Магический вор - Андрей Левицкий

Ни разу до того в видениях сестры не было такой тьмы. Я растерялся, но быстро понял: это не значит, что через несколько дней наступит всемирный мрак, просто в пещере ведьмы будет темно. Но почему? Никогда здесь такого не было. Магическая глина, огонь под котлом, свечи – всегда есть какой-то источник света, что же должно случиться, чтобы наступила такая темень?

Не видно было вообще ничего, и не слышно тоже, даже когда я сделал шаг и хлопнул в ладони. Конечно, ведь в фантоме живут звуки из будущего, а в этом месте, как видно, будет стоять тишь.

И что делать?

Положение становилось нелепым, но тут я наконец сообразил, что к чему, и щелкнул пальцами в черном беззвучии. Сделал шаг, второй, наткнулся на кого-то, получил тычок в грудь и решил, что знаю, кто это. Прикинув, как этот человек стоит, протянул руку.

Угадал – пальцы коснулись плеча. Дважды хлопнул по нему, и через несколько мгновений ощутил прикосновение к своей груди. Вот так, брат разбойник, тебе эти фантомы совсем непривычны, но возьми себя в руки, сейчас брат вор все решит. Или мы уже не братья? Просто подельники, один из которых к тому же собирается отвалить в сторону… если, конечно, я позволю Гарроте сделать это. Ладно, еще посмотрим, у меня имеется один неплохой довод, который может подействовать на атамана.

Отодвинув его в сторону, я пошел дальше и наткнулся на Тиру, к которой и направлялся. Присел, обхватил сестру, поднял. Она слабо дергалась, подрагивала голова, которую я пристроил на своем плече. Я развернулся и потопал обратно, все так же бесшумно, постаравшись выдержать верное направление.

И угадал – моя работа учит хорошо ориентироваться в темных помещениях. Я прошел точно сквозь проем, едва коснувшись края плечом, повернул, ступая ровно и медленно, пронес сестру через коридор. Вот она, сбитая из бревен дверь, залепленная влажной землей. Удерживая Тиру одной рукой, я нащупал брус засова, сдвинул. Повернувшись, прикрыл глаза и спиной раскрыл дверь.

Попятился, положил сестру на землю. Огляделся.

С тем склоном, в котором пряталась пещера Рагды, все было в порядке, но во втором зияла широченная дыра, то ли след сильнейшего заклинания, то ли удара… чего? Разве что очень большой каменной глыбы, хотя чтобы запустить такую, нужна огромная катапульта.

Сквозь прореху виднелся темно-серый мир. Просто бесконечная темная пустошь с редкими пеньками обгоревших деревьев. От крестьянских домов ничего не осталось, поля превратились в черную осклизлую топь, как будто все пространство там было залито той клейкой смолой, которой становились камень и дерево под заклинанием из посоха Яноха. Замок вигов напоминал оплывшие останки грязной свечи в потеках и вздутиях, и нигде ни движения, нигде ни огонька, только сверху… сверху… Я медленно, с зарождающимся ужасом поднял взгляд, и когда он обратился к небу, слабо ахнул.

Неба не было. Вместо него – бурлящее густое месиво багрянца и мрака. Среди багровых провалов и чудовищно огромных черных вихрей извивались белые нити молнии, гасли и вспыхивали вновь. И что-то еще было там, посреди всей этой жути, поглотившей знакомые небеса. Огромная туша пряталась в вышине, свесив вниз щупальца или что-то похожее – длинные темные отростки. Я разглядел несколько из них, когда над головой полыхнул пучок молний. Они бешено замотались из стороны в сторону, словно живые, полосуя пространство резким белым светом, и в нем стало видно, как несколько щупалец протянулись вниз. Один отросток распрямился, потянулся к земле. Конец его зацепил каменную глыбу, лежащую посреди черной топи, что осталась на месте крестьянских полей, обхватил и, приподняв, потащил к расселине.

Стало ясно, откуда взялась прореха в склоне. Глыба размером с двухэтажный дом ползла прямо на меня, словно повешенная на крюк грузового блока, каким иногда пользуются в больших кузнях или на складах. Хотя это была часть фантома, не способная причинить вреда, я начал пятиться, все дальше отходя от содрогающейся на земле Тиры.

Мигнуло – и мир преобразился, когда я вышел за пределы иллюзии. Снова знакомая расселина, огород, покинутое духом старое пугало, раскрытая дверь. Перед ней Гаррота и Зак. Он пригнулся, глядя в небо с таким выражением, будто собирался упасть на колени и закрыть лицо ладонями, как ребенок.