Запах страха - Вадим Панов

– Профессионал?

– В том-то и дело, что нет. – Кин повертел в руке опустевшую чашку, но решил не увлекаться темным кофе – вернул ее на стол. – Себя заказчик прикрывал очень хорошо, но в серьезных делах разбирается слабо. Опыта у него нет.

– Почему вы пришли к этому выводу?

– Во-первых, сигнальный артефакт – он не был установлен на конкретное лицо, просто фиксировал всех входящих в квартиру, кроме профессора. Другими словами, заказчик не знал, кто пришел к Лужному, и я мог убить совершенно постороннего чела. – Хван выдержал короткую паузу. – Во-вторых, заказчик не продумал оперативный канал связи. В результате, не обнаружив в квартире вторую мишень, я уехал, не доведя дело до конца.

Профессионал прекрасно знает, что даже самые продуманные планы выполняются лишь в идеальных случаях. В жизни всегда возникают мешающие работе обстоятельства, а потому обязательно обеспечивает связь во время операции.

– Я вас понимаю, – кивнул Сантьяга, наливая себе еще кофе. – Поговорим о заказчике. Кто он? Мужчина или женщина? Примерный возраст?

Кин покачал головой:

– Он изменял голос. И очень не хотел, чтобы о преступлении узнали в Тайном Городе. – Помолчал. – Опасался вас?

– Вряд ли. Я случайно оказался причастен к этому делу.

– Случайностей не бывает, – не согласился хван. – Все жемчужины событий нанизаны на нить Мироздания.

Некоторые хваны с возрастом становились философами – сказывалось деревенское происхождение.

– Почему вы застрелили Лужного, а не устроили ему «естественные причины»?

– Он меня опередил, – коротко ответил Кин. Поскольку речь зашла о недоработке во время операции, его настроение вновь стало портиться. – Лужный ждал меня и выстрелил, едва я показался в дверном проеме.

– А вы не навели морок, чтобы не поднимать магический фон.

– Верно, – кивнул хван и, подумав, признался: – Лужный меня ранил.

– Надеюсь, ничего серьезного?

– Царапина. Но важен факт.

Немногие бойцы Тайного Города могли похвастаться тем, что им удалось дотянуться до четырехрукого. А значит…

– Он вас ждал.

– Полагаю, его предупредил гость.

– Тот, которого вы не убрали.

– Верно.

– И чьего имени вы не знаете… – Сантьяга задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. – Кин, мне нужен заказчик.

– А жертва?

– Вероятно – тоже.

– Контракт полностью оплачен, – вздохнул четырехрукий. Кин, как выяснилось, отличался своеобразной щепетильностью: он готов был сдать заказчика, однако желал отработать его деньги. – Вы даете слово, что отдадите мне второго чела?

Поскольку хван ничего не знал о мишени и будет вынужден полагаться исключительно на слово комиссара, Сантьяге было нетрудно согласиться с выставленным условием:

– Отдам.

– В таком случае… – Кин протянул наву верхнюю правую руку: – Мы договорились.

* * *

Московская обитель,

штаб-квартира семьи Эрли

Москва, Царицынский парк,

26 сентября, вторник, 11:03

Несмотря на то что принципиальное решение заняться делом «трех раздолбаев», как окрестил его Артем, было принято еще утром, к активным действиям приступили не сразу. Молодой наемник, у которого идея не вызывала особого энтузиазма, предлагал немедленно отправиться в бар – чем быстрее напарник поймет, что чудов исколошматили люды, тем быстрее все закончится. Однако Кортес напомнил Артему, что рыцари проводят собственное расследование и встречаться с рыжими на месте преступления в его планы не входит.

Это выглядело бы особенно подозрительно после телефонного разговора, который состоялся у Кортеса сразу после завтрака, – Рик Бамбарда осведомлялся, не заметили ли наемники чего-нибудь подозрительного в «Кружке для неудачников». Кортес ответил, что нет, и насмешливо поинтересовался, не желает ли Орден нанять для расследования двух опытных наемников. Бамбарда вежливо отказался, заверив, что справится сам, и допрос на этом закончился. Авторитет Кортеса и метки Темного Двора, которые они с Артемом носили на плечах, не позволяли Рику давить на них, как на обычных челов.

Наемники неспешно собрались, попутно наведя в офисе некоторое подобие порядка, оседлали «Навигатор» и отправились в Московскую обитель – для начала Кортес хотел узнать, что именно произошло с молодыми чудами.

– Привет, Курвус! Привет, Ляпсус! – Разглядев в приемном покое старых знакомцев, Артем отказался от обычного для госпиталя приглушенного тона и выразил свою радость громким воплем: – Сколько лет!

– Ты опять на посту? – осведомился Кортес, пожимая эрлийцу руку.

– Он опять проигрался, – сдал врача брат Курвус. – И поэтому Ляпсус через десять минут пойдет на вторые сутки, а я – отсыпаться.

– У тебя длинный язык, – кисло заметил врач.

– Не длиннее, чем у тебя. – Толстяк так и не простил напарнику испорченный завтрак. – Это ж надо было придумать: паштет из печени люда!

– Вы готовите зеленых?

– И ты туда же!

– Не волнуйся, Курвус, в Кодексе ничего не сказано о каннибализме.[13]Так что твое маленькое увлечение останется безнаказанным.

Мужчины рассмеялись.

– Зачем пожаловали? – поинтересовался Ляпсус.

– Да есть одно дельце… – Успевший оглядеться Кортес выразительно указал глазами на сидящего в углу чуда. – Вас что, оккупировали?

– Типа того, – недовольно пробурчал врач. – Слышал о вчерашней драке?

– Это я пожертвовал «Дырку жизни».

– Гм… Ты спас ребят, Кортес.

– Спасли их вы, – скромно отозвался наемник. – Я всего лишь доставил парней в госпиталь.

– Тихо! – Ляпсус неприязненно посмотрел на подошедшего чуда. – Что, скучно стало?