Полет Кондора - Владимир Лещенко

— Ну так, может, он позже туда попал? — пожал Игорь плечами.

— А как? Там пути сразу почти разобрали… — хохотнул Танцор- — Да и если бы не сразу — они со всех сторон подперты старыми платформами, на которых песок на заглушку Четвертого реактора возили! Смекаешь?

— Кондор, кончай спать, давай к нам. А то неудобно, Мур вот тут один, как бы не напугался…

Уже вдвоем они подсели к бодрствующим сталкерам, и Раджа даже вновь налил своего бренди — уже не разбавляя.

Потом они спели хором под полуразбитую гитару полуприличную песню, из которой в памяти сталкера застрял всего один куплет.

Если злодейка–судьба

Жопой к тебе повернулась,

Спорить с судьбою бессмысленно,

Скажи–ка ты ей, чтоб нагнулась…

Затем пискнул ПДА Кондора, отмечая время, и они вышли из землянки, направляясь к воротам.

Там, сменив караул из двух совсем молоденьких «отмычек», немного посидели у костра, побеседовали о том о сем. Над равнодушным миром поднимался бледный серп месяца. Равнодушный ветер свистел над безлюдными пространствами…

Сталкер посмотрел в ярко горевший костер — с вертолета их, наверное, видно за десяток камэ.

Однако тут же подумал, что унфоровцам, да и всем прочим о существовании лагеря известно. Но во–первых — само собой, кому надо, тот получал свои отступные. Во–вторых, есть нехилая вероятность при атаке становища столь сурового и незаконопослушного народа, как «хомо сталкерус вульгарис», получить или ПЗРК в движок, или выстрел гауссовки по кабине. Это ведь не одиночек или мелкие группки в чистом поле расстреливать. Наконец, в нужный момент всегда можно организовать рейд против такого вот лагеря и, отчитавшись начальству, получить новые чины и поощрения. К тому же подобные места — это дополнительное удобство для агентуры многочисленных контор, за Зоной приглядывающих.

— Да, ты слышал, мне кличку дали? — сообщил Игорь.

— Поздравляю, — вздохнул Кондор, не скрывая иронии. — Мур вроде? Кстати, надо тебе было себя называть? Мне вот попеняли, что чужака в Зону затащил, а теперь еще и журналиста.

— Так я не называл, — чуть улыбнулся Игорь — и Кондор отметил почему–то, что в свете костерка, освещавшем его лицо лишь слева, показалось, что он улыбается лишь одной стороной, а вторая так и осталась темной неподвижной маской. Просто… даже смешно получилось: я встал… по нужде, а возвращаюсь, они — сталкеры, в смысле, — и говорят: давай, мол, к нам, познакомимся. Ну я чего, сажусь, как ты учил, не болтаю попусту. Они спрашиваю — как, мол, тебя. Я — Игорь меня звать! Ну там один… одна «отмычка» и говорит — мол, отлично, Мяу! Я в ответ просто машинально: «мур». Ну тут… эээ… Танцор и говорит: Мур — значит Мур, будешь Муром.

Кондор улыбнулся про себя — этот, в общем, взрослый и успешный человек почему–то, как зеленый юнец, радовался сейчас кличке, данной посторонним людьми: мол, смотри, я тоже стал тут почти своим. Или он подсознательно воспринимает все происходящее как приключение, одно из своих телешоу? Но вроде дело–то серьезное — как–никак он идет за невестой. Причем не куда–нибудь, а в филиал Ада на Земле.

— Знаешь, чего–то не могу тебя так называть, — с расстановкой ответил сталкер. — Игорь и Игорь — привык как–то уже. Да и клички, они, знаешь, дело такое — как прилипнет, она тебя и за Периметром достанет.

— А как вообще даются клички? — заинтересованно спросил напарник. — В смысле — у сталкеров.

— Ясно, что у сталкеров, а не у котов! А даются по–разному. Вот, например, был такой отставной капитан Протасов — из бывших военсталкеров, — его Ром прозвали.

— Он что, ром любил?

— Нет, он вообще не пил, ну, кроме водки в походах, против радиации. У него просто имя было Роман. А вот Дмитра Божко — Жабой.

— На жабу был похож? — понимающе кивнул Игорь.

— Скажешь тоже! Красавец–мужчина ростом под два метра. Просто жадноватый был, всегда как чего купить — так до последнего торговался, за копейки, что называется. Все твердил: «Ничего с собой поделать не могу — жаба давит».

— А вот тебя почему Кондором кличут?

— Ну, это особая история. — Кондор подпер щеку ладонью. — Я когда в Зону пришел, все любил мелодию одну старую насвистывать, «Полет кондора» называлась. Не слыхал? — И он изобразил несколько тактов знаменитой когда–то песни.

— Нет, не слыхал, — прищурился Игорь. — Хотя… может, и слыхал, но не помню… Что–то не помню… Но романтично.

— Чего романтичного–то? — пожал сталкер плечами. — Кондор, если хочешь знать, самый обычный гриф–стервятник — вонючая голошеяя птица, питающаяся падалью. Только и романтики, что в горах живет. Так что, — он чуть усмехнулся, — если подумать, для сталкера кликуха вполне подходит.

Игорь обескураженно промолчал в ответ, на чем разговор как–то сам собой закончился…

А час спустя горизонт сперва побледнел, затем его линия засветилась едва видным светом, будто кто–то зажег люминесцентную лампу в глубине стоячих вод. Затем послышался как бы звон множества колокольчиков, сквозь который на самой грани слуха донесся нежный тонкий шелест — как будто звенели ледяные кристаллы, разбивающиеся о сталь.

В глубине лесов медленно разгоралось тусклое свечение. Словно неведомые обитатели разожгли там огромный костер холодного мертвого огня. Вслед за светом появился звук. Невнятное хриплое курлыканье — как будто это улетал на юг клин драконов.

— Что это? — осведомился Игорь, нервно погладив «Грозу».

— Кто знает? В Зоне и не такое творится иногда! Тем более выброс, похоже, на носу. — Прозвучавший над ухом вопрос–ответ заставил Игоря судорожно перехватить автомат, а Кондора — потянуться к кобуре, но силуэт появился со стороны лагеря, поэтому они тут же успокоились. Тем более в свете костра Кондор узнал старого если не приятеля, то доброго знакомого.

— Здравствуй, давно не виделись, Краб! — усмехнулся он. — Но все равно, ты эти шутки свои прекращай: так и под пулю попасть недолго. Вон человек чуть заикой не остался!

— Человек? А, так ты человек? Очень приятно, контролер! — повторил старую хохму пришелец. — Приятно увидеть тебя живым и здоровым. Ну а ты кто будешь?

— Игорь, — ответил журналист, поняв, что обращались к нему.

— И даже клички еще нет? Первый раз, надо полагать? Кстати, Кондор, с чего ты изменил своим традициям?

— Это не «отмычка», — бросил Кондор с непонятным раздражением.

— Это хорошо. Ну так зачем ты сюда пришел? — демонстративно проигнорировал недовольство Кондора гость. — Что–то мне подсказывает, что вовсе не за деньгами. И для любителя приключений на задницу ты уже слегка староват. Тогда, полагаю, ты ищешь отгадки всяких великих тайн?

Кондор покачал головой — с Крабом, немолодым, удачливым и очень умным сталкером, иногда случались приступы того, что он сам называл не без иронии «философская диарея». Вот и сейчас, похоже, он был настроен поговорить о мировых проблемах, так сказать, «в разрезе Зоны».