Строитель - Роман Пастырь

В конце января, как мы и планировали, была организована встреча с китайским одаренным мастером.

Встреча эта сложна по многим причинам. Основная — непонятно, чего ждать и как себя вести. Те инструкции, которые мне дали, сводились к: секретов не выдавай, попробуй наладить отношения и узнать что-нибудь полезное.

Китайцы, а точнее, всё азиатское направление со всеми странами и кланами, не являлись нашими союзниками. Как-то так исторически сложилось. А возможно, и специально сформировалось. У них свои проблемы, у российских князей свои, до объявления войны не доходило, но и развить отношения не получалось. В последние годы наметилась тенденция к улучшению. Во многом благодаря тому, что организация обломалась с нами, перестала вставлять палки в колёса, российская власть окрепла, решила многие внутренние конфликты, и у неё появились силы, чтобы приглядеться к соседям.

Проект по стационарным порталам — это как раз один из шагов по налаживанию отношений. Мне прислали подробный доклад, и в нём говорилось, что торговля сейчас между нами и Азией неоживленная. Порталы же это исправят. А там, где торговля, там и деньги, и развитие отношений, и новые причины дружить.

Это было первой частью головоломки. Вторая выяснилась на острове — об Азии мало что известно. Это при том, что даже мы с Катей туда заскакивали во время свадебного путешествия. То есть какой-то туризм есть, контакты между аристократией присутствует, но вот их внутренний мир остаётся за занавесом. Отсюда и сложности в прогнозировании. Возможно, Хан далеко не единственный одарённый, у них есть своя школа, способная в ближайшие годы воспроизвести технологию стационарных порталов, особенно если у них будет перед глазами образец. И вот тут возникала дилемма. Стоит ли в этом случае способствовать чужому развитию?

Порталы и технологии пространства — это ведь не шутки. На их основе и оружие можно сделать. Я этим не занимаюсь, не потому, что возможность отсутствует, а потому, что лишнее это. Но я — это я, а как поведут себя другие, предсказать невозможно.

Для китайского мастера открыли проход прямо на мои новые земли. Для встречи специальное помещение приготовил. Встроил в стены всевозможные печати. Также озаботился о защите и обманках. Даже если мастер увидит что-то, это ему не поможет. Ну, или наоборот, запутает.

В точно означенное время по маяку наш ходок открыл проход для мастера. У китайцев не нашлось никого, кто бы мог прыгнуть так далеко, ну, или они не захотели его святить. На той стороне я увидел мужчину, который сначала осмотрелся, а потом перешёл ко мне.

— Господин Эдгард? — окинул он меня взглядом и спросил на чистом английском. — Рад знакомству.

— А вы… кхм… мастер?

— Он самый, — улыбнулся гость.

В чем азиатскому «коллеге» не откажешь, так это в уровне паранойи. Он потребовал, чтобы встреча была только со мной, без лишних глаз, съёмки, меток и всего прочего. Также переговорщики не назвали имя мастера, поэтому я и обратился к нему так.

Моё же удивление было связано с тем, что сюда заглянул молодой в общем-то мужчина, максимум лет сорока. И я не скажу, что он классический азиат. По крайней мере, все те китайцы, которых я видел, выглядели несколько иначе. Общие черты прослеживаются, но кровь явно смешанная.

— Удивлены? — разгадал он мою реакцию. — Если не секрет, кого ожидали увидеть?

— Кого-то постарше и чуть другой внешности. Почему-то воображение рисовало вас с седой бородой.

— Сколько живу, никак не могу понять, откуда взялись эти стереотипы. Наверное, вас смутил титул мастера.

— Наверное.

На самом деле меня многое смущает, но, чувствую, об этом мы ещё успеем поговорить.

— Наша встреча, — сказал я, — планировалась сугубо деловой, на закрытой территории. Как видите, здесь скупая обстановка, но я подготовил стол, стулья и, как меня заверили, очень хороший чай.

— Чай — это тоже стереотип. Но отказываться не буду. В моём случае стереотип соответствует действительности.

Некоторое время потратили на то, чтобы сесть и заварить чай. Молчали минут пять, обдумывая то, что увидели. Ну, лично я не знаю, о чём там мастер думал. Я же осмысливал открывшиеся факты.

— Так уж вышло, — взял он слово первым, — что мне многое о вас известно. Сами понимаете, ваш случай нас очень заинтересовал и были брошены многие силы на сбор информации.

— Понимаю.

Про то, что наша сторона информации мало собрала и я ровным счётом ничего не знаю про мужчину, промолчал. Родиону потом выскажу, а он уже пусть Антону Филинову передаст.

— Если говорить откровенно, информацию о вас собрать было одновременно и трудно, и легко.

— Поясните.

— Конечно, — взял он чашку и понюхал напиток. — Если когда-нибудь прибудете ко мне в гости, покажу, как заваривают настоящий чай. Я под это дело создал несколько артефактов.

Говорил он свободно и открыто, но тут и дураку понятно, что беседа тщательно продумана заранее. В этом ещё одна сложность встречи. Этот мужчина знал, к кому идёт. А я нет. Поэтому мне на ходу приходилось его изучать, собирать информацию, анализировать и просчитывать каждое слово. Не удивлюсь, если он это учёл и, чтобы наладить отношения, выбрал открытый формат беседы.

— Всё может быть, — ответил я аккуратно, на что он улыбнулся и всё же попробовал напиток.

— Знаете, вполне сносно. Вас не обманули. Чай и правда хорош.

Я тоже сделал пару глотков и дождался, когда он пояснит свои слова.