Система новичка - Дмитрий Зимин

Плечи Лолиты поникли, лицо приняло усталое выражение.

— Ты прав, Оторва.

— Да?

— Я вынуждена выйти замуж за Энди.

— Ну...

— Да, так и есть, — плечи горгониды взлетели в горестном вздохе, а потом опустились. — Но я не виновата! Он довёл меня своими требованиями срочно, не сходя с места разорвать контракт с "Сынами" и перейти в их команду. Он отмахнулся от моей чести. Сказал: это мужчины должны держать слово. А мне, как женщине, это вовсе ни к чему.

Наконец-то я всё понял.

Лола врезала Энди в растрёпанных чувствах. Она не владела собой. И теперь, как честная порядочная горгонида, должна выйти за него замуж.

— Эндимион — отличный мужик, Лола. Наверняка он не это имел в виду... Чёрт, да я УВЕРЕН, что это — не его слова. Его кто-то настропалил, и не надо далеко ходить, чтобы понять, кто это был.

Подняв руки, я приставил к голове указательные пальцы на манер рожек.

— Думаешь? — Лола посмотрела на меня скептически.

— Извини, что приходится это говорить... — на всякий случай я отошел от Лолиты на пару шажочков. — Но вы, горгониды, чересчур доверчивы. Денница САМ хвастался, что обвёл тебя вокруг пальца... То же самое он сделал и с Энди.

Лолита вздохнула.

Я думал, она разозлится. Начнёт бушевать, пообещает оторвать демангелу все выступающие части тела...

— Я знаю, что Энди не собирался меня провоцировать СПЕЦИАЛЬНО, — вместо этого сказала горгона. — Но он ухаживает за мной с тех пор, как я поселилась в Сан-Инферно, и ВСЕ ОБ ЭТОМ ЗНАЮТ. Если я не выйду за него после того, что между нами было — он потеряет лицо. И... — Лолита прерывисто вздохнула. — Энди — действительно отличный мужик. Надёжная работа, красивая форма... Да и взятки он берёт, как бог. Любая на моём месте должна плакать от счастья.

— Да только ты — не любая, Лола, — слава богу, речь ко мне вернулась, хотя ещё и не в полном объёме. И чтобы не накосячить, приходилось тщательно подбирать слова. — Ты имеешь право дождаться того, кого и вправду полюбишь. И отлупцевать его так, чтобы живого места не осталось. Что бы ты не решила — я тебя поддержу. Меня вот тоже всё время хотят женить — но я же не поддаюсь. Будем вместе держать оборону, подруга. Я тебе помогу.

— Правда? — лицо Лолиты осветил лучик надежды.

— Конечно.

— Ты сделаешь это для меня?.. — я не успел моргнуть, как оказался в могучих объятиях, и уши мои были зажаты ТОЧНО между полушариями бронелифчика. — Энди тебя послушает, правда-правда. Он тебя уважает, Оторва. Фух, для меня это такое облегчение... Рада, что ты это для меня уладишь.

Честно говоря, я так и не понял, что я должен сделать ТАКОГО, чтобы Лола не вышла замуж за Энди, а горгонид всё же не потерял лицо.

Ну ладно. С этим я тоже разберусь — попозже. Когда будет время...

Скрип двери возвестил, что кто-то вышел из клуба. А громкое сопение — о том, что этот кто-то до глубины души возмущен.

— Привет, Пенни. Ищешь кого? — хладнокровно спросила Лолита.

Я судорожно задёргался, выбираясь из богатырских объятий горгониды. Повернулся, расправляя смятое лицо...

Пенелопа являла собой классическую картину: "женщина обманутая, возмущенная".

Брови грозно сдвинуты, руки сложены на груди, носок правой ноги нетерпеливо постукивает по асфальту...

Впечатление несколько портило то, что вместо стука подошва издавала сочное чавканье.

— А, Пенни, тыковка моя! — душа моя взяла отгул и смылась в пятки. Но я всё равно мужественно улыбнулся. — Я только что порадовал мою подругу Лолиту приглашением на свадьбу, и она меня поздравляла.

Пенелопа шагнула к нам, и я оказался зажат между двумя исполинскими женщинами. Ощущения, скажу я вам, потрясающие. Словно балансируешь на канате во время землетрясения... Между Сциллой и Харибдой.

— На какую свадьбу? — удивилась Лола.

— Я тебе потом всё объясню, — прошипел я в её сторону уголком рта, а Пенелопе громко ответил: — Мы уже уходим, мой кактусёночек. Попрощайся за меня с Одиссеем...

— Подожди, Макс, — попросила Пенелопа совсем другим тоном.

— Что-то случилось? — я тоже моментально переключился. — Тебя кто-то обидел?

— Нет. Я просто... — она прижалась ко мне всем телом. — Я просто хотела извиниться. За то, что втянула тебя. Я думала... Это будет весело.

— Это и было весело, Пенни, — я мягко обнял горгониду. — Лично я ни о чём не жалею. Так что, я на тебя не злюсь.

— И вот я подумала... — она прижалась ещё теснее. Пахло от неё потрясающе — чем-то жарким, сладким и похрустывающим. Как накрахмаленная простыня. — Может, нам отметить наше примирение?

Сердце у меня забилось где-то в глазах. А мозг перевернулся на спинку и стал просить, чтобы ему почесали животик...

— Ты правда хочешь как следует извиниться? — промурлыкал я, зарываясь лицом в мягкие, тёплые...

— ОТОРВА!

Рёв Лолы был таким громким, что у меня чуть не случился сердечный приступ.

И хотя мне не слишком хочется это признавать, умер бы я СОВЕРШЕННО счастливым.

Пенелопа отпустила меня и отступила на шаг — тем самым отдаляя приступ на долгосрочную перспективу.

Фух. Весь взмок. Даже в ботинках хлюпает...

— Знаешь, я тебя и так прощаю, — мужественно сказал я, стараясь не смотреть на горгону. В моих мыслях мы с ней были уже далеко, и в более интимной обстановке, — Столько дел, столько дел...

— Завёл новую подружку? — Пенелопа хитро прищурилась в сторону Лолиты. — И не будешь против, если я вернусь к Одиссею?

— Тем самым не дав ему вызвать на бой сто человек? — я с облегчением выдохнул. — Ну что ты, конечно нет!

Пенелопа потупилась.

— Ну... Честно говоря...

— Ой, да ладно, Пенни, хватит заливать, — нетерпеливо притопнула ногой Лолита. — Мы же с тобой знаем, подруга, что это неправда. Какие ещё сто женихов?

— Вообще-то сто два, — хладнокровно поправила Пенелопа. — Ровно столько дней отсутствовал Одиссей.

Лолита спала с лица.

— Ну да, — сказала она, едва шевеля губами. — Кто я такая, чтобы тебе указывать? У меня-то всего один жених... — отвернувшись, она сделала несколько шагов... Ускорилась, и побежала, равномерно работая ногами и локтями — на ум сразу пришел образ локомотива.

Я беспомощно посмотрел на Пенелопу, перевёл взгляд на Лолиту...

Задница повис на две ладони над горизонтом.

Чёрт. Это проклятое светило движется гораздо быстрее, чем я успеваю решать проблемы.

И я широко улыбнулся молодой горгониде.

— Пенелопа, э... Рад, что ты помирилась с Одиссеем. И ни на что не претендую. Нет, правда. Думаю, помолвку можно считать расторгнутой.