Ух, началось! - Елена Янук

- Твоей маленькой девочке почти под три десятка... а ума все нет! - я, искренне сожалея о нехватке, вздохнула и повернулась лицом к отцу.

- Это только кажется, что три десятка, - папа ласково улыбнулся, как в детстве. Только сейчас чудесного чувства, что он возьмется и все исправит, не появилось. - На самом деле этой крохе где-то около шестнадцати и она только начинает постигать этот мир.

- Пап, какой философ в тебе пропал! - смеясь, я потерла лоб. Всегда строгий папа в нужные моменты был мягче воска.

- Ну, а ты думала! Талантливый человек - талантлив во всем... - папа молодецки хохотнул, поднимаясь с дивана.

А что, папа прав! Что я так расклеилась? Да ну их всех! Буду жить как жила. Вот и Юльке обещала в гости забежать, как вернусь! И Ник наверно меня ищет... Я от родителей ему всего один раз звонила.

- Пап! Подожди меня, пошли пить чай!?

- Узнаю Дашу, которая все проблемы решает за чашкой чая!

- Точно. И тарелкой с бутербродами! - захихикала я.

Я уже сползла со своего убежища, натянула тапки и потопала за папой на кухню.

- Я и позабыл об этих классовых врагах мамы! - папа все шутил - наверно я выглядела совсем плохо.

- Ну... пока ее нет, мы о них вспомним.

- Да, но если она придет и застанет нас за "вредной" едой - я не причем! - "струсил" папа, весело хмыкнув, когда я вынула из холодильника все, что можно уложить на хлеб.

- Само собой! Маму я беру на себя! - великодушно пообещала я, нарезая хлеб на тонкие дольки.

Мама действительно застала нас на кухне за чаем и блюдом с бутербродами. Но то, я как сидела и болтала с папой, ее так обрадовало, что полного блюда с "вредной едой" она и не заметила.

- Даша! Обещай, как только вы помиритесь, ты приведешь его к нам. Пусть папа одобрит.

- Кого приведу!? Ну с чего вы взяли! - я почти разозлилась, оглядывая родителей, заговорщицки переглядывающихся друг с другом.

- С тебя конечно! Или ты думаешь, что ты первая пряталась от обиды в постели?

- Ладно. Кого-нибудь приведу!

Я резко села на место.

- Нет... Того, кто так сильно взволновал! - весело уточнила мама.

- Мам. Я не хочу говорить на эту тему.

- Дашенька, - вмешался папа. - Вот и посмотришь. Если он заявится и будет пытаться наладить отношения, значит сильно нужна. А нет... Тогда и говорить не будем. Мужчина дорогую ему женщину просто так никогда не отпустит! - Официальным тоном закончил он, приподняв подбородок.

- Папа знает, что говорит! - поддакнула мама.

Я прищурила глаза и поджала губы, скрыв улыбку. Злость прошла - небось, они два дня обсуждали тактику! Чтобы я делала без родителей!

- Ладно, если вдруг случится чудо и все наладится - обязательно приведу, - великодушно пообещала я. Родители, переглянувшись в немом согласии, расцвели на глазах, покрывшись улыбками как цветами. По их мнению "доченька" - такая драгоценность, что по-другому и быть не может! Смешно и здорово, что в тебя так верят. На какое-то время, на сердце стало легче.

Еще бы, я сама в это поверила! Но ненадолго.

Но в любом случае я поняла, как это здорово, что у меня есть они и уютный дом, в котором выросла, где меня как раньше любят, всегда ждут и неизменно рады... И это единственное место, в каком я могу прийти в себя после сильных потрясений и боли.

* * *

Поболтав с родителями, в хорошем настроением пошла к себе, одеваться. Так как задумала навестить Ника и Юлю с Людой.

- Мам! Я пока от вас уходить не хочу! Что с моим пуховиком?! Я же говорила, - устало объясняя, улыбнулась я. - Грохнулась на льду со всего размаху, вон скулу себе разбила.

И ткнула пальчиком в незаметный шрам на щеке. Мама тяжело вздохнула, покачав головой.

- Даш, я вижу, но ты так и собираешься ходить по городу в таком виде?

- Нет, я куплю себе новый пуховик. Еще лучше...

- Ну и правильно, сейчас как раз кругом распродажи...

Хорошо, маму успокоила, но сама-то я знала, что денег почти нет, а надо столько всего! И новый телефон - мой пропал, когда нас поймали бандиты; пуховик и кредит. Родителям о деньгах говорить не буду, а то хвост лжи до Луны дорастет - ну что за курсы повышения квалификации такие, что ничего не дают?!

Когда я уже оделась, из кухни появился довольный папа и, вытирая руки полотенцем, провожал глазами мои сборы. Всю жизнь у нас с ним были отношения как в анекдоте:

"- Папа, я вышла замуж.

- Ничего не знаю! В девять, чтобы была дома!"

Хотя мое отдельное проживание его немного смягчило, сейчас он предложит меня подвезти.

- Даш? Давай я тебя подвезу? - я же как знала! Скрыв усмешку, ответила, отложив расческу.

- Не, пап! Я сама... Спасибо! Я за городом тоже соскучилась, прогуляться хочу.

Выбравшись из дома, прошла по пешеходной дорожке между двух рядов домов с маленькими заснеженными палисадниками.

Февраль есть февраль и, выйдя на угол перекрестка, где кончается частный сектор, я поняла, что отчаянно замерзну. Подумывая вернуться и все же попросить отца подвезти по морозу, прямо возле другой стороны дороги, приметила присыпанную снегом одинокую рыженькую машинку Ника. Меня ждет?! В такой мороз? Надеюсь, не постоянно!

Одолеваемая смесью возмущения и грустного веселья, я покачала головой и улыбнулась, приблизившись к машине, костяшками пальцев постучала в окошко.

- Ник, привет!

Он быстро распахнул переднюю дверь.

- Садись, Даш...

Вновь сухой тон, ну что у него вновь случилось?..

- Что произошло, Ник? - обеспокоено спросила я, снимая перчатки.

- Звонил сестричке, на нее напали... В офисе нашли взрывчатку... В общем - бедлам...

- Ник, езжай домой! Ты там нужен! Видишь, у меня все в порядке! Еще неделю дома, а потом работа, работа, и еще раз работа... - немного пошутила я, сунув перчатки в карман.

- Я не оставлю тебя... Опасно.

- Ясно - ты упрямец.

- Через бабушку сообщил вожаку, что с тобой все в порядке...

- Спасибо, - вежливо ответила я. Не думаю, что это кого-то волнует. Да и Ник здесь, чтобы его возлюбленная глупостей не натворила, а никак не из-за моей персоны...

Но хоть по делам мы поехали моим...

Я забежала к Юльке, которая охала-ахала по поводу моего столь радикального похудения; наметила встречу с девчонками на свободный день; заехала на работу и, прослушав лестные оценки моего нового вида от сотрудников, наконец, написала долгожданное заявление Наталье Семеновне об отпуске за свой счет и поскорее убежала.