Один мертвый керторианец - Александр Дихнов

Проследив его взгляд, я уткнулся в Камень и невольно вздохнул – лишнее подтверждение правильности моего решения.

– Босс, это что – алмаз? – прошептал он, с трудом придавая лицу более-менее пристойное выражение.

– Нет. Страз! Так что вы там говорили? Однако Уилкинс не успел ответить – внутри Камня завертелся молочно-белый вихрь, а в голове у меня будто прозвенел хрустальный колокольчик. Подозревая, что пришел ответ от Деора, я жестом попросил Уилкинса помолчать и дал добро на контакт.

Когда глубины Камня прочистились, я удостоверился, что никаких неожиданностей на этот раз нет. На меня смотрело холеное лицо знаменитого адвоката.

– Добрый вечер, герцог! Впрочем, прошу прощения за неточность, вечер-то у меня. Что случилось? – Казалось, по его лицу пробежала тень недовольства оттого, что ему приходится задавать столь тривиальный вопрос.

– Случилось то, граф, что мне и впрямь понадобились ваши профессиональные услуги.

– Какого рода?

– Самого что ни на есть. Мне нужен адвокат. – Я взглянул в его немигающие глаза, словно бы подернутые дымкой усталости, и не стал вилять. – Если быть до конца честным, то я недавно пообещал нашему министру безопасности, что вы будете представлять мои интересы. Извините, что пришлось у вас за спиной-Взмахом бровей он отмел все мои извинения и коротко сообщил:

– Не страшно. Я буду.

Признаться, я вновь не смог скрыть удивление: конечно, я предполагал, что он согласится, но чтоб с такой легкостью!.. Ведь он не мог не понимать, что фактически я предлагаю ему бросить все текущие дела, от недостатка которых, судя по сквозящей во всем его облике усталости, он явно не страдал, и вступить на моей (то есть весьма шаткой) стороне в смертельно опасную игру с неведомым противником или противниками! Разумеется, Деор читал по моему лицу как по открытой книге, тем не менее он не разразился цветистой речью, а лишь по-дружески улыбнулся и повторил:

– Да, герцог, я буду! Но мне надо знать детали! Я совершил короткий обзор.

– Весомые обвинения, – не без удовлетворения заметил граф. – Но каким образом вам удалось перевести дело под межгосударственную юрисдикцию?

– Сказался гражданином Рэнда. Таллисто обещал это подтвердить.

– Хорошо, – одобрил он, – у Рэнда удобные законы, а у вас, как я припоминаю, и вовсе раздолье.

– Граф, есть еще один момент! – Я немного помолчал. – Сам я покидаю Новую Калифорнию.

– Вот как! – прозвучало не осуждающе – он только оценивал новый ракурс, а затем кивнул даже с оживлением: – Тогда мне представляется важным существенно повысить степень своей осведомленности.

– В плане реальности обвинений? – на всякий случай уточнил я.

– О нет! – Тут он надел свою излюбленную отстраняюще-холодную улыбку. – Какая мне разница? Пользуясь местным крючкотворством, я с легкостью могу доказать отсутствие состава преступления в вопиющем случае массового убийства с применением пыток. И по-моему, нас вообще меньше интересует результат, нежели процесс? Не так ли, герцог?

– Так, граф. – Конечно, если я хотел, чтобы он работал на Новой Калифорнии вместо меня, то следовало посвятить его во все тонкости, но… – Я предполагал поступить следующим образом. Вы прибудете сюда, воспользуетесь гостеприимством моего замка, после чего мой дворецкий максимально полно ознакомит вас с положением вещей. Затем вы всецело можете распоряжаться моими людьми под его командованием и всем, что может представить к вашим услугам Адриан Форбс и моя корпорация.

Мы оба понимали, что ни о какой “максимальной полноте” речи нет и я, вдобавок к прочему, предлагаю ему броситься в реку, не зная течения. Я почувствовал себя неловко, он же никак не выказал эмоций.

– Хорошо, герцог. Я принимаю ваше предложение и ближайшим рейсом вылетаю на Новую Калифорнию. Моя неловкость сильно возросла, и я промямлил:

– Спасибо, граф. Я постараюсь достойным образом возместить ваше беспокойство.

Он в третий раз улыбнулся, и вновь по-иному. На мгновение в его холеном, уравновешенном облике промелькнуло нечто хищное…

– Я понимаю ваше состояние, герцог, поэтому не обижаюсь на столь нелепое предложение. Разумеется, никакое вознаграждение мне не требуется – я действую исключительно сообразно своим желаниям. Всего доброго!

Я пробормотал слова прощания и еще долго смотрел в имитирующую бесконечность глубину кристалла, а затем подумал вслух:

– Но каков же, черт возьми, его интерес?

– А почему бы не предположить, что он просто хороший человек? – в тон мне подумал Уилкинс.

Прыснув, я скосил глаза в его сторону, но обнаружил, что он и не думает смеяться. Тогда я поразился. Не тому, что мы с графом почему-то разговаривали по-английски и, следовательно, Уилкинс оказался в курсе содержания наших переговоров, и даже не тому, что не мог исключить его правоты, как бы дико ни звучал подобный домысел. Поражался я тому, что кому-то вообще могло прийти в голову назвать керторианца “просто хорошим человеком”…

– Ладно, оставим это, – не без раздражения бросил я. – Так что же вы все-таки собирались сказать? Насчет Тэда?

– Ну, он хотел бы получить от вас исчерпывающие инструкции, – бодро ответил Уилкинс.

– Разумно. – Я щелкнул клавишей интеркома. На появившемся лице Тэда застыло привычное выражение готовности. – Тэд, как вы уже поняли, я отбываю. На неопределенный срок.

– Да, сэр!

– Вы принимаете командование над оставшимися людьми и будете взаимодействовать в дальнейшем с Адрианом Форбсом.

– Простите, сэр! Должен ли я ему подчиняться?

– Скорее уж наоборот. – Заметив некоторое сомнение, я не удержал кислую мину и успокоил его: – Я с ним переговорю. Далее, до прибытия на Новую Калифорнию Валлена Деора в вашу задачу входит охрана замка. Затем вы встречаете его, размещаете в замке, вводите в курс дел и переходите в его полное распоряжение. Ясно?

– Да, сэр! Разрешите уточнить: насколько мы должны исполнять приказы господина Деора?

– Как мои собственные. – Для пущей убедительности я добавил: – То есть все!

– Да, сэр! – Тэд, казалось, оценил нюанс, но виду не подал.

– Вот, собственно, и все… Разве что, – мысль действительно пришла мне в голову в последнюю секунду, – у меня есть еще одно пожелание. Я не вправе отдать вам подобный приказ, поэтому оставляю его выполнение на ваше усмотрение. Если по ходу… э-э… деятельности вам с Деором удастся добыть доказательства вины отдельных лиц в последних событиях, и особенно в смерти капитана Брауна, то не были бы вы так любезны… прикончить этих людей? Вы же, кажется, профессионал в подобных вопросах?

– Да, сэр. Будет исполнено, сэр, – ответил он с такой безмятежностью, словно я попросил отложить на часок-другой обед.