Меч Без Имени - Андрей Белянин

– Папа! Я поймал его!

Голос принца вывел меня из лирического состояния. На край облака к золоченым перильцам вышел чопорный джентльмен в черной мантии и длинном плаще. Давненько не виделись, а здороваться почему-то не тянет.

– Нашему подлецу все к лицу… – хмыкнул Злобыня Никитич.

Ризенкампф обвел медленным взглядом мою разношерстную команду и, воздев руки к небу, заговорил нараспев, стилизуясь под средневекового мага:

– Я ждал многих, но пришли не все. Те, что придут следом, найдут лишь прах и пепел. Преддверье Вечности сомкнется над их головой, а душа оледенеет страхом Преисподней! (Не скажу, что всем это было интересно, но мы его слушали.) Раб упадет ниц, пыль не запачкает одежду Сильного, а ничтожный червь, восставший против льва, обречен на нелепую смерть под царственной пятой. (Это ж надо, как расписывает – такие аллегории…) Плачь, ландграф, ибо пришла твоя бесславная кончина!

Поняв, что от меня ждут ответа, я и сам попытался выдать столь же многозначительную и возвышенную речь, но у меня так гладенько не получилось:

– Спешу и падаю! Я тут буквально взмок от рыданий и всех замучил вопросами: когда же наконец придет ненаглядный Ризенкампф и соизволит меня убить? Мы тут уже косеем от скуки! Где ты шлялся столько времени?

– Смерть распахивает объятья, и ее могильное дыхание входит в твои легкие… – начал было мой враг, но я его перебил:

– Где ты был, я спрашиваю? Сколько можно гоняться за тобой по всей стране? Мне ведь, знаешь ли, может и надоесть… Я попросту найму еще трех драконов и разнесу твой летающий городишко в щебенку! И не моли меня о пощаде! Ты что устроил в Тихом Пристанище, олигофрен эдакий? Справился, да? Спустил вертолеты на пенсионерок и повесил себе медаль за боевые заслуги? Молчать! Не возражать! Я тут не потерплю самоуправства!

Моя команда просто валилась с ног от хохота. Привлеченный общим шумом, тихонечко подполз Кролик. Раюмсдаль кричал из окна, что «папочка тебя покарает»… Ризенкампф попытался сделать умное лицо, и из облака блеснул тонкий луч лазера. Он спалил елку за моей спиной. В Башне Трупов торжествующе захихикали. Я выхватил Меч Без Имени. Второй луч натолкнулся на серебристое лезвие, меня повело в сторону, а лазер, как бы срикошетировав, задел Кролика по носу. Дракон ошарашенно затряс головой и… чихнул! Мама дорогая! Сноп искр посыпался на мешки с порохом.

– Ложись! – не своим голосом заорал я.

Взрыв был ужасен…

…Я оказался в Локхайме! То есть там я пришел в себя, хотя и не сразу понял, где нахожусь. Все мысли были очень короткими, лаконичными. Живой. Руки, ноги, голова – все здесь. Спина болит, меня ею здорово приложили о какие-то ступеньки. Медленно оглядываюсь вокруг. Лежу в закутке, недалеко от погнутых перил. Все уже не такое чистенькое, как казалось снизу. Сажа, гарь и запах пороха, аж дышать противно. Раз я не в плену, то как меня сюда занесло? Стоп, я сам угадаю! Ризенкампф принес и положил? Нет. Сам допрыгнул с третьей попытки? Нет. Может, взрывом забросило? Ха! В самое яблочко! Однако если действительно так тряхнуло, то стоило посмотреть на это поближе. Вставать не хотелось, я пополз к перильцам и, свесив голову, уставился вниз. Да… бардачок-с еще тот! С Хиросимой, конечно, не сравнить, но на развалины Колизея очень похоже. От Башни Трупов остались дымные огрызки стен, и нерушимая цитадель напоминала ныне окончательно сгнивший зуб с дуплом. Локхайм висел метрах в восьмидесяти над всем этим великолепием, и обзор был превосходным. Я нашел Лию с Бульдозером – грязные как черти, они рыскали в развалинах. Русские ратники выносили из-под обломков раненых, а Злобыня Никитич упорно долбил ломом какую-то подвальную дверь. На Кролика взрыв, похоже, впечатления не произвел, он опять уполз в кусты. Совершенно меланхоличное существо… А вот и пыль над горизонтом… Ага, это, наверное, грозные силы короля Плимутрока спешат ввязаться в бой. Вовремя, ничего не скажешь. Ладно, хватит валяться, пора и честь знать. Я встал, отряхнулся и… Меч! Где мой меч?! Господи, вот когда я почувствовал себя по-настоящему одиноким…

Дальнейшие события развивались отдельно от меня. Локхайм спустился еще ниже, и слышимость здорово улучшилась. Я осторожненько двинулся вперед и за поворотом обнаружил знакомую фигуру. Ризенкампф, опираясь на перила, вглядывался вниз, а рядом стояла лазерная пушка с искривленным от взрыва стволом. Судя по тому, как нервно дергалась голова великого тирана, он был не в лучшей форме. Остальное буду описывать как беспристрастный свидетель.

– Где моя дочь? – дрожащим голосом возопил Плимутрок Первый.

– Тут она! Просим получить, ваше величество… – И невысокий русский князь вынес из погребка отупевшую от счастья Лиону. Встреча отца с дочерью ознаменовалась бурными рыданиями. Наконец король обратил внимание и на русичей:

– Кто вы, благородный рыцарь? И кто эти воины?

– Я князь Злобыня Никитич, младший брат ландграфа Дмитрия. Это дружина моя верная. А за дочь не благодари – за такую красу и живота не пожалеешь! С первого взгляда сразила молодца…

Я чуть вниз не свалился. Лиона? О святые угодники! У парня явно специфический взгляд на женское обаяние. Принцесса, похоже, даже обалдела от такого комплимента. Она страстно шмыгнула носом и одарила князя скалозубой улыбкой.

– А это кто? Черти! Уничтожить нечистую силу!

Но прежде чем рыцари короля наклонили копья, за чертей вступился… кардинал Калл.

– Ваше величество, я прошу не обижать наших союзников. Их завербовал сам лорд Скиминок, и столь необычные бойцы могут оказаться очень полезны. Я берусь утрясти этот вопрос с Господом…

– Дело ваше… – пожал плечами отходчивый государь. – А где, собственно, сам ландграф? Я так понимаю, это все он устроил?

– Его больше нет с нами… – тихо отозвался Бульдозер.

Воцарилось скорбное молчание.

– Не верю… – упрямо буркнул Матвеич.

Маг-ветеринар не отходил от короля и по невероятному стечению обстоятельств был даже трезв. Де Браз медленно снял шлем, посмотрел на облака и опустил голову в знак траура.

– Обыщите все еще раз! – приказал своим воинам Повар. Десять минут спустя один из рыцарей выудил из-под обломков мой меч. Здорово! Значит, Меч Без Имени цел. Однако на остальных эта находка произвела самое удручающее впечатление. Воины сняли шлемы, черти преклонили колени, маг-предсказатель матерился вовсю. Лия в обнимку с Лионой заревели в голос, а кардинал, воздев руки, забормотал заупокойную молитву. Скорбь овладела миром. Общая печаль сплотила таких разных людей, что и мне захотелось поплакать в их обществе. Все было торжественно и красиво, хотя и на скорую руку. Мероприятие испортил каркающий смех Ризенкампфа:

– Вот и сдох ваш ландграф!

Дальнейшее напоминало несанкционированный митинг.

Король Плимутрок (рычащим голосом). Злобный колдун, довольно мы терпели твой произвол! Чаша переполнена. Никому не разрешено глумиться над памятью великого героя!