Наруто: Темная Заря. - С

— Даже если показанный уровень – лишь клочок вашей настоящей мощи, способной затмить биджу, это уже не имеет значения. Ваша сила опасна и вас будут подавлять разными способами, начиная с попыток убийства, заканчивая давлением на ваших людей. Я бы поступил также, вы слишком опасны. Но я буду глуп, если не воспользуюсь сложившейся ситуацией. Может мои суждения поспешны, но вам больше не нужна «воля», вам нужна «уверенность». Мир шиноби не стабилен, мы воевали до и будем воевать после. Всегда. Сотрудничество с гакуре не обезопасит вас, но на одну деревню меньше будет врагов. Здесь, за нашими стенами, нашими барьерами, ваши ученики смогут обрести покой и благополучие, Коноха развивается гораздо лучше других деревень. Мы одна из крупнейших экономических точек мира шиноби. Я предлагаю вам место моего личного советника и секретаря. Вы больше не сможете покидать деревню, вам не придется брать учеников и исполнять рядовые обязанности шиноби, но вам придется стать частью бюрократического аппарата нашей деревни и исполнять возложенные на вас обязанности. Ваша власть и ваше слово будет пропорционально равно моему, не смотря, что вы не являетесь Тенью, вы сильнейший человек нашей деревни. Передать пост Хокаге вам я не имею права и возможности. Вы родились за пределами нашего дома, только поэтому и все. Множество мелких причин могут быть закрыты вашей славой и показанной самоотверженностью. Говоря откровенно, вас бы никто не допустил до структур власти из-за вашего происхождения. Простите за грубость.

Роан внимательно вслушивалась во все его слова. И без толики стеснения удивлялась, иной раз не понимая порыва откровения, хлопала глазами. Без шуток и увиливания, главный советник обладал той же властью, что и Хокаге. Поэтому при Хашираме главным советником был Тобирама и поэтому при Хирузене был только совет советников, что в будущем будут советом старейшин. Советник не мог издавать законы, как и Хокаге, но он мог их утверждать, вносить на рассмотрение и командовать личным составом. Советник не имел власти над личным отрядом Хокаге, но над всеми остальными АНБУ – да. Это была невероятная позиция, которой хотели добиться тысячи людей в деревне. Проще говоря, Сарутоби предлагал ей реальную власть. Не почет и привилегии обличенные в титул главы новообразованного клана. Не обременяющие обязанности командующего отряда АНБУ и другое. Власть. Если она прикажет, то всякий шиноби обязан будет подчиняться, если нет, то это трибунал, а в большинстве своем – казнь на месте, ибо это измена. Роан получит в свои руки невиданные полномочия, но в тоже время что есть у Сарутоби, как сдерживающий фактора? Ее ученики? Слабо, очень слабо.

— Ваше предложение обескураживающее.

Роан немного подалась назад, Сарутоби понимая грубость своего напора, налил еще саке в свою пиалу, подлив также и остальным. Опрокинув стопку, он тяжело вздохнул.

— В деревне не так все тихо, как может то казаться. На мое место претендуют разные люди, более достойные или нет, я не могу судить, ибо субъективен. Но в них я вижу жадность, обычную жажду власти. Будь то Учихи, Хьюга, Узумаки или Сенджу. Каждый из них считает, что достоин этой власти, забывая о том, что Хокаге – это защитник, тот кто должен ценой своей жизни, не просто как риска смерти, а трудом и усердием, работой, защищать деревню. Я лукав. Понимаю. Вашей тенью, я навсегда отведу от себя риск низвержения. И вы ведь можете предать. Но… Можете считать это моей глупостью. В отличии от остальных и моих друзей, в ваших глазах нет маниакального блеска, жадности и жажды. Либо вы давно удовлетворили свои потребности и обрели смирение, либо постигли суть. Я не знаю вас и вашей жизни, в противной ситуации данного не предложил. Ваша персона слишком влиятельна для нашей деревни и мира. Я хочу сделать правильный выбор.

Слова Сарутоби были наполнены остатком юношеской надежды на лучшее. Это не просто сухой прагматизм, это надежда и вера. То чем отличался Хирузен от своего предшественника и после своего потомка. Непоколебимая Воля Огня, коей не обладали никто, даже настоящий Наруто. Хирузен понимал свою истинную функцию в этой системе и добросовестно исполнял обязанности, не витая в облаках мечтаний, каким был Седьмой.

— Не могу сказать, что я уняла свои желания, не скажу, что довольна работой в канцелярии и то, что я рада «чести» или же власти. Вы же знаете, если захочу – это будет моим при любом раскладе. Сила в мире шиноби – основа. Но вы во многом правы. Я не желаю бегать по миру ища пристанище, не хочу выгрызать клок земли для жизни массовой бойней и бесконечным параноидальным геноцидом. По мне не скажешь, но в некотором роде я сведуща в делах бюрократии. Я приму ваше предложение и буду добросовестно исполнять свои обязанности, если вы мне поможете.

Слова Роан не внушали доверия и тем более не делали Сарутоби радостным от ее соглашения. Иначе быть могло, маловероятно и даже не это было угрозой. Ее не было, просто это самый рациональный, прагматичный и мирный способ сосуществования. Он не обыграл ее, просто сделал так, как то надо было.

— Надеюсь я в силах исполнить вашу просьбу.

Хирузен напряженно сглотнул, ожидая слов Роан.

— Моя ученица Лиза родила сына. Сарех… его хотят забрать в Узу. Я этого не хочу, не говоря про Лизу и Вулкана. Есть ли шанс бескровным методом оставить ребенка в деревне.

Слова Роан были холодны, но с небольшим оттенком беспокойства. Сарутоби усмехнулся при слове «бескровный», это говорило само за себя. Она не отдаст дитя ни при каких условиях. И слава Ками, что Хирузен знал череду бюрократических уловок, что дадут ей желаемого. Сареха Узумаки не получат. Да и помимо чисто бумажной волокиты, Хирузен знает, как достучаться до самого закрытого правительства в мире. У него много связей, а с тенью Роан, и возможностей больше.

Сколько бы не были Узумаки упрямы, уверен, что старик Ашина не станет жертвовать миром и спокойствием деревни из-за одного «особого» ребенка. Странно, что они захотели вернуть дитя в деревню, клан Узумаки спокойно и вальяжно живет в Конохе. Значит в нем есть нечто более особенное. Впрочем, либо гора над головой зависнет, либо Узумаки придется оставить дитя в Конохе.

Мысли Сарутоби проносились быстро и встраивались в логичную схему. Но ему все же требовалось несколько шагов назад от Роан.