В надежных объятиях Смерти - Анна Пальцева

— Спасибо, — почесала я ее за ушком. — А теперь показывай, зачем ты это сделала.

Тьма со всей серьезностью в глазах пошла вперед, и через минуту я опустилась на колени перед пропастью, с отчаянием смотря на лестницу до которой было невозможно добраться.

— Почему?

Пустота села рядом и обвила меня хвостом за талию. Ее поддержка успокоила, но этого не хватало, чтобы унять чувство потери самого главного.

— Как такое возможно? Это же мой мир!?

Я недоуменно водила рукой, проверяя, что тут действительно отсутствует поверхность, и я не смогу добраться до своего потока. Эйфория стола сходить на нет, а мысли становились ясными. За все это время я впервые решила дотронуться до своего лица, и когда мои пальцы нащупали глубокие порезы, закричала со всей силы, чтобы выплеснуть накопившуюся злость.

— Заклинание все еще действует! Вот почему мне не доступен поток! Но, — я посмотрела на своих друзей, — почему я здесь и могу общаться с вами? И почему я все чувствую?

Волк уткнулся своим носом мне в шею, а пантера положила свою лапу мне на руку. После этого я почувствовала комплект, которым меня одарили дракон и орки. До встречи с гигантами я не могла попасть в свой мир да и не чувствовала все то, что сейчас мне было открыто.

«Значит ошейник блокирует заклинание темного мага? Но тогда зачем я оркам?»

Все перед глазами стало расплываться, а чувство полета опять возобновилось, только на этот раз оно было коротким. Когда я открыла глаза, надо мной склонилась орчиха-целитель и по-доброму улыбнулась.

— С возвращением, дочь Смерти.

Прибытие в реальность было медленным и тягучим, поэтому ее фразу я поняла не сразу. Во всем теле чувствовалась легкость, как будто Пустота все еще была со мной.

— Что происходит? — Сфокусировав на ней взгляд, хриплым голосом поинтересовалась у нее. Мне до сих пор казалось, что все происходящее это сон.

— Твое исцеление прошло хорошо.

Я подняла руку, которую сломала при падении, и с радостью отметила, что она здорова.

— Спасибо, — подарила ей благодарную улыбку.

— Рано еще говорить спасибо, — отмахнулась она, а я насторожилась. — Вот встретишься с шаманом, там будет видно.

— Зачем?

— Я не могу сказать тебе, все объяснит он.

Она положила на кровать рядом со мной длинную белую рубашку.

— Одевайся, я тебя подожду на улице.

Когда за ней закрылась дверь, я посмотрела в окно и удивилась.

«Ночь? Сколько же я проспала?»

Надевать рубашку не хотелось, уж сильно она смахивала на одежду, в которую облачают для жертвоприношения. Но другой в комнате не наблюдалось, поэтому пришлось унять фантазию и надеть этот сомнительный наряд. Дырка для хвоста отсутствовала, и ощущать себя в одной рубашке было некомфортно. Она была широкой и доходила мне до колен. Если я так появлюсь перед шаманом, то сгорю от стыда. Может он и орк, но мужчина, а фантазия мне враг, она обязательно будет подсовывать все возможные картинки для взрослых с участием этого шамана.

«Что за бред мне в голову лезет?»

Мотнув головой и топнув голой пяткой по деревянному полу, я решительно направилась к ожидающей меня женщине. Пока шла до выхода из дома, я ощущала себя дюймовочкой. Для орка этот дом, скорее всего, обычных размеров, но для меня он был огромен. Я удивлялась всему: высоким потолкам, гигантской мебели и огромной площади. Было такое ощущение, что увеличили не предметы, а уменьшили меня. Дубовую тяжелую дверь я открыла с трудом, навалившись на нее всем весом, поэтому на улицу я не вышла, а вывалилась. Ночной ветер встретил меня холодным порывом, заползая под рубашку. Кожа сразу покрылась мурашками, и я вздрогнула, переступая с пятки на пятку.

— Вот так будет теплее.

Мне на плечи опустился шерстяной плед.

— Иди за мной, все уже ждут тебя.

Орчиха большими шагами двинулась вперед. Босиком было очень неудобно ступать по дорожке — то и дело мне в ногу впивались камешки. Но возникнувший страх позволял этого не замечать. В доме орчиха говорила, что меня будет ждать только шаман, а теперь упомянула, что он уже не один.

«Может все-таки жертвоприношение?»

Мелкая дрожь сотрясала мое тело, а в голове вырисовывались сцены насилия, поэтому когда мы подошли к другому дому, который выглядел как церковь, я уже готова была закричать и спасаться бегством. Видя мой испуг, женщина обхватила меня за плечи своей ручищей, и с силой повела в дом. Тормозить голыми пятками было больно, но инстинкт самосохранения жил своей жизнью, заставляя меня сопротивляться. Как бы сильно я не старалась, орчиха без проблем довела меня до двери и впихнула в дом, отрезая путь отступления.

«Назад дороги нет!» — пропела я мысленно и стала в панике осматривать помещение.

Здесь царил полумрак, только несколько свечей освещали в конце зала того самого орка в причудливом зеленом балахоне. В зале стоял запах ладана, а по центру находилась пентаграмма, красные контуры которой шевелились, предавая этому месту поистине зловещий вид.

— Подойди ко мне, дитя Смерти.

После такой фразы, сказанной хриплым голосом, мои ноги только еще больше приросли к полу. Мне хотелось быть как можно дальше отсюда, и если в довесок сейчас бы заиграл орган, я вылетела бы от испуга, несмотря на массивную дверь.

«Я же говорю, моя фантазия — враг мой».

Орк сидел молча, поблескивая своими маленькими черными глазками. Подходить к нему желания не было никакого. Видимо через пять минут это ему надоело, и он стукнул посохом об пол. От громкого звука я подпрыгнула как ужаленная. Сердце стучало где-то в районе горла, отбивая барабанную дробь, а когда с двух сторон из темных углов вышли орки, оно рухнуло вниз и на мгновение перестало биться совсем. Наверное, лучше быть без чувств, чем вот так бояться всего.

Мужчины подхватили меня под локти и поволокли к шаману. Хотелось и смеяться и плакать над сложившейся ситуацией. Никогда не думала, что стану участницей подобного мероприятия.

Шаман вблизи выглядел устрашающе, и забавный зеленый балахон с вышивкой не спасал его чудовищный вид. Орки, которые подвели меня, ушли обратно и растворились в темноте.

— Назови свое имя, дочь Смерти.

Орк был уже в возрасте и его хриплый голос очень гармонировал с обстановкой в зале. Хриплый и усталый, он проникал прямиком в душу, выискивая все твои секреты.

— Инесса, — подстать ему, ответила я также хрипло.

Шаман окинул меня взглядом с ног до головы и остановил свой взор на лице.

— Твоя воля принадлежит магу, который осмелился пойти против дарующего ему жизнь.

— Вроде как, — протянула я.

Мне было трудно из-за страха воспринимать его слова.