(не) девственница для дракона - Мария Люта

— Как? Не может быть! — не поверила соседка.

— Подожди! Сейчас я…

И я начала доставать письма из конвертов, бегло пробегая глазами.

— Ах, вот! Слушай: "А еще Бахтиеор так смешно ругается, он постоянно говорит "лысый леший". Это они с его лучшим другом (извини, имена императорской семьи нельзя называть) придумали вдвоем… Представляешь, Главнокомандующий и его заместитель, а как малые дети… Теперь так пол двора выражается: кому понравилось, а кто подлизывается просто…"

Мне это ругательство не показалось новым, так как потом Луиза часто его использовала, но я напрочь забыла, где именно его встречала. А ты на него сразу обратила внимание… И о Луизе Лей меня как-то расспрашивал, мне это странным показалось… Так что да: я уверенна, кто он такой.

Ребекка побледнела и изменилась в лице. Но не успела она что-то ответить, как пространство замерцало и в комнате возникли гости: лорд Лей и Арденс.

Лже-Ректор сделал шаг ко мне, я же попыталась втиснуться в стену, широкими, расширенными от ужаса глазами, смотря на него. Я не была готова его видеть. Пока еще нет. Моя рана была слишком свежей и кровоточащей, и я не знала заклинания, способного ее залечить или хотя бы прикрыть от нового воздействия. И все же я не хотела, чтобы Арденс видел меня такой: слабой и раздавленной… Вот только я действительно была сломленной, сил не было не то, чтобы расправить плечи, а даже чтобы вздернуть подбородок. Пусть он уйдет, пожалуйста!

Арденс резко остановился, наткнувшись на мой взгляд, как на стену. Сделал шаг назад:

— Я ухожу. А он остается. Надеюсь, вы найдете общий язык, так как я больше бессилен, — и он исчез.

Я сползла обратно на подушку и скрутилась в позу эмбриона. Появление Ректора ухудшило мое состояние, ведь он увидел мои слабость и боль, я не смогла скрыть их от него. Теперь во мне не осталось даже гордости, чтобы скрыть за ней свое сердце, как за стеной.

Лорд Лей, или же Бахтиеор, остался стоять в нерешительности. Он переводил взгляд с меня на Ребекку, не зная с чего начать разговор. Мы с Ребеккой особой словоохотливостью тоже не отличались.

— Извини, — наконец обратился ко мне лорд Лей голосом, преисполненным сожаления.

— За что вы извиняетесь? За то, что вы — дракон? Или за то, что утаили это от меня, зная мое отношение? Или за то, что дружите с Арденсом? Или за то, что не уберегли Луизу?

Бахтиеор опустил глаза… и наткнулся взглядом на письма Луизы. Вздрогнул. Провел рукой над ними, словно боялся прикоснуться.

— Сегодня годовщина со дня… Со дня ее.. Как ее не стало, — мужчина обессиленно опустился на мою кровать и оперся руками о колени, закрывая лицо ладонями. Он не плакал, не стенал, но я видела, как ему больно. Даже теперь, год спустя.

Мне вдруг сделалось жутко: сейчас я не знала, люблю или ненавижу Арденса, но если бы он умер, я бы этого не перенесла.

Я исподлобья наблюдала за Бахтиеором. Сейчас передо мной был дракон. Дракон, которого я больше года винила в смерти моей лучшей подруги… И он безутешно страдал. А раньше так же безмерно любил Луизу… Значит, драконы тоже способны любить, страдать и ненавидеть, может они не так уж и отличаются от нас?

Я встряхнула головой: еще слишком рано делать такие выводы. И… И сегодня годовщина со дня смерти Луизы! Я ведь даже не знала точно даты… Как бы мне хотелось, чтобы моя подруга была сейчас со мной рядом…

— Расскажите, как она умерла.

— Она забеременела. Мы были очень счастливы. Но… — Бахтиеор вновь опустил голову, словно возвращаясь в прошлое, — но магия была слишком сильна… Если бы я только знал! Но мы были уверенны, что все будет хорошо. Моя магия убила ее. Я убил ее, Анна. Ты ведь считаешь меня виновным?

Я содрогнулась. Столько горя и обреченности звучало в его голосе.

— Вы… Вы не виновны, — мне было трудно это произнести. Подумать только: я утешаю дракона! А ведь я и вправду считала именно так, как и сказала. — Это все проклятый Отбор. Драконы уже сотню лет забирают наших девушек. И кажется мне, что Луиза далеко не первая жертва… Но лично вас я не могу винить.

— Ты противоречишь сама себе.

— Я знаю, но все слишком запутанно, — и я, неожиданно даже для самой себя, вдруг улыбнулась. — Как в случае с Жаком. Только еще сложнее.

— С Жаком? — мужчина нахмурился, а потом его лицо просветлело и на нем заиграла улыбка. — Это тот кузен Луизы, в которого она едва не влюбилась, а потом узнала, что он ее родственник?

— Едва не влюбилась!? — воскликнула я. Передо мной вдруг ожил образ моей подруги и на душе потеплело. Боль на время притупилась, хоть и не ушла совсем, а лишь затаилась. И все же это тоже был прогресс. — Это она вам так сказала? Вот врушка! Да она в него втрескалась по уши! Луиза тогда говорила, что больше никогда никого не полюбит. Ох, сколько моих ночных рубашек утонуло в ее горьких слезах!

Бахтиеор засмеялся:

— Ей было лишь тринадцать тогда.

— Пятнадцать!

— Ну это, конечно, все меняет…

— Конечно же, меняет! В тринадцать самой большой нашей проблемой было придумать новый способ, как своровать яблоки у мистера Сквирелла.

— Да, у него ведь самые вкусные яблоки были, несмотря на то, что у вас тогда росло дерево того же сорта, — добавил Бахтиеор, закатывая глаза.

— Но они и вправду были вкуснее! Клянусь!

Мы засмеялись уже вместе.

— А грибы самые большие росли, конечно, в Проклятом лесу.

— Да нет. Лес тот жуткий, а грибы в нем червивые очень. Мы туда ходили ради статуса. А еще из-за Ричарда. Он жил там неподалеку и часто вызывался нас провожать. Луиза боялась, но ради меня терпела. Она, кстати, именно из дуба из Проклятого леса сделала свой первый артефакт.

— Неужели? Я не знал.

— О-о, там целая история! Хотите, я вам расскажу?..

Мы проговорили до самого рассвета. Это было… весело. Я даже представить себе не могла, что смогу когда-то вспоминать о своей лучшей подруге вот так легко, без слез и раздирающей душу скорби.

И еще я представить себе не могла, что смогу так говорить с драконом…

Как бы то ни было, но после этой ночи я смогу с улыбкой вспоминать о Луизе, а не с гримасой боли. Нет, не забуду ее, но память о ней будет светлой. И, сдается мне, что с Бахтиеором произошли схожие метаморфозы. Уходя, он сказал:

— Спасибо, Анна. Мне это было нужно. Я ведь толком не смог попрощаться, она последние дни была без сознания. Сейчас же…

— … вы сможете отпустить ее.

— Да. Ты, наверное, понимаешь меня.

Я кивнула и вдруг вспомнила, что когда-то хотела попросить лорда Лея рассказать мне легенду об Истинной паре. Тогда, словно в прошлой жизни, мне это почему-то казалось важным… Но в нынешнем состоянии я не могла или же просто не хотела вспоминать, почему именно. Да и не к месту были сейчас лишние расспросы, не хотелось разрушать иллюзию, что этой ночью Луиза была с нами…