Золушки в опасности - Лесса Каури

Он растерянно замолчал. Потому что архимагистр растворилась в воздухе.

* * *

Лежать спиной на ледяном камне было неуютно, и Вита пошевелилась.

– Вита, Вита, очнись!

Голос Яго доносился издалека, словно ласурец заплутал в белом тумане и никак не мог найти дорогу обратно. Волшебница открыла глаза и увидела спутников, склонившихся над ней с взволнованными лицами.

– Слава Пресветлой, очнулась! – воскликнул Грой, а рю Воронн приподнял ее с земли и прижал к себе.

– Что… что произошло? – прошептала она, чувствуя, как еще царапают пересохшее горло слова из видения.

– Вита казалась мертвой, – грустно сообщил Вырвилот. – Мы волновались!

– Что с тобой? – во всегда спокойном голосе Яго прорвались нешуточные эмоции. – Ты дотронулась до камня, вскрикнула и упала.

Вителья дрожащей рукой коснулась лба. Видение запечатлелось в памяти так ярко, что будь она художником, нарисовала бы картину: белая гора с обугленным сердцем, истекшее кровью безжизненное тело и маг, в чьих руках ярится злой синий огонь. Однако увиденное было настолько… неоднозначным, что ей следовало подумать, кому рассказать о нем и рассказывать ли вообще.

– Я ничего не помню, – тихо сказала она. – Кажется, именно здесь и произошел магический катаклизм, из-за которого вся местность лишилась Силы. А мне повезло наткнуться на какую-то остаточную линию.

– Вот уж повезло, так повезло… – проворчала Тори. – Ты нас знатно напугала, уважаемая Вителья!

Волшебница посмотрела на Яго и поняла, что он ей не верит. Губ ласурца коснулась нежная улыбка – он не верил, но предоставлял своей женщине право выбора. Не осознавая, что делает, Вита потянулась к нему и поцеловала.

– Нашли время, – фыркнул Вирош, отходя. – Надо же, какой туман! Чистое молоко!

– Ничего мы отсюда не увидим, – грустно сказала Тори, – а так хотелось…

– Какого Аркаеша вы тут делаете? – вдруг прозвучал голос, куда более холодный, чем камень, с которого Яго помог Вите подняться.

Все обернулись.

Архимагистр Никорин парила в воздухе над краем пропасти. Туман тщился, но не мог дотронуться до нее.

– Мы заблудились, Ваше Могущество… – поклонилась ей Торусилья.

– Попали в осеннюю бурю, – уточнил Ягорай.

– Воспользовались возвышенностью, чтобы посмотреть, в какой стороне тракт, – конкретизировал Дробуш.

– Ясно.

Ники ступила на край и подошла к ним. Тут только они поняли, что выглядит архимагистр так, словно только что покинула клетку с тиграми, сброшенную с обрыва. Зрелище было настолько необычным, что все застыли, не в силах вымолвить ни слова.

– Э-э-э… Как там дела? – наконец, нашелся Вырвиглот.

Ники изломала тонкую бровь и ответила:

– Ничего так. Но вы нужны мне в Вишенроге. Немедленно.

По приказу Ее Могущества все спустились к стоянке за оставшимися там спутниками.

– Вещи бросить, – распорядилась Никорин, – с собой берете только оружие.

– Что случи…? – заикнулся было Грой, но она окатила его таким холодом лазоревых глаз, что он замолчал, и процедила:

– Сейчас сами все увидите…

Повинуясь движению ее руки, воздух свился в зеркальную раму портала. На той стороне показалась заржавленная калитка, за которой царила темнота.

– Фу! – скривилась Тариша, зажав нос. – Чем это пахнет?

– По-моему, ответ очевиден, – буркнул Вирош и первым шагнул за Никорин, ушедшей в портал.

– Пахнет очистными сооружениями, – пояснил Дробуш на недоуменный взгляд Альперта.

– «Очистные сооружения» – как звучит, да, сеструха? – воскликнула Тори, прыгая в портал. – Неужели мы с вершины горы попадем, наконец, под землю?

– Сейчас и посмотрим, – ухмыльнулась старшая рубака, привычно помахивая боевыми топорами.

– Вита, подойди, – приказала Никорин.

Волшебница подошла и Ники протянула ей раскрытую ладонь, на которой плясала… маленькая красная корона.

– Это визуализация привязана к портальному перстню наследника Ласурского престола, – пояснила архимагистр, – я создала ее для тебя – так будет легче найти Его Высочество в этих вонючих лабиринтах…

– И что Его Высочество делает в «вонючих лабиринтах»? – заинтересовался Грой.

– Принц ищет свою жену, – глядя на Виту и не обращая на оборотня внимания, продолжила Ники, – но он еще не знает, что Бруни в безопасности во дворце, и у нее начались роды. Твоя задача, Вителья, найти его, сообщить необходимую информацию и вывести наружу с минимальными потерями, желательно прямо во дворец – мэтр Квасин уже предупрежден, он тебя пропустит, если ты решишь открыть портал. Думаю, говорить о том, что за жизнь Его Высочества Аркея вы все отвечаете головой, не стоит?

– Не стоит, – согласился рю Воронн, потянув меч из ножен. В его черных глазах плескалась тьма, словно не было Белой горы, накрытой молочным туманом, будто саваном, и не существовало клыкастой смерти, притаившейся в хитросплетениях подземного лабиринта. – Но у Его Высочества есть портальный перстень, который он мог бы…

– Не мог бы! – прищурилась Никорин. – Принц никогда не оставит свой полк, а перстень на такое количество людей не рассчитан.

Вита кивнула. В крови уже танцевали обжигающие пузырьки азарта, приглушая впечатление от видения о несостоявшемся конце света.

– А почему вы сами не можете вывести Его Высочество? – заалев щеками, спросил Попус.

– Потому что Его Величество Ласурский король при смерти, – отчеканила архимагистр. – Разорваться между ним и наследником я не могу, – она посмотрела на Виту: – Будь на связи! – и исчезла.

– Милосердные братья Его Величеству Редьярду здоровья и сил пошлите! – ахнула Торусилья.

– Не время молиться, уважаемая Тори, время убивать! – по-волчьи усмехнулся Ягорай и толкнул калитку. – Вита, веди. Аль, нам нужен свет, много света.

– Есть! – совсем по-военному ответил маг, зашептал заклинание и выпустил из горсти магических светляков, взлетевших под потолок и осветивших бесконечные коридоры Вишенрогской канализации.

* * *

Лиф платья Ее Высочества Бруни мэтру Жужину пришлось разрезать – не было времени облачить принцессу, поступившую к нему в покои прямо из Золотой башни, в одежды, подобающие царственной роженице. Сейчас, между раздвинутыми половинками лифа, на пышной груди принцессы сладко сопел младенец, чью головку украшали густые темные волосы.

– Вылитый Его Высочество Аркей в детстве, – вытирала слезы герцогиня рю Воронн и как заведенная гладила принцессу по плечу, – и волосики, и носик, и ротик… Интересно, чьи будут глазки?

– Или мамины, или папины! – важно кивнула матрона Вистун. – Мне кажется, нам пора выпить!