Ух, началось! - Елена Янук

Принесли кофе, пока я ничего себе не заказывал, надеясь на то, что аппетит приходит во время еды даже у Даши. Поэтому потягивая дрянной кофе из белой фаянсовой чашки, продолжал:

- Что ж, моя тактика оправдала себя. За четыре с лишним десятилетия управления, а бывало всякое, столь различный клан стал одной семье. Очень богатой и заботливой к своим. Есть, конечно, бунтари, но все в меру. Насильно я никого не держу, скорее наоборот! Меньше клан - меньше проблем.

- У вас есть какие-то ограничения к нехищным? - строго задала вопрос Даша, заглядывая в глаза.

Сердце молнией прорезала ревность.

- Это ты о Нике? - внешне спокойно спросил я. - Он чем-то недоволен? Да?

- Нет, - она мягко улыбнулась, я задрожал от желания поцеловать эту нежность... - Дело в его бабушке! Он рассказывал, что Валентину Петровну где-то обижали! Я ужасно возмущалась. Дикость какая-то! Почему они это терпят? - Даша отодвинула противный кофе и с упреком устремилась на меня в ожидании пояснений.

Я с облегчением подумал, что скоро так сойду с ума...

- Даш, я и сам не понимал, долго не понимал, почему все так происходит...

- Теперь понял?

- Да. У "нехищных" нет стадного инстинкта. Вот представь: какая-то опасность... Хищные, любые: слабые, сильные, ненавидящие друг друга - тут же объединились, сбившись в стаю, оставив распри на мирное время, а вот нехищные... - я покачал головой. - Максимум, что они делали и делают - собираются всей семьей против целой стаи врага! И все! А поодиночке, сама понимаешь, они никто! Да и психология тех, кто привык подчиняться наглым, - не изживаема! Я буквально сорок лет выращивал у них чувство собственного достоинства! Не у всех конечно, в основном у стариков! Родившиеся в клане - всегда ощущали себя ровней хищным...

- Тебе наверно очень тяжело с ними было? - наконец посочувствовала Даша.

- Ужасно! Намного легче было перебить правящую верхушку клана...

- Да-а? - она замкнулась, тут же решив, что я серийный убийца. Но в любом случае говорить - так все.

- Да! У меня всегда с терпением плохо было... А наш вожак относился к своим людям как к настоящим животным...

- И ты их всех убил?! - видимо я окончательно шокировал девушку. Прищурившись, я секунду помолчал.

- Нет, не всех. Но в любой схватке волк борется до победы или до смерти! Но тогда я победил только вожака. Остальных - проучил. К тому моменту в клане осталось с десяток шестерок вожака и несколько чистокровных, которых он трогать опасался. А меня он еще не знал, я только появился после овладения зверем. Вожак тогда избил мою мать. Волк не может поднять руку на волчицу!

- Волк... А что это такое "овладения зверем"?

- К огромной нечеловеческой силе и длинной, в сравнении с человеческой жизни, прилагается период одоления зверя, который растягивается на несколько десятилетий.

- Как это? - глаза Даши заблестели от удивления. Небось, все по сказкам судит.

- Ужасно. Появляется необоримый зов, который уводит далеко от цивилизации. И мы десяток лет бегаем на воле, зверь зверем. И надо приложить уйму усилий, чтобы вернуться к нормальной жизни, которая пугает... Это своего рода болезнь. Тяжелая, которая ломает многих, оставляя навсегда жить в лесу.

- И что многие остаются? - тихо уточнила Даша, сильно сжав пальчиками "замученную" ложку, которую как только не вертела от волнения.

- Очень! Особенно тяжело полукровкам. Они не имеют той силы, что есть у чистокровных. Их потому и немного среди оборотней в стаях.

- Полукровкам... - задумчиво повторила Даша и опустила голову. Что она еще себе придумала?

- Ты понимаешь, что за все надо платить?! Вот это плата за силу, за лишнее время жизни, за все прелести оборота... Первое десятилетие после овладения зверем - оборачиваться очень тяжело и больно. Потом появляется навык и все становится неприятно, но терпимо.

Даша какое-то время молчала, потом склонив голову набок, спросила:

- А сколько тебе лет?

- О... много! Если без времени, когда я бегал по лесу, то семьдесят.

- А со временем?

- Девяносто...

- Н-да...

Незаметно за разговорами стемнело и Даша, вспомнив о родителях, взяла мой телефон предупредить.

Я подслушивать не стал, пошел к витрине заказать что-то вкусное на ужин. Пицца здесь ничего, а вот кофе...

* * *

Пообещав маме рассказать о своей "пропаже" позже, рассматривала великолепный шерстяной свитер Тео со спины, задумчиво постукивала телефоном по подбородку. Сколько всего рассказал Тео!

В душе появилась жажда устроить революцию среди нехищных, но конечно это глупость...

Тео правильно делает. Конечно, путь, выбранный им для переустройства очень сложный и медленный, но зато бескровный! По мне, так самое страшное - все исправляется только в пределах клана Тео. В других, как я поняла, все ужасно. Как сказал Ник "в лучшем случае балласт к себе не принимают".

Я отодвинулась от стола. Официантка в длинном почти до пола белом фартуке забрала наши полупустые чашки и вытерла стол.