Истребивший магию - Юрий Никитин

– Неплохо, – заметил он. Перехватив ее взгляд,пояснил: – Неплохо кормят. Ладно, отдыхай, я пройдусь перед сном по городу.

Он поднялся, отодвинув стул, Барвинок поспешно вскочила.

– Я с тобой!

Он посмотрел с сомнением:

– Стоит ли?

– А в чем дело?

– Да мало ли куда восхочу…

В его сильном голосе прозвучала насмешка. Барвинок сразуощетинилась, ответила резче, чем хотела:

– Прослежу, чтобы не восхотел.

Он усмехнулся как-то непонятно, она и раньше не моглаистолковать эту загадочную улыбочку, пошел к выходу, и снова его все провожаливзглядами. Ее тоже, она это знает, но сейчас впервые смотрели больше на ее спутника,что и злило, и странным образом льстило.

Во дворе народ толпится у самых ворот, галдит, некоторыеподпрыгивают, стараясь увидеть нечто через головы. Олег собирался пройтиравнодушно мимо, Барвинок взмолилась:

– Что ты как чурбан, для тебя ничего интересного насвете вообще нет?

– Здесь нет.

– Да откуда ты знаешь?

– А ты не чувствуешь?

Она, не слушая, пролезла между двумя мужиками, Олег снеодобрением посмотрел вслед, подумал, вдвинулся следом. Ему поспешно уступили,никто не хочет быть затоптанным или раздавленным.

В середине круга худой и похожий на ворона человек держал заруку одного из толпы и, глядя на ладонь, нараспев рассказывал, кто тот такой,что с ним было и что будет. Тот, кому гадают, время от времени ахал и делалбольшие глаза, а в толпе восторженно орали.

Барвинок смотрела, затаив дыхание. Гадальщик отпустилладонь, из толпы тут же вышел здоровенный мужик, настоящий великан, итребовательно протянул ладонь.

– Гадай мне!.. Со мной не пожульничаешь!

Гадальщик усмехнулся, взял гиганта за руку.

– Не боишься? – спросил он, улыбка на губахпроскользнула коварная. – А то бывает гадание и опасным…

– Я ничего не боюсь, – сказал великан свызовом. – Меня здесь знают, сразу увидят, если врешь.

Гадальщик усмехнулся шире.

– Что ты, зачем мне обманывать. Ты…

Он начал рассказывать медленно и нараспев, не сводя взглядасо здоровяка. Олег морщился, это же нечестно, у того все на лице написано, а накаждое слово гадальщика он реагирует так, что сразу можно понять, кто он,откуда, кем работает, женат или нет и даже что его ждет…

Барвинок слушала завороженно, толпа то и дело взрываетсявосторженными воплями, что значит, гадальщик все говорит точно, а когда началсообщать замогильным голосом, что ждет гиганта, все благоговейно затихли ивнимали в торжественной тишине.

В какой-то момент гадальщик бросил взгляд в сторону,Барвинок видела мгновенное замешательство, даже голос дрогнул, а щекипобледнели, однако кое-как собрался с собой и сказал утомленным голосом:

– Все… благословенное прикосновение богов покинуломеня… Нужно собраться с силами, потом… продолжу… может быть… позже…

В толпе разочарованно заговорили, со всех сторон предлагализайти к ним, отдохнуть, покормят хорошо, но гадальщик мотал головой. Постепенновсе разошлись, он поднял усталый взгляд на Олега.

– Мир тесен, – проговорил он невесело.

– Еще как, – подтвердил Олег, – снова застарое?

Гадальщик пожал плечами.

– Разве это одно и то же? Я давно не ворую, если ты этоимел в виду.

– Не это, – возразил Олег. Он бросил быстрыйвзгляд на удивленную донельзя Барвинок. – Закрой рот, ворона влетит… Нет,это не тебе. Воруешь ты или гадаешь – это все равно. Может быть, воровать –честнее, чем вот так… Там хоть без обмана, человек сразу же начинает работатьбольше, чтобы вернуть потерянное, а тут… развешивают уши и ждут незаслуженногосчастья с неба.

Гадальщик тоже бросил взгляд на Барвинок, стоит ли говоритьпри женщине, но волхв, похоже, ей доверяет, и сказал с натянутой улыбкой:

– Ты же умный человек, ну как такой простой вещи непонимаешь…

– Какой?

– Люди, – сказал гадальщик, – по природесвоей – твари ленивые и тупые, хотя все считают себя хитрыми. И чем тварьтупее, тем больше на себя берет! Царями готова командовать, чтобы научить их,как жить… Но сами верят в то, что можно предсказать будущее. Впредначертанность, в пророчества, в избранность, и, конечно, все мечтают бытьизбранными.

Говорил он правильно, даже по-книжному, совсем не так, какобычно разговаривают бродячие гадальщики, люди хитрые, но недалекие. Она быстропереводила взгляд с Олега на него и обратно, стараясь уловить, что же междуними было и что произошло, почему волхв настолько враждебен, а гадальщик лишьвыглядит спокойным, но она чувствует его сильнейший страх.

– Верят, – согласился Олег, – пока что. Нокогда-то перестанут. Мы должны приближать это время, а не потакать слабым инеумным.

Гадальщик покачал головой.

– Не перестанут.

– Не сегодня, – согласился Олег, – нокогда-то?

– Никогда не перестанут, – возразил гадальщик. Онавидела, что он боится спорить с Олегом, однако и соглашаться не позволяетгордость. – Люди не меняются, Богоборец.

– Сами нет, – сказал Олег, – но их можноменять.

– Пока что это никому не удавалось, – сказалгадальщик. – И не удастся.

– Их нужно просвещать, – сказал Олег, – а ненаживаться на их невежестве.

– Они сами жаждут быть в невежестве, – возразилгадальщик. – Грамотных не любят, сам знаешь. Зато красивую дурость всегдапредпочтут правде. Любую правду затопчут, когда к красивой брехне бросятся.

– Когда-то перестанут бросаться.

– Никогда, – заверил гадальщик.

– Так и останутся идиотами?

Гадальщик посмотрел почти с сожалением:

– Где ты видел, чтобы люди поступали по уму? Ими всемидвигают страсти, страстишки, заблуждения, суеверия, желания, хотения. Что твоямагия дает? Счастье?.. А моя обещает о-о-о-о-громное счастье. Такое огромное,что ни в одни ворота не влезет.

Олег бросил резко:

– Но моя в самом деле дает!

– Ну и что? А моя намного больше… обещает. И человекпойдет за моей, потому что вера в чудо лежит в нашей природе. Каждый хочет безтруда вытащить рыбку из пруда. В этом твое поражение, Олег. Ты всегда ставил наразум человека, но человек – тварь неразумная. И разумных поступков от негождать – что козла доить.

Олег развел руками:

– Другого человечества у нас нет. Я предпочитаю тащитьи подпинывать хоть такое, чем махнуть рукой и жить, пользуясь его дуростью.