не заходил? А где же тогда шкатулка?

— Припомните, мисс Гайнс, может быть, вы покидали купе утром?

— В том-то и дело, что нет! Я только посетила ванную комнату, вот и все.

— А шкатулка была на месте, когда вы проснулись? — не отставал я.

— Не помню… — покачала она головой. — Я, право, не обратила внимания… Может быть… То есть вы хотите сказать, что вор мог проникнуть ко мне утром?! Пока я находилась в ванной?! О боже!.. То-то мне показалось, будто в купе пахнет табаком!

— Почему бы и нет, — пожал я плечами. — Кстати, а Мими была с вами?

— Да, — кивнула Виолетта. — Она очень не любит оставаться одна!

— Любопытно, — сказал я. — Значит, собачка была с вами и не могла предотвратить вторжение, быть может, и не услышала ничего за шумом льющейся воды… Но какой дерзкий вор! Ведь его могли увидеть в коридоре, когда он входил к вам… Да вы сами могли застать его на месте преступления, и неизвестно, что тогда могло бы произойти!

Мистер Гайнс закашлялся в кулак, а Виолетта сделалась мучнисто-бледной, на этот раз уже безо всякого притворства. Миссис Гайнс поспешила обнять ее за плечи.

— Какой ужас! — сказала она дрожащим голосом. — Моя бедная девочка! Тебе же вредно волноваться…

— Ах, мама, — отстранилась та, — лучше подумай о том, как мне теперь быть? Без украшений!..

Разговор пошел по кругу, а я спросил у инженера:

— Послушайте, неужели собака всегда так воет в пути?

— Да, и почему-то только по ночам, — мрачно кивнул он и понизил голос: — По правде сказать, я эту шавку ненавижу, но Виолетта души в ней не чает! Приходится терпеть.

— Но как вы умудряетесь спать под такие звуки? Я, признаться, промучился полночи…

— Беруши, мистер Кин, — усмехнулся он. — Хорошие, плотно прилегающие беруши! Ничто другое не помогает.

— Все гениальное просто, — вздохнул я и откланялся.

Проходя мимо купе Виолетты, я задержался ненадолго, чтобы осмотреть замок. Если его вскрывали отмычкой, то должны остаться царапины…

Царапин я не нашел. С другой стороны, если вор настолько дерзок и опытен, что не побоялся стащить шкатулку ранним утром, да еще когда владелица находилась поблизости, то он мог и не оставить следов.

А еще, вспомнил я, у проводника наверняка есть универсальный ключ, я об этом слышал. А кто заподозрит неладное, увидев в коридоре проводника, причем в любое время дня и ночи? Да и стащить этот ключ можно, и подкупить владельца…

Меня так разобрало любопытство, что я разыскал проводника и немного поговорил с ним. Бедняга выглядел совершенно несчастным: преступление произошло во вверенном его попечению вагоне, и теперь он мог ожидать чего угодно, вплоть до увольнения.

Как выяснилось, универсальный ключ действительно существует, проводник мне его продемонстрировал, сказав, что всегда держит его при себе: за утерю этой вещи могут наложить серьезное взыскание. На человека, способного за определенную мзду одолжить ключ кому-либо, он не походил, был совершенно искренне огорчен и напуган… А еще — от него не пахло табаком. Виолетта же заявила, что ей почудился этот запах в купе…

— Скажите-ка, вы курите? — поинтересовался я на всякий случай.

— Нет, сэр, — уныло ответил он. — Доктор запретил, говорит, легкие слабые. Так я уж лет десять как не прикасался!

— Понятно… — сказал я себе под нос и собрался уже ретироваться, как вдруг меня озарило: — А эти универсальные ключи — они во всех поездах разные?

— Ну, это смотря какие поезда, сэр, — со знанием дела произнес проводник. — Вот у вагонов этой серии ключи, ясное дело, типовые. А к дверям в вагонах других серий и заводов они не подойдут, скорее всего.

— Благодарю, — кивнул я и отправился к себе.

Очень, очень интересно! И чем дальше, тем сильнее…

Какое странное преступление! Дерзкий преступник совершает кражу рано утром. Положим, большинство пассажиров еще спит, но кого-то могла мучить бессонница, либо вора застал бы проводник. Дверь открыта, вероятнее всего, не отмычкой, а этим вот универсальным ключом. Не тем, что сейчас находится у проводника, а другим, неучтенным. Кто мог его раздобыть? Каким образом? У меня уже появились кое-какие мысли по этому поводу…