Гульчатай, закрой личико! - Ирина Боброва

– Барон, смотри, какой красивый лес! – воскликнула Медуза, когда табор подъехал к владениям Акавы. – Смотри, трава фиолетовая, а цветы зеленые, – и она взглянула в разноцветные глаза Барона.

– Глаза у тебя тоже красивые, – улыбнулся Барон, разглядывая девушку.

Медуза сначала не придала значения его словам, а потом, осознав, что произошло, испугалась. Она зажмурилась, по ее щекам потекли слезы. Впервые ей предложили помощь, впервые в жизни согрели, накормили и помогли. Барон был первым существом, которое о ней позаботилось, а она!

– А что ты слезы льешь, девушка? Старый цыган тебя обидел?

Медуза распахнула глаза, открыла рот и изумленно уставилась на попутчика. Цыган продолжал улыбаться, но в глазах его читалась тревога.

Она всхлипнула и вдруг поняла, что совсем не боится его, и что тревожится он из-за нее, и что ему не все равно, что с ней будет. А еще поняла, что никто больше не превратится в камень и она может спокойно смотреть в глаза всем живым существам.

– Барон, скажи, что ты делаешь, когда встречаешь на пути что-то неизвестное? – тихо произнесла девушка, вспомнив разговор с Мексикой. Малышка оказалась права. Только собственный страх представляет опасность. Оказывается, мир ничем не угрожает.

– Радуюсь, – ответил Барон.

– И тебе совсем не страшно?

– А почему должно быть страшно? Скорее интересно. Цыгане – народ любопытный. Им на одном месте не сидится. А неизвестное совсем не страшно, напротив, оно разнообразит жизнь, наполняет душу радостью и манит к себе.

– Зачем?

– Чтобы его узнать и испытать восторг, – ответил опытный путешественник.

– А разве можно восторгаться тем, что незнакомо тебе? – с сомнением спросила Медуза.

– Можно, в неизвестном есть и чудо новизны, и радость открытия, и прелесть узнавания. Вот тебе были неизвестны и камень, и Мутные колодцы, и фиолетовую траву в прекрасном лесу Акавы ты тоже прежде никогда не видела. Зато сколько восторга ты испытала, девочка!

– Я поняла, – тихо прошептала Медуза. – И ты никогда не кинешься с мечом на неизвестное?

– А зачем? – удивился Барон.

– Потому что испугался неизвестного.

– Что может испугать старого бродягу, девочка? – рассмеялся цыган и посмотрел вокруг.

Они проезжали по тихому лесу. Несмотря на густые кроны, в Зачарованном лесу было солнечно. Над головами на разные голоса пели птицы. Иногда с ветки на ветку перепрыгивали белки или из листвы выглядывала хитрая рожица древесного гнома, притаившегося в густой кроне дерева. В траве распускались цветы невиданной красоты, наполняя воздух таким ароматом, что хотелось вдохнуть полной грудью. Что и сделал Барон, с удовольствием вдыхая лесной, напоенный запахами трав и цветов воздух.

– Я так рад всему, что вижу, всему, что приходит в мою жизнь, всему, что происходит вокруг, что забываю бояться, – с улыбкой сказал он, прекрасно понимая, чем вызван вопрос. Уж кто-кто, а цыгане-то точно знали обо всем, что происходит в мире. Барон был прекрасно осведомлен, кого он пригласил в попутчики. Он знал и о том, что под взглядом девушки все живое превращается в камень, и об обмене волосами со старой Гризеллой, и даже о разговоре Медузы с Мексикой на ведьминой полянке. Вездесущие эльфы были отъявленными сплетниками, благодаря этому информация быстро доходила до тех, кто умел слушать. А слушать Барон умел. Он был единственным, кто понял, что нужно сделать, чтобы девушка стала счастливой, и специально провел табор мимо Рубельштадта, надеясь встретить ее. Он даже знал, кто ее прекрасный юноша и что с ним стало. Но хитрый цыган не рассказал девушке о Бенедикте, считая, что каждый сам должен найти свое счастье. – Все неизвестное очень интересно и совершенно не страшно, как многие думают, – добавил он. – Мне интересна даже смерть! Когда он придет, я с большим интересом встречусь с ним!

– С кем?

– С Господином Смертью. Говорят, что это высокий мужчина в темной одежде, а вовсе не старуха с косой на плече. Я с нетерпением жду этой встречи!

– Почему? – удивилась девушка.

– Потому что состояние смерти неизвестно мне, а значит, интересно. А еще говорят, что Господин Смерть очень азартен и любит в картишки перекинуться. Я бы с ним сыграл.

– Я раньше смотрела на людей, а они сразу в камень превращались, – вздохнула Медуза, – я их убивала.

– Значит, тебе предстоит испытать большое счастье, – сказал цыган, спокойно приняв столь неожиданное для самой Медузы признание.

– Как это? – Медуза вытаращила глаза.

– Если ты взглядом убивать можешь, да так, что все каменеют, то ты взглядом и жизнь можешь подарить. Все в этом мире имеет две стороны. Черное потому и черное, что белое есть. Если есть добро, то, значит, есть и зло. Без него мы бы не знали, что такое добро, не могли бы правильно оценить его.

– А у меня есть знакомый, у которого сердце каменное.

– Значит, его сердце способно очень сильно любить, – сказал Барон. – Если человек может заставить свое сердце ничего не испытывать, значит, он сможет и очень сильные чувства испытать. Пройдет время, и сердце из каменного станет нежным и горячим.

– А разве нельзя, чтобы весь этот мир был добрым? – воскликнула девушка и тоже посмотрела вокруг. – Почему нельзя сделать так, чтобы все были честными и добрыми? Чтобы забыли о жадности, о злости?! Чтобы не обижали маленьких и слабых?! Любили бы страшное и неизвестное и перестали стараться его уничтожить, бросаясь на него с мечом в руке?!

– Ты сама о судьбе рассуждала. – Барон прижал плачущую девушку к груди и гладил по голове, утешая, словно ребенка.

Медуза рыдала, оплакивая себя и свою любовь к прекрасному окаменевшему юноше. А мудрый цыган говорил, успокаивая ее:

– Если весь мир будет хорошим, то обязательно найдется один злодей, чья злоба будет равна всей доброте мира. А знаешь почему?

– Почему? – всхлипнула девушка, успокаиваясь.

– Потому что без этого злодея мир станет серым и из него уйдет радость. Ведь в природе все находится в равновесии – и добро со злом тоже. Если что-то перетянет, – безразлично, добро или зло, – то весь мир перевернется и скрутится в петлю. Запутается. Такое здесь уже было однажды. В Иномирье скопилось очень много ненависти, и началась война. Люди очень боялись всего неизвестного и отделились от него, и знаешь, что произошло?

– Что?

– Этот мир стал серым, из него исчезло чудо. Каждый день стал похож на другой, и наш табор колесил по четырем королевствам, точно зная, где лежит каждый камешек. Было скучно, одно и то же, а значит – неинтересно.

– Но, наверное, вам было спокойно?

– Спокойствие – это когда ты сначала теряешь покой, тебя закручивает водоворот событий, а потом приходит победа, а с ней – ощущение радостного отдыха. А если покою такого водоворота событий не предшествовало, то тогда спокойствие знаешь как называется?