Девять. Отбор по моим правилам - Екатерина Романова

– По-моему, мои желания очевидны.

Слишком уж очевидны.

– Но мы поговорим о вас. Чего вы желаете, Рейна? – устало проговорил император.

От его лица неожиданно отлила краска. Кожа будто посерела, под глазами отчетливо проступили серые круги. Что-то не так! Сначала дрожь в голосе, теперь это…

– Я могу загадать абсолютно любое желание, и вы его исполните? Без вопросов и торга?

– Любое, не касающееся политики и не нарушающее права и свободы других, – откинувшись на спинку дивана, произнес император.

– Вы серьезно ограничили мой выбор.

– Другим участницам не приходилось ставить рамки.

– Чего же удивительного. Вы встречались с двадцатью девушками. На все про все у вас ушло чуть меньше, чем полдня. Не нужно быть большого ума, чтобы понять – с вас просили поцелуй. И скольких вы поцеловали?

Он смотрел на меня не мигая и произнес ледяным тоном:

– Всех.

Вот же ж… Хотелось бы ошибиться.

– Мне остается только поражаться вашей способности быть с теми, к кому не испытываете чувств.

– Давайте поговорим о вашем желании.

– Очевидно, что это не поцелуй.

На лбу императора залегла морщина. Он бы согласился на поцелуй, лишь бы поскорее покончить с обязательствами. Или… промелькнувшая догадка заставила остановиться.

– Когда вы спали?

Император отвернулся и посмотрел в окно. Легкие занавески колыхались на ветру, открывая картину бескрайнего звездного неба. Усталый взгляд его величества словно проходил сквозь время. Мы вдвоем, но при этом я одна. И случилось это внезапно. Так действуют только яды или сильнейшие проклятья. Но это же император! Полностихиец!

– Когда вы в последний раз спали? – повторила настойчиво.

– Не помню, – по мне мазнули коротким взглядом. – Мы говорим о ваших желаниях.

– Может, мои желания связаны с вами! – заявила преувеличенно бодро и взяла мужчину за руки, заставляя подняться. Раз сам не признается, будем действовать по старинке.

Прильнула к его величеству, бесцеремонно провела ладонями по его груди и животу. Он с интересом наблюдал за моими действиями, но не препятствовал. Не скрою, я получала удовольствие, но волнение плескалось во мне сильнее.

– Что вы делаете?

– Не нравится? – наглая улыбка, а руки переходят за спину.

Почки в порядке, идем выше, следим за зрачками. Император выдержал мой прямой взгляд. Пальцы прошлись по ребрам, нащупали твердое уплотнение. Зрачок императора расширился, и он поморщился. Ага, вот оно! Под тканью рубашки едва различимый валик. Толщина – три сантиметра, значит, ранение глубокое. Длина – сантиметров двадцать.

– Почему мне кажется, что ваши действия не имеют сексуального подтекста? – невозмутимо произнес его величество.

– А почему мне кажется, что вы не были у целителя? – выдохнула гневно, бесцеремонно расстегивая пуговицы на его рубашке.

– Леди, это…

– Только скажите, что это не мое дело, и я вас…

Он с интересом поднял бровь.

– Рана не затянулась! Она причиняет вам боль! Очевидно, что оружие либо заговоренное, либо смазанное ядом! Если вам не помочь, все может закончиться плохо!

– И что вы собираетесь делать? – с ленцой уточнил он.

– Вы часто задаете этот вопрос женщинам, которые вас раздевают?

– А вы всегда отвечаете вопросом на вопрос?

Откинула полы императорской рубашки, и у меня перехватило дыхание. Меня не удивишь мужским телом, но это произведение искусства. Сглотнула и взяла себя в руки.

– Хочу посмотреть. У меня в этом есть небольшой опыт. Вы знаете, война частый гость в нашем Доме. Я какое-то время работала в полевом госпитале на границе с Иерхионом.

– И почему этого нет в вашей анкете?

Улыбнулась. Читал анкету, значит?

– В ваших анкетах слишком мало строк для информации.

Сняла с него рубашку и склонилась к ране. Выглядит плохо.

– Вы не боитесь, что нас увидят? Слуги, к прискорбию, бесцеремонны, и могут войти в любой момент.

– Я вас умоляю! Император развлекается с невестой, кто вас осудит?

Он поднял мою голову за подбородок.

– Я имел в виду вас.

– Мой жених. Буду раздевать, где захочу, когда захочу и сколько захочу, – ответила жестко, глядя ему в глаза. – Еще вопросы?

Он однобоко улыбнулся, провел пальцем по моему подбородку, коснулся губ.

– Повернитесь спиной, – приказала, пока его величество не заговорил мне губы. То есть зубы!

Он нехотя повернулся. С этой стороны все выглядело еще хуже. Я выругалась, причем так, как ругаются солдаты на границах.

– Откуда леди знает такие слова?

– Я еще и не такие знаю! Вам нужно к лекарю. Немедленно открывайте портал!

Император накинул рубашку обратно.

– Вы удовлетворили любопытство, а теперь…

– Любопытство? – рассердилась я. – Мне хорошо известен след, оставленный клинком с ядом ирхов. Мне только одно непонятно, где вы умудрились с ними столкнуться? Отвечайте!

Молчит.

– Если вы ничего не сделаете, я завизжу и привлеку внимание. Ночью на визг слетится все крыло Дома Земли и уже через часть о вашем ранении будут знать даже мыши в подземных тюрьмах.

– Невыносимая! – усмехнулся мужчина. – Мы говорили о ваших желаниях, а не обо мне.

– Мое желание: я хочу, чтобы вы дали мне вам помочь.

– Любое нападение на правителя – подрыв его авторитета. В наше неспокойное время я не могу допустить смуту, – жестко проговорил он.

– Если вы упадете во время важного совещания или умрете, будет лучше?

Император пошатнулся, и я подхватила его.

– Сталь ирхов не просто зачарованная, она ядовитая! Вы хоть понимаете, что можете погибнуть? Конечно, понимаете!

– На мне затягиваются все раны. Ядовитые – чуть дольше, – отмахнулся он и твердо встал на ноги. – Женщины выматывают куда сильнее государственных дел. Каждая вторая чем-то да опоила меня.

– Ране не меньше трех дней! Не желаете огласки, тогда позвольте мне сделать все, что в моих силах либо обратитесь к Мерили. Ей вы доверяете больше, чем мне.

Он посмотрел на меня так, словно обращаться к Мерили тоже не лучшая идея. Где он бродил? Как его ранили? Даже она не знает?

Я ушла в спальню и наскоро достала набор номер три. Для противоядия у меня мало ингредиентов, но я хотя бы заторможу распространение яда.

– В месте, откуда вы родом, не водятся ирхи, – услышала, когда вернулась в комнату.