Дым и тени - Таня Хафф

Субботним утром Тони уже стоял в коридоре на четвертом этаже перед квартирой Арры. Она открыла дверь прежде, чем он успел постучать. Тони, застыв с занесенной рукой, подумал, что у него, наверно, такое выражение, будто перед его глазами только что прошло выступление Зигфрида и/или Роя с белым тигром.[7]Лицо Арры подтвердило его подозрения.

Покачивая головой, она отошла от входа.

— Окна выходят на улицу, Тони. Я снимала Зазу с диффенбахии, когда увидела, как ты идешь к подъезду. Даже Рэймонд Дарк догадался бы, а уж на что из него тормоза сделали. Вытри ноги. И повесь куртку — пусть стекает на ковер.

Он послушался, а потом последовал за ней на кухню, чуть не спотыкнувшись о рыже-белого кота.

— Это Уизби. Не обращай на него внимания, он уже поел.

— Это значит, не корми его или не волнуйся, он не вцепится тебе в глотку?

— И то, и то, — волшебница задумчиво рассматривала Тони, пока тот делал вид, что изучает кота.

— Паршиво выглядишь, — в итоге выдала она. Повернувшись, Арра достала из шкафа большую синюю кружку и налила в нее жидкость из темного непрозрачного графина.

— Что это? — его язык еще немного заплетался после зелья, а обоняние было сбито практически напрочь. От замороженного фаршированного блинчика, разогретого на завтрак, несло акриловой краской. Хотя, возможно, дело было в том, что срок годности истек месяц-два назад.

— Органический кофе, выменянный у мексиканцев и собранный босоногими черноглазыми девственницами.

— Правда?

— Насчет девственниц не уверена. Сливки в холодильнице, сахар в керамическом кролике на стойке, — она отпихнула Уизби ногой и вышла из кухни.

Тони торопливо добавил сливки в кофе, задумчиво покосившись на забрызганную кровью тарелку с печенкой, слишком интересно уложенной, чтобы быть едой, и последовал за ней. Волшебница уже сидела за компьютерами, на обоих мониторах был разложен пасьянс «Паук».

— Маус в порядке, — сообщила она, перекладывая червового вальта на даму. — Порядок значит, что у него сломана челюсть, а его жена зла как черт. Я сказала в больнице, что увидела, как он ходит по улицам совершенно невменямый, и когда усадила его в машину, он отрубился.

Арра перекинула две колонки карт, убрала одну подборку червей и переключилась на другой монитор, пока карты стопкой укладывались в низу монитора.

— Они поверили, — трефовая восьмерка на пиковую девятку, бубновая шестерка на пиковую семерку, трефовая восьмерка на открывшуюся девятку той же масти.

— А ты как?

У него ныли расцарапанные ладони и губа, а на теле начали проявляться синяки, но хоть мочился он не кровью, и то хорошо.

— В порядке.

— Ладно. Что случилось у врат?

— Ничего.

— Ничего значит?…

Тони с усилием оторвал взгляд от гипнотизирующего складывания карт:

— Ничего.

* * *

— Сейчас откроются.

Тони посмотрел на Генри и незамедлительно пожалел об этом. Глаза вампира потемнели, верхняя губа приподнялась, обнажая клыки. Тони наблюдал это уже сотни раз, но сегодня его осознание своего места в игре охотник/ жертва было слишком резким. Внезапно он почувствовал дрожь в воздухе, и Генри отошел на второй план.

С усиливанием колебаний он начал понимать утреннюю реакцию Ли.

Предыдущее открытие врат раздражало, как жужжание осы в голове. Ничего смертельного, только резкий яростный звук. Сейчас казалось, что сверлят зубы причем в тот момент, когда заканчивалось действие заморозки. Еще не начась непереносимая боль, но от нарастающих вибраций все мышцы напрягались в ожидании того, что сверло вонзится в десну.

— Никого нет. Никто из захваченных тенями не вернулся, — уточнил Генри, когда Тони тупо на него уставился.

— И что теперь делать?

— Останавливать все, что придет с той стороны.

* * *

— И что-нибудь пришло?

— Нет, — Тони отхлебнул кофе. — Врата открылись на пару минут, а потом снова закрылись.

— Пару минут?

— Или меньше. Или больше. Когда начинаешь думать о злых волшебниках и тенях, высасывающих мозг, время летит незаметно.

— В следующий раз засекай. Временной интервал может оказаться очень важен.

— А тебе-то какое дело? Я думал, ты отказалась помогать.

— И ты все равно постоянно прибегаешь к моей двери.

Он сомневался, что два раза — это постоянно. Положив рюкзак на пол, он присел и почти сразу же обнаружил на коленях черно-белую кошку.

— Это Зазу, — Арра недовольно свела брови. Тони медленно отвел руки от кошки. — Она этого никогда не делала.

— Чего?

— Не сидела на незнакомых людях.

— Она не совсем… АЙ!..сидит.

— Она просто устраивается поудобнее.

Кошачьи коготки в очередной раз пронзили джинсы и вонзились в кожу.

— Для кого удобнее? — вскрикнул Тони, но по выражению лица Арры понял, что вопрос был идиотский. Она снова переключилась на игры, а Тони постарался поменьше шевелиться. Кто знает, во что вцепится эта кошка, если решит, что может упасть.

— Я ощущал их гораздо сильнее, чем в прошлый раз, — добавил он, когда убедился, что опасность миновала. — В смысле, врата.

— Это потому что тебя захватывала тень.

— Да, я понял. Но она меня скорее подержала, а не захватила. В смысле, через какой временной промежуток можно считать это захватом?

Арра повернулась к нему, приподняв брови, ее рука зависла на тачпэдом ноутбука:

— Что, юмор помогает?

Он рискнул пожать плечами. Зазу перекатилась на спину во впадинку между его тесно сжатыми ногами и задрала все четыре лапы, демонстрируя белый живот. Тони экспериментально протянул палец к пушистой шерстке.