Утро Судного Дня - Александр Мазин

А с другой стороны к кобылке уже мчался жеребец.

Вожак был дальше, зато бегал намного быстрее, потому рядом с бьющейся на земле и пытающейся встать кобылкой они оказались почти одновременно.

Грива испустил самый страшный вопль, на который был способен, и метнул топор в оскаленную морду жеребца. Попал, ясное дело, не острием, а деревяшкой, но жеребец тем не менее притормозил. И похоже, усомнился в своем желании немедленно втоптать обидчика в землю.

Грива испустил еще один вопль. Кобылка тоже жалобно заржала. Жеребец поглядел на Гриву, потом на кобылку... Колебался он недолго. Инстинкт подсказывал: раз подружка не может встать, значит, дела ее плохи.

Красивый поворот - и гордый зебр галопом полетел к своим. Мгновение - и весь табун снялся и поскакал прочь.

Грива выиграл первый тайм.

Выграть второй оказалось сложнее. Проклятая скотина отбивалась изо всех сил и чуть не откусила Артёму пальцы.

И все же в конце концов ему удалось спутать ее основательнее и нацепить на ее шею что-то вроде импровизированной упряжи. И соорудить из ремней некое подобие стремян.

Осталось самое сложное - объездить. Причем быстро.

Гриве повезло. Зебра не стала кататься по земле. Хотя пляску устроила такую, что, если бы не петли-стремена, Артём уже давно валялся бы на земле. Но Грива не посрамил честь русского дворянства. Выдержал целую минуту неистового родео. И вот кобылка, храпя от ужаса, стрелой, не разбирая дороги, уже скачет по саванне, унося на своей потной спине представителя высшей цивилизации.

Километров двадцать они отмахали за полчаса.

Потом зебра утомилась и сбавила шаг. Еще через полчаса Грива пожалел ее и себя (галопом без седла - никогда не пробовали?) и спешился. Кобылка так устала, что даже не пыталась его лягнуть или укусить. Пыхтела, раздувая бока, глядела мутным глазом на своего мучителя...

Грива спутал зебре передние ноги, привязал ее к акации, спустился к реке. Напился, смыл грязь и едкий зебрячий пот.

Когда он вернулся к полосатой красавице, то обнаружил, что пришел очень вовремя. Зеброй заинтересовалась гиена.

Увидев человека, тварь смылась. А зебра в благодарность едва не откусила Гриве палец. Отдышалась, ласточка.

Артём порадовался, что стреножил зебру, когда та была в худшей форме.

Целый час понадобился на то, чтобы внушить лошадке почтение к человеку. Наконец она более или менее подчинилась. Или, что куда вероятнее, намерение Гривы напоить кобылку совпало с ее собственным желанием.

Утолив жажду, зверушка опять впала в ярость, и Артём решил, что силы ее восстановлены.

Полторы минуты родео - и они двинулись дальше.

До вечера Грива преодолел еще полсотни километров, совсем загнал свою лошадку и добрался до зарослей кустарника, пробраться через которые верхом не было никакой возможности. Так что зебра получила свободу. А Грива выиграл один день. Большего не требовалось. До поселка соплеменников Буйвола оставался один переход.

Поселок был пуст. Явные следы поспешного бегства. И - ни одного живого человека. Зато трое мертвых. Два старика и старуха. Убиты. В хижинах. Причем одинаково - у каждого пробит висок. Трупы объедены, но - мелочью. Падальщики покрупнее в поселок заходить еще не рисковали, следовательно, жители покинули его не так давно. Почему они ушли? Загадка...

Ночь Грива провел под крышей. Утром двинулся дальше. К своим.

Одно хорошо: погоня отстала. Вероятно, своей скачкой на зебре Артём сбил их со следа.

К сожалению, повторить опыт не получилось. Дважды Гриве удавалось изловить кобылку, но на этом этапе все и заканчивалось. Один раз Гриву отогнали от добычи злобные жеребцы, второй раз - львиный прайд. Но это было уже за пределами территории соплеменников Буйвола. Там у Артёма проблем с хищниками не было. Львы и гиены держались от человека подальше. Правда, только днем. Ночью почтение четвероногих охотников к двуногому существенно снижалось. Причем очень быстро выяснилось, что никакого страха перед огнем они не испытывают. Конечно, если сунуть горящую ветку львице в морду, она шарахнется, но сам костер, скорее, привлекал внимание, чем отпугивал. Так что от ночевок на земле пришлось отказаться. Теперь Грива спал на деревьях, фиксируясь ремнями и привязывая к руке оружие. Такая предусмотрительность спасла ему жизнь, когда в одну из ночей на его дерево забрался леопард, а порядком измотанный Артём проснулся, когда хищник уже обнюхивал его, выбирая кусочек поаппетитнее. К счастью, зверь оказался не из самых храбрых, и, когда Артём кольнул его копьем в бок, леопард перепугался и удрал. А мог бы и сожрать.

Словом, путь через саванну в одиночестве оказался достаточно суровым. Опасным и голодным. Но всякое приключение когда-нибудь кончается, и однажды вечером Грива узнал знакомые места. И воспрял духом. Ненадолго. Потому что почти сразу же наткнулся на человеческие следы. Чужие следы.