Хроники Ехо - Макс Фрай

– Вообще-то почти утро… Да что с тобой?

Он глядел на меня со смесью ужаса и отчаянной готовности иметь с ним дело – если уж так сложилось, что иного выхода нет. Так юные ученики чародеев смотрят на снующих по учительскому дому демонов, а молодые матери – на изгваздавшихся в собственном дерьме младенцев. Я уже знал, что сэр Шурф, невзирая на внешнюю невозмутимость, вполне способен испытывать душевные потрясения. Но впервые видел, что они могут столь явственно отражаться на его лице.

– Не надо так переживать, – поспешно сказал я. – Ну подумаешь – утро. Ты опять зачитался, с кем не бывает. Плюнь.

Он поднял руку, коснулся моего лица и нахмурился.

– Ничего не понимаю. Ты, похоже, цел. Тогда откуда кровь?

– Нос расквасил, когда просыпался, – отмахнулся я. – Джуффин уже меня починил, но поставил условие: полчаса не умываться. Исключительно ради его удовольствия. Дескать, следы крови отлично сочетаются с костюмом. А потом я, конечно, забыл…

– При всем уважении к сэру Джуффину вынужден заметить, что следы крови на лице совершенно не сочетаются с этой экзотической одеждой, – строго сказал сэр Шурф. – Тут нужно что-то другое. Возможно, маска? – он задумался и наконец решил: – Нет, маска тоже не подойдет. Лицо определенно должно быть открыто. А вот с прической имеет смысл поработать. Тут напрашивается что-то в старошимарском стиле. Впрочем, можно просто замотать голову шалью, как принято, скажем, у жителей укумбийского архипелага.

Тоже мне, стилист выискался.

– В следующий раз, когда соберешься встречаться со мной, – неожиданно заключил сэр Шурф, – имей в виду, что мне в достаточной мере безразлично, как ты одет и причесан. Однако очень желательно, чтобы твой облик не свидетельствовал о тяжелом ранении или увечье – речь, разумеется, о тех случаях, когда ты на самом деле здоров и не нуждаешься в помощи знахаря. Следует щадить чувства людей, для которых твое благополучие – обязательное условие душевного равновесия.

– Ох.

Переварить эту информацию было непросто. Внезапно выяснив, что мое благополучие – обязательное условие душевного равновесия сэра Шурфа Лонли-Локли, впору навсегда запереться в спальне, да еще и стены там одеялами обить, как в Приюте Безумных. Чтобы уж наверняка никогда ни от чего не пострадать. Очень велика ответственность.

– Извини, – наконец сказал я. – Действительно, дурак, что забыл умыться. И переодеться заодно. Столько всего случилось за эту ночь, я разве только имя свое не забыл, но к тому шло. И вдруг вспомнил, что у меня еще и голодный ты в подвале припрятан. Ну и побежал… Кстати, ни за что не угадаешь, как долго я искал кухню в собственном доме!

– Зная планировку Мохнатого Дома и тебя, готов предположить, что около четверти часа.

Вот же черт. Угадал.

Вообще-то я ждал, что сэр Шурф, услышав: «столько всего случилось за эту ночь», – примется меня расспрашивать. В своей обычной сдержанной манере, но все же поинтересуется, что стряслось. Однако он, похоже, пропустил эти слова мимо ушей.

– Новости тебя, как я понимаю, не интересуют, – наконец вздохнул я. – Ладно, дело хозяйское.

– Новости – твои и вообще все – заинтересуют меня дня через три-четыре. Максимум пять. То есть, если тебе нужна моя помощь или совет, говори сейчас. Однако если от меня ничего не требуется, будь милосерден, отложи новости на потом.

– Конечно, – улыбнулся я. – Потерплю как-нибудь. Но слушай, неужели ты рассчитываешь прочитать все содержимое Незримой Библиотеки за три дня? Ну, или за пять. От тебя, конечно, можно ждать чего угодно, но – немыслимо же!

– Все, к сожалению, вряд ли. Тем не менее… – он умолк, подумал и решительно сказал: – В любом случае, сэр Джуффин отпустил меня максимум на полдюжины дней. И один из них, как я понимаю, уже завершился.

– А тут еще я со своими новостями и окровавленной рожей. Прости. Больше не стану тебе мешать. Даже читать сюда не приду, подожду, пока твой отпуск закончится. Буду дважды в день тихо оставлять еду в подвале, и все.

– Я уже говорил, что даже не замечу ее отсутствия. Но поскольку я сам на твоем месте тоже заботился бы о пропитании гостя, отговаривать не стану. Однако поверь, дважды в день – это действительно лишнее. Одного раза более чем достаточно.

– Как скажешь, – кивнул я.

А про себя подумал: ладно, просто буду приносить вдвое больше.

О моем коварстве впору слагать легенды.

День, как я понимаю, сам был шокирован столь бурным своим началом. И вел себя тише воды ниже травы. В смысле, никто не приставал ко мне с глупостями. Красивые женщины больше не душили меня в страстных объятиях. Сэр Джуффин не изъявил желания позавтракать со мной с утра пораньше. Сэр Кофа не позвал меня обедать, чтобы еще раз обсудить выдачу преступницы. Даже мой пес не лез с требованиями немедленно отправиться на прогулку, а кошки проявляли свой буйный нрав и неукротимый темперамент на максимально безопасном расстоянии от моей спальни. В результате мне наконец удалось выспаться. И уж я наверстал упущенное.

Когда я открыл глаза, за окном снова синели сумерки, на сей раз вечерние. Я, впрочем, имел наглость перевернуться на другой бок и продрыхнуть еще полчаса, до полной и окончательной победы тьмы над светом. И только тогда предпринял первую попытку воспрянуть гордым духом и возвыситься над одеялом. А после нее – вторую. Но успешной, как это обычно случается в сказках, оказалась только третья.

Дальше тоже все было как в сказке. То есть я преспокойно умылся, тщательно оделся, в полном одиночестве выпил кружку камры и вышел из дома со смутным, но несгибаемым намерением кого-нибудь съесть. И лишь после этого сэр Джуффин Халли изволил прислать мне зов. Ни минутой раньше. Всегда бы так.

«Только попробуй заявить, что я снова тебя разбудил», – сказал он.

«На этот раз я проснулся совершенно самостоятельно. Примерно час назад, если вам интересно».

«Избавь меня от столь шокирующих откровений. Есть вещи, о которых мне лучше не знать. Например, что некоторые люди позволяют себе так долго дрыхнуть, в то время как горемычный я вынужден скитаться по их дурацким сновидениям и ловить там всяких вздорных девиц».

«Все получилось?» – встрепенулся я.

«Я, сэр Макс, даже не знаю, что с тобой делать. С одной стороны, терзать тебя Безмолвной речью – хорошее, полезное злодейство. С другой – я очень хочу жрать, да и ты, как я понимаю, еще не завтракал. Следовательно, у нас есть общие интересы, и дурак бы я был, если бы не заключил с тобой временный союз».

«То есть приходить в «Обжору»?» – сообразил я.

«Не приходить, а прибегать. Лететь, как снаряд, выпущенный из бабума».

Некоторые приказы начальства исполнять – одно удовольствие.

– Все получилось? – снова спросил я, теперь уже вслух, ворвавшись в обеденный зал «Обжоры Бунбы», заполненный по случаю наступления вечера.