Наследница долины Туманов - Мария Лунёва

Мы переходили из одного помещения в другое. Кругом наблюдалась одна и та же картина.

Грязь, плесень и запущение.

Я понимала, что вина лежит целиком и полностью на мне. Мояла всего лишь вдова прошлого князя, которой позволено было на правах любовницы остаться в доме. А вот заниматься состоянием замка должна была я.

Вот только в некоторых комнатах я не была еще с детства. Я не могла ответить на элементарные вопросы о назначения того или иного помещения. Ориентировалась по памяти, но всё же пара комнат поставили меня в тупик и я вынуждена была признаться, что понятия не имею, как используется малый холл в правом крыле и где в нашем доме библиотека.

После того, как со мной произошёл тот случай, сделавший меня калекой. все учителя были распущены. Я едва умела читать и писать, знала географию и историю нашего княжества и на этом всё.

Я даже сомневалась, а есть ли ещё она – эта библиотека.

Мне было так стыдно, когда Каил открыл очередную дверь на втором этаже и, криво усмехнувшись, завёз меня внутрь довольно просторного помещения. Всюду в ряды стояли высокие стеллажи из светлого дерева. Кое-где на полу валялись почерневшие и изъеденные крысами и плесенью книги.

– Мда, – Каил обошёл меня и прошёлся до центра библиотеки, – читать у вас явно не любили.

Покраснев от стыда, я опустила взгляд на пол. Да, я не любила читать. Наверное, потому что у меня и книг-то никогда не было. Помню, сказки мама читала. Но…

Да, чего уж там. Тёмная я и необразованная.

– Это нужно исправлять, единственная моя, – Каил обвёл пространство рукой. – Это не замок. Это свинарник!

Покраснев ещё больше, я сжала ткань покрывала в ладонях.

– Кто у вас отвечает за уборку в доме? – я не смотрела на мужчину, но чувствовала, что его взгляд прожигает во мне дыры.

– Амэлла?

– Я, – мой голос звучал тихо, но эхо разнесло его по помещению.

– Что ты? – уточнил Каил.

– Я отвечаю за уборку и порядок в замке, – облизав пересохшие губы, добавила: – это я привела всё в такое запущение.

– Хм, – я чётко услышала глухой звук его шагов. Подойдя вплотную к моему креслу, северянин присел и взял мои ладони в свои.

– Амэлла, как ты могла следить за уборкой, если ты даже не в состоянии подняться на второй этаж самостоятельно? Ты выгораживаешь сейчас Моялу? Так?

Я покачала головой.

– Нет, – я, наконец, осмелилась взглянуть на него. – Хозяйка замка Охрил я и за работу прислуги отвечаю тоже я. Это моя вина, что всё пришло в запущение.

Его ладони сильнее сжали мои.

Каил молчал, я же осматривала помещение.

Так гадко давно себя не ощущала. Я всегда полагала, что наш замок должным образом убирается. Что везде чистота и порядок. А выходит, всё и рады, что хозяйка калека: убирают те коридоры. где я проезжаю, и хорошо.

А Мояла? Разве она не видела? Почему не сказала?

А няня?

Такая обида меня взяла. Знали и молчали. А с другой стороны, каждая вторая наша горничная была любовницей Хумъяра, и нанималась в этот дом не для того, чтобы пыль со штор трясти.

– Нужно уволить прислугу и нанять новую. Ты ведь не станешь с этим спорить? – голос Каила звучал уверенно, но мягко. Словно он с ребёнком разговаривал.

– Я прекрасно вижу, что запустила замок, – выдавила я из себя, – и понимаю, что нужно менять людей. Только поваров не трогай.

– Нет, к ним у меня претензий нет. Меня не устраивают только горничные, – Каил на мгновение умолк и посмотрел куда-то мне за спину, – и ещё няня твоя, – пробормотал он тише. – Мне придётся поставить её на место. Она слишком дерзка.

– Не тронь её, я прошу, – взмолилась я, – она просто старый человек многое переживший. Я поговорю с ней, и объясню, что она ведёт себя ужасным образом.

– Она так дорога тебе?

– Она будто бабушка родная, – пролепетала я, стесняясь своей откровенности. – Когда мамы не стало, она заменила мне её. Она и Мояла помогли не сойти с ума от боли первое время. Потом учили сидеть, придумывали для меня это кресло.

Разминали ноги, чтобы вернуть чувствительность. Я прошу, Каил, не трогай её. Я всё улажу.

Протянув руку, мужчина легонько погладил меня по щеке.

– Ладно, если эта карга столь бесценна, пусть и дальше отравляет моё существование.

– Она больше не будет, правда, – выдохнула я.

– Да, туман с ней, но остальные работники этого дома сегодня уйдут, а вместо них завтра с утра прибудут другие. Я велел привести из ближайших деревень всех желающих получить должность.

– И как ты будешь отбирать девушек? – мой голос сорвался, а перед глазами встала картина из прошлого, когда на второй день после нашей с Хумьяром свадьбы, сюда приехали шесть телег, на которых восседали первые красавицы княжества и не меньше. Многие из них потом согревали постель моего супруга. Перед ними он выставлял меня уродливым монстром, недоженщиной. Они брали с него пример и плевали мне в лицо, высмеивая мои приказы.