Дипломатия Волков - Холли Лайл

Она проглотила прихлынувшие слезы и вместе с волком выбралась из аэрибля на посадочное поле. А потом зарубила мечом двоих солдат, оставленных охранять аэрибль, – безмолвно и скрытно, без всяких угрызений совести. Дом охранялся плотным кольцом, и Кейт поняла, что никакая сила и скорость не помогут ей в одиночку выручить уцелевших. Итак, остается либо умереть вместе с ними, либо отправиться за подмогой.

Гофт находился всего в двадцати лигах к северо-востоку, и в одном из городов его, Маратаде, обитало ответвление Дома Галвеев – Дом Черианов. Семья эта торговала, владела колоссальными богатствами, целой армадой судов и была в состоянии выставить сотни крепких и свирепых солдат, способных отбить все утраченное Семьей. Надо добраться до них.

У тебя остается немного времени,напомнила незнакомка. Кейт и так это знала.

До Гофта можно было добраться на аэрибле, однако если посадочная бригада не отпустит вовремя канаты, взлететь сложно. Потом надо оторваться от земли и набрать высоту так, чтобы Сабиры ничего не заметили. Лежа в росистой траве рядом с волком, Кейт разглядывала людей, сновавших перед костром, поддерживая в нем огонь. Потом осмотрела обтекаемые очертания аэрибля, под ветерком натягивавшего причальные канаты. Потом проверила ветер и нахмурилась. Слишком сильный, чтобы отпускать веревки по очереди; поступив так, она выдаст себя, потому что ветер задерет воздушный корабль вверх носом.

Способ, конечно, был. Галвеи, их ученые и изобретатели, вместе хранили тайну сооружения аэриблей и могучих двигателей, приводивших корабли в движение. Как говорил ее отец, в руки Семьи попал древний манускрипт, в единственном числе переживший Тысячелетие Тьмы; этот манускрипт был полон тайн, многие из них до сих пор скрывались за загадочными чертежами и непонятными описаниями устройств, даже назначение которых в эти дни оставалось загадочным. Однако художники и изобретатели Дома, находившиеся в безопасном и надежном убежище, одну за другой выпытывали тайны управляемого полета и, наконец, дали Галвеям крылья. Десять лет Галвеи ревностно оберегали свой секрет. Если аэрибль мог попасть в руки врага, пилот должен был нажать скрытую рукоятку, связанную с механизмом, одновременно обрывавшим все посадочные канаты, выпуская корабль на свободу. Он мог лететь, но не имел возможности причалить к земле, и пилот должен был пережить крушение, опустив аэрибль вдали от врагов. Однако лучше потерять один корабль, чем отдать его в чужие руки.

Кейт знала, где искать рукоятку, она даже умела пилотировать аэрибль, а значит, вполне могла добраться до Гофта. Приземляться будет опасно, но об этом она побеспокоится, уже прилетев туда.

Она провела пальцами по шкуре волка, гадая, каким образом и почему зверь нашел ее. Взять животное с собой она не могла, однако не хотела и оставлять его рядом с Сабирами. Впрочем, когда Кейт поползла назад к аэриблю, зверь сам решил трудную для нее проблему. Лизнув ее в нос, он затем осторожно куснул ее за ухо. А потом зарычал, поднялся и рысью направился вдоль стены к воротам. Понаблюдав за ним какое-то мгновение, Кейт поняла, что Гашту ожидают возле ворот собратья-волки.

Оставалось только гадать, доведется ли ей еще раз увидеть его. Подобравшись по траве к люку аэрибля, она впрыгнула внутрь как настоящая волчица и поспешно запустила ладонь под полированное дерево пульта к спрятанной под ним рукоятке. Дернув за нее, она услышала, как шипят отпущенные тросы, и ощутила толчок, когда неуправляемый аэрибль неловко подпрыгнул. Тут-то и завыли волки.

Ветер, дувший вдоль утеса, толкал воздушный корабль. Кейт уже опасалась, что зацепится за дерево или стену, прежде чем успеет подняться повыше, – так быстро несся аэрибль над землей. Чудесным образом, хотя гондола все-таки чиркнула по верху стены, она вырвалась на свободу – в черноту ночного неба.

Раскинувшийся под ней город трепетал тихими огоньками свечей, мерцавших за тысячами окон; поярче светили уличные фонари, которые с наступлением сумерек каждый день зажигали фонарщики, еще ярче горели газовые лампы в цехах, где люди трудились, обливаясь потом, даже ночами... и пылал жестокий костер у Дома Галвеев, его жирные клубы несли с собой к задымленному городу то, что было утром ее Семьей.

Но не всех. Не всех. Кейт не могла поверить голосу незнакомки, твердившему в ее голове: все ушли, все.Она заставит Сабиров заплатить за жизнь каждого любимого человека, отнятую у нее. Кейт поклялась всеми богами, что либо погубит Семейство, либо умрет.