Невеста по службе - Анна Батлук

— А это смотря как преподнести информацию.

— Шантаж не поможет, — предупредила я. — Удачные ставки вы сделали в первый день нашего общения, но козырей в колоде больше нет.

— О каком шантаже ты говоришь, Рэйя? — Роил мигом сбавил обороты, когда понял, что размолвка с принцем меня не пугает. — И мысли такой не было.

— Я рада. У меня к вам вопрос, — конфликтовать я не стала, решив, что майору открытое столкновение будет только на руку. — Заговор точно имеет место быть?

— Странный какой-то вопрос. Мне бы, конечно, хотелось, чтобы его не было, но сведениям разведки вполне можно доверять — принцу грозит опасность.

«Конечно, грозит», раздраженно подумала я. «Непонятно только с какой стороны».

— Если бы вы регулярно не напоминали о задании, мне и в голову не пришла бы мысль, что вокруг Его Высочества кружатся предатели. Может быть, дело в том, что общаюсь я только с невестами?

— Чего бы стоил заговор, если его так легко можно было раскрыть, — резонно заметил Роил. — Так что не время нам ругаться, враги не дремлют и все такое прочее. Ты же понимаешь.

— Да, да, — рассеянно согласилась я. — Простите, время закончилось.

Времени еще было предостаточно, но я постучала в дверь следующей девушки и предупредила ее о дармовых дополнительных минутах.

Первая из жертв — Саккора Мивз, жила в спальном районе Думара и прежде чем открыть дверь, долго рассматривала меня в глазок. Мужчинам рядом со мной она не удивилась.

Наверное, после произошедшего с ней несчастья, Саккора считала, что каждой девушке необходима охрана. В квартире, помимо потерпевшей находилась и ее мать, которая поздоровалась с нами и удалилась в соседнюю комнату. Принц, к слову сказать, опять был в гриме, поэтому мы не боялись, что женщины его узнают.

— Что вы хотели? — тихим голосом спросила Саккора, нервно натягивая на ладони рукава свитера и стараясь не смотреть на Максимилиана и охранника. Меня волной затопила жалость к этой девушке, жизнь которой сломалась из-за больных фантазий какого-то негодяя. Я видела ее фотографии до изнасилования, и могу сказать, что с этой испуганной мерзнущей девочкой, та бойкая красавица не имеет ничего общего. Время лечит, да, и, наверное, когда-нибудь Саккора оправится настолько, что сможет хотя бы разговаривать с лицами мужского пола, но прежней она уже не станет.

— Понимаю, что тебе тяжело, — стараясь говорить ровным голосом, начала я. — Но можно ли задать тебе несколько вопросов по поводу… — я взглянула на Максимилиана. — Преступления.

— Чего уж там, — девушка устремилась куда-то вдаль. — Сто раз рассказывала, еще один раз ситуацию не изменит. Ее ничто уже не изменит.

— Будь добра, — попросила я.

— Можно без особых подробностей? Я возвращалась с занятий…

— Каких? — влез Максимилиан. Саккора вздрогнула, а я ощутимо ткнула принца в бок.

Внутренне сжалась, ожидая, что охранник меня сейчас же скрутит, но он хмыкнул и сделал вид, будто ничего не заметил.

— История средового дизайна, — прошептала девушка. Глаза ее наполнились слезами. Я знала, что после произошедшего она боялась выходить из дома, и потому учебу ей пришлось оставить. — Было дополнительное задание для отстающих, и из-за того, что пропустила две лекции, пришлось его посетить.

— Продолжай, — мягко сказала я. Саккора кивнула.

— В парке возле дома меня кто-то окликнул. Не по имени, а просто позвал. Не помню как, но что-то наподобие «девушка», или «эй». Я обернулась, и кто-то к моему носу приложил тряпку. Я рассказывала уже… Дальше?

— Да, конечно. Чем тряпка пахла и какого размера была, я уже знаю.

— Очнулась я в полнейшей темноте, лежа на бревенчатом полу. У меня были связаны руки и щиколотки, а рот заклеен скотчем. Очень долго лежала так, потом отважилась перевернуться на живот, и… — Саккора закрыла глаза рукой. — Тогда он и появился. Сзади… Я в юбке была… Он поставил на колени, и…

Девушка всхлипнула, а я заторопилась ее оборвать.

— Саккора, дорогая, не возникло ли у тебя ощущения, что вы были не одни?

— Я никого не видела, темно было.

— Я помню. Но лично у тебя не было такого ощущения? Ничем, возможно, не подтвержденного.

— Я поняла, о чем вы говорите, — поежилась девушка и опять начала нервно растягивать рукава свитера. — Но я не прислушивалась ни к каким своим…ощущениям. Просто хотелось умереть, или отрубить те части тела, к которым прикасалась эта мразь. Но знаете, наверное, если бы раздавались какие-то шорохи, или кашель, я бы обратила внимание.

В пользу версии о маньяках, действующих в паре, не было фактов. Не знаю, отчего мне казалось, что именно сейчас, при очередном допросе жертва вспомнит какие-то дополнительные подробности, но неудача вызвала нехилую досаду.

Мы уже уходили, мирно закончив разговор, как вдруг, провожая нас, Саккора сказала:

— Мне снятся сны.

— Об изнасиловании? Так бывает, Саккора. Наверное, нужно обратиться к психологу, он поможет.

— Не совсем, — девушка задумалась. — Мне не снится сам процесс, я бы, наверное, умерла, пережив такое еще раз, хоть и не взаправду. В снах я убегаю из этого дома.

— Это тоже сможет объяснить специалист. Что-то типа защиты твоего сознания от стрессовой ситуации.

— Странная какая-то защита, — девушка сморщилась, пытаясь остановить непрошеные слезы. — Мне снится, что в этом доме и другие девушки — я сбежала, а они остались. Вы понимаете? Их никто не спасет! — Саккора зарыдала, исторгая из себя ужасные вопли.

Подоспевшая мать недовольно взглянула на нас и увела дочь в комнату. Мы захлопнули за собой дверь и спустились по лестнице к машине.

— Базрад, — обратился принц к охраннику, который был с нами в квартире. — К следующей жертве ты с нами не пойдешь. Для стресса пострадавшим девушкам достаточно и одного мужчины.

— Базрад? — напряглась я. — А разве не Марк?

У входа в подъезд нас ожидали оставшиеся братья-охранники и, услышав мой вопрос, они громко расхохотались. Я переводила недоумевающий взгляд с одного мужчины на другого и не понимала в чем дело.

— Развлекаются они так, — пояснил улыбающийся принц. — Знают, что их никто не различает, вот и называются чужим именем каждый раз, когда кому-то придет в голову поинтересоваться.

— А ты, значит, различаешь?

— Приходится, — Максимилиан пожал плечами. — За столько лет уже привык.

— Дурацкие развлечения, — недовольно прошипела я. — Детский сад.

Дулась я недолго — принц поразительно мило умел просить прощения. Но настроение мне это подняло ненадолго. До обеда мы успели переговорить с еще двумя девушками, но и они не смогли к своим прошлым показаниям добавить ничего нового. Даже снами, в отличие от Саккоры, не поделились.