Тихая роща - Юлия Лим

1

Избушка несет ее к вожделенному замку. Уже ничего так не хочет Яга, как надеть лесную корону, покорить стены неприступного замка и оказаться в покоях Кощея. Чтобы он страстно любил ее и служил ей, как раб прислуживает своей госпоже.

– Избушка-избушка, – говорит Ягиня, – хочешь, я тебя сделаю своей помощницей?

Та в ответ скрипит ставнями и наклоняется, покачиваясь.

– Нет, я не об этом. Настоящей помощницей. Такой, которая не только ставнями поскрипывает, но и мысли изрекает.

В ответ Яге раздается блаженная тишина – избушка размышляет, двигая курьими ножками.

– Нет. Все же для тебя лучше оставаться такой, – говорит Ягиня, похлопав избу по подоконнику. – Когда мы уже прибудем к замку?

Вместо ответа Избушка перешагивает через высокий забор, минуя ворота с коршунами, и присаживается на корточки посреди двора. Ягиня выходит на крыльцо и босыми ногами ступает на черную иссохшую землю.

– Так-так-так, – говорит она, заприметив скелетов, прячущихся неподалеку. – Идите сюда. Живо! Теперь я ваша хозяйка.

Скелеты смотрят друг на друга и не двигаются. Яга закатывает глаза и прикладывает руку ко лбу.

– Я и забыла, что он приютил всех деревенщин в стенах замка. Здесь явно не хватает женской руки, – она манит скелетов пальцем и те, опутанные чарами, двигаются к ней. – Найдите мне Василису, – говорит Яга, – и принесите нож. Чем острее, тем лучше!

Скелеты отправляются в замок, а Яга оборачивается к Избушке. Та переминается с ножки на ножку и пыхтит дымом из трубы.

– Не бойся. Мы возьмем только то, что нам необходимо для ритуала, – Ягиня улыбается и ее улыбка в свете луны становится безумной. – Свежую кровь. Оно его любит, ты же знаешь.

2

Если бы меня спросили до поездки в лес, что может свести меня с ума, я бы ответила: холод, отсутствие чая или шерстяных носков – у меня порой слишком быстро мерзнут ноги. Но сейчас я бы ответила, что с ума меня может свести незнание и непонимание собственного предназначения.

Я – пятисотая невеста. Та, кто должна выйти замуж за Кощея и умереть, чтобы проклятие разрушилось. Но сейчас я лежу на дне и смотрю на едва пробивающийся сквозь воду лунный свет.

Меня обдурила Русалка. Украла ноги, чтобы «помочь» с проклятием. Но поможет ли она теперь? Что мне придется сделать, чтобы вернуться на поверхность и стать человеком?

«Для начала поднять свой рыбий зад и всплыть!» – гаркнула Наташка.

Она всегда срабатывала лучше любого будильника или сигнализации. Оттолкнувшись от дна, я заболтала хвостом, и тут же рухнула обратно. Попытка за попыткой возвращали меня к тому месту, на котором я только что лежала.

«Давай же, ты сможешь. Приложи чуть больше усилий!» – закрыв глаза, я сосредоточилась на звуках.

Здесь было так тихо и спокойно, что в какой-то момент меня стало убаюкивать. Мне не хотелось больше никаких приключений, путешествий или переживаний. На дне озера ничто мне не угрожало и никто не мог найти меня, пока я не захочу.

Громкое мяуканье донеслось с поверхности.

«Баюн?..»

Мяуканье повторилось. Я тряхнула головой, оттолкнулась от дна и поплыла вверх. Медленно, неуклюже, то и дело теряя высоту, я преодолела водный барьер, разделяющий меня и кота.

Когда я вырвалась наружу, то по привычке вдохнула полной грудью. Жабры обожгло. Я застонала и из горла вырвался громкий свист.

– Тая! – лапы Баюна появились рядом. Он схватил меня за волосы зубами и оттащил на берег.

Я могла только раскрывать рот, но кислород делал мне только хуже.

– Нечем… – с трудом произнесла я.

– Что, мур-р?

– Нечем…дышать!

– Этого я и боялся, мяу, – Баюн вновь схватил меня за волосы и подтащил к воде. Я забралась в нее и окунулась.